- «Expert Online» /
- 16 мар 2007, 16:57
Молодежная политика1
Сегодня рано утром в подмосковной Шатуре в возрасте десяти лет скончался ослик Яшка, который накануне принял участие в акции протеста у здания бизнес-центра на Проспекте Мира, где проходил форум с участием экс-премьера Михаила Касьянова. Ослик изображал собственно Касьянова.
Как сообщает пресс-служба «России молодой», активисты Народно-демократического союза молодежи, сторонники Касьянова, несколько раз ударили ослика по бокам и по морде. Досталось и его поводырю, который спустя полтора часа был доставлен в больницу.
Ослика отвезли домой, однако в тот же вечер ему была вызвана ветеринарная помощь. До утра Яшка не дожил. Молодежное движение «Россия молодая» в связи со смертью животного намерено обратиться с соответствующим заявлением в правоохранительные органы.
Напомним, вчера, 15 марта, в бизнес-центре на Проспекте Мира проходил форум с участием лидера Народно-демократического союза Михаила Касьянова. Активисты «России молодой» тоже пришли на это мероприятие, с надеждой сказать всю правду о движении Михаила Касьянова.
- Готовившаяся почти три месяца «кузькина мать» для власти не получилась. Однако по агрессивности акция «Марш миллионов» превзошла все предыдущие - от провокаторов и разъяренных оппозиционеров досталось и полиции, и журналистам. И картинка для западных СМИ получилась «что надо»
- Протестная уличная энергия столиц затухает под влиянием нейтрализующих факторов
- В Москве на Новом Арбате прошел митинг «За честные выборы». По оценкам полиции, в акции приняли участие 10 тысяч человек
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
Я - отец Ослика Яшки. Мои рассказы от имени этого Ослика расположены:
http://www.proza.ru/author.html?aasel
http://www.grafomanov.net/poems/author/vulcan/
Не удаляйте, пожалуйста, мой рассказ отсюда…
Апостол
========
И всё же летом я ушёл из дома и не вернулся. Одной головной болью стало меньше у моей хозяйки. Первую неделю она ещё искала меня в посёлке - после работы, спрашивала у соседей:
- Вы Яшеньку не видели? - и волновалась. От калитки к калитке до самых сумерек ходила сердечная.
- Да никуда он не денется твой осёл, Ольга Сергеевна, - успокаивали её сельчане, а она - виноватая и испуганная шарахалась от этих слов, как от чумы и возвращалась домой одна неприкаянная и в сарай, а не в хату: - а вдруг? Но перегорела последняя лампочка в хлеву, и она, наконец, примирилась с потерей ещё одного члена семьи; а через неделю и запах-то мой ослиный улетучился навсегда из сарая.
Рушилась экономика: целые заводы и фабрики остановились, замолчали цеха, «рамсили» шахтёры. Днями лежали они голодные на рельсах, и как истуканы над ними громоздились и мычали старые локомотивы-штрейкбрехеры, а шахты затапливало водой - разобрали барыги насосы, раскидали они моторы на цветмет…
- Ольга Сергеевна! - заговорила однажды вечером её соседка Матрёна. - Яшка-то твой живой.
- Вот как!
- Видели его вчера в саду у Наиля-покойника - на горе-то, траву он кушал.
- Не вернётся бесстыжий, - она подняла глаза на гору и зажмурилась, солнце ещё стояло над миром. - Блудный осёл, отшельник.
И вытерла слёзы.
- Мама, не плачь.
- Что ты, Таенька, это солнце.
- Ему же там лучше, мама.
- Он теперь, как белый человек, у Наиля живёт - в избе, - успокаивала её Матрёна.
- Разве ещё не разобрали его избу?
- Разобрали её, но не всю.
- Умер Наиль… На последние деньги приезжала его Алёна - дочка. Хотела она продать хату, да не выбралась более… «Удружили» соседи…
- Больше они её не тронут, - сказала Матрёна.
- Почему ты так думаешь?
- Её Яшенька наш сторожит, - маленькая Тая опередила бабушку.
- Ты опять перебиваешь взрослых. – заметила мама.
- Ольга Сергеевна, говорят, что у Яшки у твоего за душою совесть. Приехали они рано утром доламывать избу, а глянь - там осёл лежит, а у того осла в сумерках глаза-то светятся, а около головы - нимб!
- Ты меня не смеши, Матрёна Тимофеевна! - моя хозяйка повторно смахнула слёзы.
- Это правда, мама! Ты не смейся! Это все говорят!
- Сатану бы они не убоялись, чего им сатана?! Ни стыда, ни совести нет у таких людей. Кто он для них - сатана-то? Учитель и подельник. Но есть ещё бог…
- Бога нет, тётя Матрёна!
- Я тоже так думала, Ольга, пока сына не потеряла. Нужды у меня в боге не было, когда моё счастье ходило рядом.
- Ты меня прости, - две одинокие женщины заплакали и потянули к себе за рукава маленькую Таю - ту чудесную и хрупкую ниточку, поддерживающую их слабые жизни.
- А твой осёл - божественное животное! Ты не спорь!
Гора уже располовинила солнце. Покидая поруганный мир, светило остывало на глазах: из белого оно стало оранжевым и вот уже краснело, увеличиваясь в размерах.
- Возвращались они с берданкой, Ольга Сергеевна. Около часа стояли друг против друга, как бандиты на стрелке - не отводили глаз. Дважды поднимал стрелок своё ружьё и целился ему в голову…
- А Яшенька наш убежал, да?.. Баба Мотя?! И спасся!
