Иероглиф31

• Иван Давыдов

Вчера Америка и мир простились не без надрыва с Майклом Джексоном. Церемонию транслировали в прямом эфире сразу несколько телеканалов. Зрители в зале рыдали, не переставая перемалывать жвачку. Чередой выходили к микрофону певцы, кинозвезды, баскетболисты и проповедники.

Речи, кстати, смущали однообразием. «Майкл, ты вернул афроамериканцам достоинство. Ты сделал так, чтобы нас приглашали на эфиры в прайм-тайм. Ты научил нас гордиться собой. Ты под звездно-полосатым флагом нес свободу в самые отдаленные уголки (между прочим, здесь есть рациональное зерно: для России в этом плане, сам того не желая, Джексон сделал не меньше, чем клоун Рональд Макдональд). Ты сражался за демократию. Ты хорошо сражался. Мартин Лютер Кинг Третий от имени Мартина Лютера Кинга Первого благословляет тебя».

Цитаты, между прочим, почти дословные. Но пафос для страны победившей политкорректности с черным президентом во главе несколько, что ли, запоздалый. Безотносительно даже к тому, насколько успешно сражался за демократию постаревший мальчик из «Чудо-мира», биография которого могла бы стать сценарием для рекламы отбеливателя.

Зрелище, тем не менее, оказалось гипнотическим, и ощущение утраты, реальной утраты, не покидало. И это – при полном равнодушии многих наблюдателей к поп-культуре. И хочется, что ли, разобраться, с чем (местоимение не случайно, речь не о человеке, о явлении) прощались на самом деле в Лос-Анджелесе.

Да, нестандартный танцор, автор-исполнитель талантливых песенок, скандальный герой бульварной прессы, обладатель уймы платиновых дисков и почетной клички «Король поп-музыки». Достойный, конечно, список. Достойный, но не особо значащий в эпоху массового производства скороспелой гениальности. Любой успех принадлежит здесь в первую очередь специалистам по продвижению, продюсерам, маркетологам, стилистам и так далее, список можно длить бесконечно, и только в сто двадцать пятую – тем, у кого за спинами эти производители успеха прячутся. Мы знаем примерно, как устроен наш мир. Мы знаем, что герои, от чиха которых сегодня миллионы сходят с ума, завтра будут интересны только историкам, продавцам коллекционного хлама да кучке фанатов, не сумевших в борьбе с индустрией шоу-бизнеса отстоять душевное здоровье.

Ах да, еще он первым создал то, что теперь принято называть видеоклипом. Короткое видеошоу в дополнение к песне. Ну и что? Разве захотят постоянные зрители MTV через месяц, когда улягутся страсти и забудутся речи о борьбе за демократию, смотреть на пляски зомби из «Триллера»? Этот рынок требует абсолютной, не первой даже, а нулевой свежести. У этого мира нет истории, нет вчера, только короткое сегодня.

В общем, все попытки ответить на вопрос о сущности утраты исходя из анализа реальных достижений покойного певца почему-то не срабатывают. Не там, наверное, ищем.

Маклюэн, описывая мир ближайшего будущего (наш, иными словами, мир) как глобальную деревню, упустил, кажется, из виду одну важную вещь. Основная единица информации в деревне – сплетня, и глобальная деревня в этом смысле не отличается от самой обычной. Разница только в масштабах.

Характеристики объекта сплетни интуитивно понятны: во-первых, вы должны понимать, о ком речь. Сплетня о персоне неизвестной не может заинтересовать слушателя, если только эта самая персона не отчебучила чего-нибудь совсем неожиданного. Ну там, ребенка съела или две головы имеет. Но это уже другой жанр – любимые человечеством с древности рассказы о чудесах. Во-вторых, сюжет сплетни должен быть примитивен, но при этом скандален. И, собственно, все.

Кстати, снобистское презрение здесь неуместно: именно сплетня и делает мир единым. Неважно, повторимся, идет ли речь о замкнутом мирке глухой деревни или о безграничном почти мире растерзанного кризисом постиндустриального общества. Чтобы ощутить причастность к общему пространству, вы с вашим собеседником должны иметь понятный обоим предмет для разговора.

Таким предметом в медиамире глобальной деревни и стала звезда шоу-биза. Излишние признаки, типа наличия таланта, постепенно редуцировались. Даже смазливость мордашки оказались в итоге необязательной – хватало просто мелькания в телевизоре.
Джексон – звезда старого призыва и человек, безусловно, талантливый. Но, что, кажется, важнее, он – как раз идеальный объект глобальной сплетни. Форма. Знак. Иероглиф.

Вырванный из детства и лишенный в связи с этим нормальной человеческой биографии, он стал понятен буквально всем. Именно потому, что в детстве своем застрял. Умер ребенком среди гигантских игрушек. Зрелость строит между нами барьеры: культурные различия, образование, опыт. А дети, не успевшие всем этим сомнительным богатством обрасти, и между собой куда легче находят общий язык, и взрослым, что ли, ближе. Кто ж детей-то не любит (в хорошем, оговоримся, учитывая контекст, смысле)?

И совсем не случайно альбомы его разлетались тиражами, которые еще долго не приснятся конкурентам. И даже странные выходки, типа бессмысленных экспериментов над собственной кожей, только упрочняли положение на троне. Когда зрелая, допустим, женщина стремится убрать морщины или увеличить размеры молочных желез – в этом есть только понятный и скорее неприятный прагматизм. А вот когда симпатичный темнокожий мальчик неизвестно чего ради превращает себя в персонаж бестиария – ах, это так наивно, это так по-детски…
И педофильские скандалы теперь начинают казаться вполне естественными: идеальный объект для всемирной сплетни просто не мог не быть обвинен в главном грехе сытого докризисного мира.

И ушел король сплетни удивительно вовремя, как раз тогда, когда скрепы вселенной, единство которой обеспечивала сплетня, затрещали под ударами кризиса, в первую очередь идеологического и уж только потом – экономического. Крушение системы сложившихся представлений об окружающей действительности важней и страшней, чем неполадки в системе финансовой.

Но это наш мир. Мы мир, мы дети, как справедливо указал в свое время Майкл Джексон. И видеть, как уходит знак, со всей положенной знаку наглядностью демонстрируя крушение означаемого, безусловно, грустно.

До свидания, Майкл. Мы где-то читали, Бог любит хороших танцоров.

• Музыка
• Люди и тени Лены Катиной в мире, где больше нет t.A.T.u.
• Музыка