Народная стройка для президента4

• Геворг Мирзаян

Все на стройку

С начала февраля в Таджикистане идет «социалистическое соревнование». Президент Эмомали Рахмон призвал народ собственными силами достроить Рогунскую ГЭС и покупать ее ценные бумаги, выпущенные 6 января. «Если каждая таджикская семья внесет по 3 тыс. сомони (около 700 долларров) в строительство гидроэлектростанции, то Таджикистан собственными силами соберет необходимую сумму для пуска первого из шести знергоблоков», – говорил президент Рахмон. При этом таджикского лидера не смущало, что эта сумма равняется примерно десяти средним зарплатам в его стране. Всего акций номиналом 100, 500, 1000 и 5000 сомони (23, 116, 232, 1160 долларов соответственно) напечатано на сумму 6 млрд сомони (примерно 1,4 млрд долларов) – но, по словам представителей министерства финансов Таджикистана, в будущем эта цифра, скорее всего, будет увеличиваться. Пока же для завершения первой очереди строительства Рогунской ГЭС понадобится около 800 млн долларов – и примерно 600 млн из них планируется собрать от населения.

Официальные СМИ передают, что население с энтузиазмом относится к «национальному проекту». По всей стране идут народные демонстрации в поддержку строительства Рогунской ГЭС. Студенты организовываются в стройотряды для работы на ней. Власти победно рапортуют, что в первый же день 6 января было продано акций на сумму свыше 400 млн сомони (около 93 млн долларов).

План по продаже акций реализуется в лучших традициях Средней Азии – командно-приказными методами. Во все регионы страны отправлены разнарядки. Так, Согдийская область должна собрать более 300 млн долларов, Хатлонская обещала минимум 200 млн. А мэр Душанбе Махмадсаид Убайдуллаев заявил, что до конца года вклад столицы в строительство Рогунской ГЭС составит около 400 млн долларов.

Невыполнение этих обязательств, по всей видимости, будет приравнено к измене Родине и президенту. Поэтому пытаясь выполнить и перевыполнить план, местные власти проявляют максимум рвения и смекалки. Так, руководителей мелких и средних предприятий заставляют покупать акции под угрозой репрессий. Те, в свою очередь, вешают часть обязательств на своих сотрудников. По словам одной из официанток довольно успешно работающего кафе в городе Худжанд, директор обязал ее купить акцию на 1 тыс. сомони. Других людей заставляют отдавать последние деньги. «Мы с братом купили акции на 1 тыс. сомони и потратили на это весь домашний бюджет. Хорошо, что сейчас мои родители не работают, иначе их тоже бы вынудили», – рассказывает журналистам студент Худжандского государственного университета.

Чиновники от образования отличились особо. В городе Чкаловск Согдийской области учеников средних школ обязали принести копии купленных их родителями акций. В некоторых таджикских вузах преподавателям запретили ставить зачеты и экзамены в зимнюю сессию без предъявления чека купленной на имя студента акции Рогунской ГЭС. «Около 20 студентов Института искусств не допустили к сдаче экзаменов из-за того, что они не купили акции», – жалуется студент этого вуза Амонджон Собиров. В более «либеральных» институтах и университетах тем, кто купил акции на определенную сумму, дают поблажки в сессию. «Студентам, которые купят акции Рогунской ГЭС и этим самым внесут вклад в развитие нашей любимой страны, будут созданы дополнительные условия при сдаче зачетов и экзаменов», – говорилось в объявлении деканата энергетического факультета Таджикского технического университета. Сами деканы и профессура также покупают акции – причем иногда на суммы, в десятки раз превышающие их официальные зарплаты. В целом, по словам министра образования Таджикистана Абдуджаббора Рахмонова, по состоянию на 11 января учреждения системы образования уже приобрели акции Рогунской ГЭС на сумму более 20 млн сомони (4,64 млн долларов США).

Для финансирования Рогунской ГЭС таджикские власти изыскали и более экзотические способы изъятия денег у населения. В этой солнечной стране были внесены поправки в законодательство, которые направят доходы от разрешений на тонировку автомобилей (стоимость каждого разрешения составит 500 долларов в год) и штрафов за езду с тонированными стеклами без разрешения (1000 долларов) на строительство Рогунской ГЭС. Пытаясь привлечь к сбору средств и теневой капитал, президент Таджикистана распорядился запретить проверку деятельности банков по реализации, регистрации сертификатов, сбора средств от реализации акций ОАО «Рогунская ГЭС», а также происхождение средств, на которые приобретаются акции ГЭС. По мнению экспертов, глава Таджикистана, таким образом, фактически предлагает наркоторговцам легально отмывать деньги, полученные от продажи наркотиков.  