Последние лучи заходящего солнца уже не слепили глаза этим людям, свет его был мягок и заворожителен, и в самом центре вишнёвого полукруга на вершине горы чернел силуэт осла - стража посёлка.
- Ты только погляди на него, Ольга Сергеевна!
- Не убежал!- закричала Таенька и захлопала в ладошки, и я услышал этот её торжественный крик и вспомнил далёкую историю: это моя бабушка помогала Христу подняться в Иерусалим. Разве я мог бросить крест на полдороге и уйти от злодея прочь? С такой родословной?
- Апостол, - сказала Матрёна и перекрестилась, провожая закат.
- Апостол, - вздохнула хозяйка.
- Апостол, - запела Тая.
27. 11. 2005 года
Этот рассказ был признан лучшим на конкурсе “Писатель из народа”, прошедшем на сайте администрации города Уфы в ноябре месяце 2005 года, спустя три четыря дня после его написания и публикации…
Я - отец Ослика Яшки. Мои рассказы от имени этого Ослика расположены:
http://www.proza.ru/author.html?aasel
http://www.grafomanov.net/poems/author/vulcan/
Не удаляйте, пожалуйста, мой рассказ отсюда…
Апостол
========
И всё же летом я ушёл из дома и не вернулся. Одной головной болью стало меньше у моей хозяйки. Первую неделю она ещё искала меня в посёлке - после работы, спрашивала у соседей:
- Вы Яшеньку не видели? - и волновалась. От калитки к калитке до самых сумерек ходила сердечная.
- Да никуда он не денется твой осёл, Ольга Сергеевна, - успокаивали её сельчане, а она - виноватая и испуганная шарахалась от этих слов, как от чумы и возвращалась домой одна неприкаянная и в сарай, а не в хату: - а вдруг? Но перегорела последняя лампочка в хлеву, и она, наконец, примирилась с потерей ещё одного члена семьи; а через неделю и запах-то мой ослиный улетучился навсегда из сарая.
Рушилась экономика: целые заводы и фабрики остановились, замолчали цеха, «рамсили» шахтёры. Днями лежали они голодные на рельсах, и как истуканы над ними громоздились и мычали старые локомотивы-штрейкбрехеры, а шахты затапливало водой - разобрали барыги насосы, раскидали они моторы на цветмет…
- Ольга Сергеевна! - заговорила однажды вечером её соседка Матрёна. - Яшка-то твой живой.
- Вот как!
- Видели его вчера в саду у Наиля-покойника - на горе-то, траву он кушал.
- Не вернётся бесстыжий, - она подняла глаза на гору и зажмурилась, солнце ещё стояло над миром. - Блудный осёл, отшельник.
И вытерла слёзы.
- Мама, не плачь.
- Что ты, Таенька, это солнце.
- Ему же там лучше, мама.
- Он теперь, как белый человек, у Наиля живёт - в избе, - успокаивала её Матрёна.
- Разве ещё не разобрали его избу?
- Разобрали её, но не всю.
- Умер Наиль… На последние деньги приезжала его Алёна - дочка. Хотела она продать хату, да не выбралась более… «Удружили» соседи…
- Больше они её не тронут, - сказала Матрёна.
- Почему ты так думаешь?
- Её Яшенька наш сторожит, - маленькая Тая опередила бабушку.
- Ты опять перебиваешь взрослых. – заметила мама.
- Ольга Сергеевна, говорят, что у Яшки у твоего за душою совесть. Приехали они рано утром доламывать избу, а глянь - там осёл лежит, а у того осла в сумерках глаза-то светятся, а около головы - нимб!
- Ты меня не смеши, Матрёна Тимофеевна! - моя хозяйка повторно смахнула слёзы.
- Это правда, мама! Ты не смейся! Это все говорят!
- Сатану бы они не убоялись, чего им сатана?! Ни стыда, ни совести нет у таких людей. Кто он для них - сатана-то? Учитель и подельник. Но есть ещё бог…
- Бога нет, тётя Матрёна!
- Я тоже так думала, Ольга, пока сына не потеряла. Нужды у меня в боге не было, когда моё счастье ходило рядом.
- Ты меня прости, - две одинокие женщины заплакали и потянули к себе за рукава маленькую Таю - ту чудесную и хрупкую ниточку, поддерживающую их слабые жизни.
- А твой осёл - божественное животное! Ты не спорь!
Гора уже располовинила солнце. Покидая поруганный мир, светило остывало на глазах: из белого оно стало оранжевым и вот уже краснело, увеличиваясь в размерах.
- Возвращались они с берданкой, Ольга Сергеевна. Около часа стояли друг против друга, как бандиты на стрелке - не отводили глаз. Дважды поднимал стрелок своё ружьё и целился ему в голову…
- А Яшенька наш убежал, да?.. Баба Мотя?! И спасся!
Последние лучи заходящего солнца уже не слепили глаза этим людям, свет его был мягок и заворожителен, и в самом центре вишнёвого полукруга на вершине горы чернел силуэт осла - стража посёлка.
- Ты только погляди на него, Ольга Сергеевна!
- Не убежал!- закричала Таенька и захлопала в ладошки, и я услышал этот её торжественный крик и вспомнил далёкую историю: это моя бабушка помогала Христу подняться в Иерусалим. Разве я мог бросить крест на полдороге и уйти от злодея прочь? С такой родословной?
- Апостол, - сказала Матрёна и перекрестилась, провожая закат.
- Апостол, - вздохнула хозяйка.
- Апостол, - запела Тая.
27. 11. 2005 года
Этот рассказ был признан лучшим на конкурсе “Писатель из народа”, прошедшем на сайте администрации города Уфы в ноябре месяце 2005 года, спустя три четыря дня после его написания и публикации…