Молитва Лошака443

• Елена Чудинова

Сразу оговорюсь: слухи, будто документальный фильм Андрея Лошака под патетическим названием «Аллах, спаси таджика!» был снят с показа за чрезмерную свою остроту, доверия не вызвали. Устала я доказывать французским, например, знакомцам, что цензура – это у них, а ничем (в том числе и здравым смыслом) не ограниченная свобода слова – это у нас. Поди публично назови во Франции Бонапарта свиньей или свинью Бонапартом – так уста запечатают, что мало не покажется. (Второе попадает не только под цензуру, но и под конкретную статью УК.) У нас же можно бранить последними словами не только исторических, но и ныне здравствующих деятелей любого ранга, обличать, разоблачать, вываливать перед честным народом тонны компромата… Есть, правда, один нюанс, коим я с французами не делюсь: свобода слова и реальные дела в нашей стране – параллельные прямые, ни малейшего касательства друг к другу, как и положено параллельным прямым, не имеющие. «Мели Емеля, твоя неделя» – вот обычная реакция нашего чиновника на самые зубодробительные публикации и эфиры.

Так или иначе, а недоверие оказалось оправданным. Высосанный из пальца скандал сошел на нет в считанные дни: никто и ничего с эфира не снимал. Руководство канала сочло тему недостаточно рейтинговой и поставило вперед куклу Барби, фильм о которой делал не кто иной, как тот же самый Андрей Лошак. Интервью с сетованиями на зверства цензуры оборотились всего лишь авторским рекламным трюком, предпринятым с целью подтянуть перед показом упомянутый низкий рейтинг. Не помогло и «ноу-хау» – действительно свежее: фильм-де запрещен за утверждение, будто главными рабовладельцами и работорговцами являются у нас представители силовых структур. (Автору этих строк сдается, что репортер Лошак просто перепутал Москву с совсем другим городом в РФ, где пострадавшей стороной выступают обычно отнюдь не таджики.) Сложно себе такое представить, очень сложно… Лиц, лоббирующих в ущерб гражданам ввоз дешевой заграничной рабочей силы (не без личной корысти), у нас действительно навалом – на всех уровнях. Но вот чтобы силовые структуры масштабно делали свой бизнес на рабском труде… Поверить трудно. Однако попробуем. Получится весьма занимательно.

Итак, допустим, что наши силовики действительно устраивают облавы на гастарбайтеров, загоняют их, как скот, в грузовики, увозят на секретные лесозаготовки и стройки, принуждают работать бесплатно, забивают недовольных до смерти и закатывают их трупы в асфальт… Всякий разумный человек на месте таких несчастных пешком бы побежал в сторону границы и соплеменникам бы заказал впредь искать в подобной стране заработков. Но этого почему-то не происходит.

Объяснить нестыковку нам поможет другой вопрос: а почему, собственно, у фильма предвиделся столь низкий рейтинг, что канал отдал предпочтение кукле Барби? В интернете Лошак дает свой ответ (цитирую с заменой срамного слова на пристойный глагол): «никого не колышет чужое горе». Это в нашей-то стране? Не знаю, как Андрей Лошак, а я постоянно вижу в супермаркетах прозрачные ящики, призывающими к пожертвованиям на лечение детей, набитыми доверху. Очень сомневаюсь, что тех, кто сует в них купюры, сколько-нибудь интересует национальность, гражданство или вероисповедание больных малышей. Для русских чужого горя не бывает, г-н Лошак. Мы многажды это доказывали.

А, быть может, рейтинг низок просто потому, что люди наши начинают осознавать всю лживость такой пропаганды? Нет, лживость – это сказано еще довольно мягко. Фильмы, подобные творению Лошака, играют роль дымовой завесы, под покровом которой набирают обороты весьма опасные процессы. Не миграционные, а оккупационные. И тут жизнь и факты убедительнее любых фильмов. Одиозный «исламский комитет» дней десять назад открыл в Санкт-Петербурге отделение профсоюза мигрантов. Вдумаемся, господа! Люди, в большинстве своем находящиеся в стране незаконно, намерены выдвигать в этой самой стране политические требования. В феврале отделение открыто на Урале, в мае появится в Поволжье.

Никто и ничего не имел бы против таджиков в нашем добром народе, когда б они не сбивали цену труда. Но штрейкбрехерство – первый ход в игре о два хода. Вытеснив коренное население из определенных ниш на рынке труда, пришлые поднимут их вновь – для чего и создаются «профсоюзы».

Что можно противопоставить факту возникновения такого «профсоюза», кроме слезливых речений, что заработки в плохой и ужасной России – единственный способ прокормить семьи несчастных? (Хотя г-н Лошак этот довод блистательно опроверг, показав, что в России несчастных только грабят и убивают, какие уж тут заработки.) Допустим – единственный способ. Но ведь страны, откуда едут к нам трудовые мигранты, некогда захотели получить от нас, нехороших, независимость. И получили ее. И мы за них, свободолюбивых, очень рады. Вот только не можем понять, отчего мы должны решать экономические проблемы других государств? (Не справившись, невзирая на семь коров тучных, с проблемой бедности в своем дому.)

Мы можем быть милосердны. Но нам неприятно, чтобы к милосердию нас принуждали, приставляя к горлу нож. Кстати, о ноже. Профсоюз гастарбайтеров намерен, по словам его отцов-основателей, создавать «объединения самозащиты». Только пусть чиновники не расслабляются, предположив с полным безразличием, что под удар опять попадут какие-нибудь мальчишки и девчонки, как те, из кого милиция выколачивала недавно в Нижнем Новгороде признание в убийстве мигранта? Профсоюзная «самозащита» затронет всех, коль скоро Г. Джемаль уже объявил, что они будут бороться с такой «фашистской мерой, как депортация». Так что «фашист» в России теперь – всякий чиновник, подписавший приказ о депортации нелегалов.

Ах, власть предержащие, высоко сидящие… Если вы не хотите понять, что государственные границы служат для того, чтоб обеспечивать довольство тех, кто в них проживает, может, тогда – ну их вовсе? Я своими ушами слышала, как ученый муж В. Тишков рек, что миграционные процессы еще в палеолите были явлением естественным и нормальным. Ну и ладушки, сносим границы! Благостно-то как: кто куда хочет, тот туда и кочует. Впрочем, г-н Тишков едва ли призовет демократические западные государства также возвращаться в палеолит. Им – прилично охранять свои границы. Нам – предосудительно.

И вообще у русского народа перед всеми – неизбывная коллективная вина. В тексте Лошака есть занятный эпизод: он дает гастарбайтеру тысячу рублей за интервью, но тот с полученной тысячей делает ноги. Однако Лошак «не в обиде»: ведь таджик и так столько претерпел от русских, что поступок его совершенно нормален. Очень многозначительная проговорка. Запомним: ограбить и обокрасть русского – не преступление. Потому, что русский – по определению «фашист». И вообще у русских «вырожденческие рожи», а у таджиков «благородные профили» (цитата опять же из Лошака).

Я, конечно, не с Лошаком полемизирую сейчас. Что можно сказать человеку, который, вместо того чтобы обратиться к статистике, на полном серьезе заявляет: пообщался-де с двумя штукатурами на дому и тремя уборщицами в телецентре – все оказались приличнейшими людьми! Тут можно только пожелать и впредь играть с куклой Барби, а острые темы предоставить более профессиональным режиссерам. Я просто рада самому факту заранее низкого рейтинга насквозь шулерского, бьющего исключительно на эмоции фильма. Быть может, показав уж, коли отснято, молитву Лошака за гастарбайтеров, телеканал сочтет нужным снять фильм о наркотрафике из Афганистана, о низком качестве нового дорогостоящего жилья – о какой-нибудь из тех завязанных на миграции проблемах, замалчивать которые уже невозможно.

И рейтинг, честное слово, поднимется.

• Как и почему телевидение сводит с ума нормальных людей
• Радио и телевидение
• Рынок платного ТВ продолжает активно расти. Вместе с этим заметно меняются запросы абонентов. В среднесрочной перспективе выиграют те операторы, которые предложат качественный и персонализированный контент