Проект президента

Некоторые представители оппозиции опасаются, что эта «народная» стройка превратится в очередной способ обирания населения. Так, несмотря на заверения чиновников о том, что вскоре акции будут «цениться на вес золота», уже очевидно, что никакой прибыли народ по акциям в ближайшее время не получит. Согласно закону, размер и сроки выплаты дивидендов «определятся и будут производиться лишь по решению общего собрания акционеров после ввода в эксплуатацию первой очереди Рогунской ГЭС». Поскольку на вырученные средства от реализации электричества власти намереваются строить оставшиеся очереди ГЭС, то это значит, что дивидендов, скорее всего, не будет.

Другая проблема – это качество реализации проекта. «В свое время проект Рогунской ГЭС разрабатывал ташкентский институт САО „Гидропроект” – мощнейшая структура. Я не знаю, кто у господина Рахмона занимается разработкой этого плана, насколько высок уровень профессионализма этих людей. Сомневаюсь, что он сопоставим с уровнем специалистов „Гидропроекта” времен СССР. Так что Бог знает, во что сейчас эта плотина может превратиться», – говорит в интервью «Эксперту Online» член комитета по международным делам Государственной думы Семен Багдасаров.

Некоторые же опасаются, что ГЭС вообще не будет построена и деньги просто разворуют. Но в данном случае речь об этом не идет – у таджикского президента на это строительство иные планы. Для Рахмона Рогунская ГЭС – это не столько экономический, сколько политический проект, который должен дать ему в руки рычаги давления на более богатых соседей. Отчасти именно поэтому в свое время таджикские власти расторгли контракт на постройку ГЭС, заключенный с РУСАЛом. По расчетам российской компании и ее консультанта – немецкой проектно-инжиниринговой фирмы Lahmayer, высота плотины была определена на уровне 285 м, а мощность станции – 2,4 тыс. МВт. Большая мощность станции и высота плотины, по словам российских специалистов, были не нужны по причине дороговизны вырабатываемой энергии и ее дальнейшей невостребованности. Таджикское же правительство настаивало на увеличении мощности до 3,6 тыс. МВт и увеличении высоты плотины до 335 м. Самым принципиальным для Душанбе был именно последний пункт. Высота в 335 метров позволит создать на границе с Узбекистаном огромный резервуар воды и в дальнейшем регулировать стоки воды, направляемые на орошение узбекских долин. В Душанбе понимают, что Узбекистан со своим огромным земледельческим населением и острой проблемой водоснабжения очень зависит от водной политики в регионе.

В Ташкенте действительно обеспокоены строительством ГЭС – как тем, что это будет рычаг давления на узбекское руководство, так и тем, что проект не проработан и может привести к экологической катастрофе. Узбекистан уже пережил одну катастрофу из-за обмеления Арала – и не хочет пережить вторую.  Поэтому Ташкент постоянно мешал реализации этого проекта, в частности требовал проведения независимой международной экспертизы строительства. Именно саботажем со стороны Ташкента таджикские чиновники объясняют провал своих планов по привлечению к созданию станции международных финансовых институтов – хотя на самом деле причины были другие. «Политика таджикского руководства в плане инвестиций достаточно интересна. По идее тот, кто инвестирует, – тот и должен руководить. А таджикское руководство предлагает следующую схему – вы инвестируйте, а мы сами будем распределять деньги. Гарантии инвесторов обычно мизерные. А кредит доверия Рахмону весьма невелик, и многие банки не торопятся вкладывать в этот проект огромные деньги», – объясняет «Эксперту Online» Семен Багдасаров.

Политическими причинами обусловлено и правило, согласно которому  купить акции могут исключительно граждане Таджикистана. Это решение вызвало критику некоторых таджикских специалистов. «Мы должны налаживать связи, привлекать других, – говорит член Академии наук Таджикистана, энергетик Георгий Петров. – С экономической точки зрения было бы правильнее продавать всем желающим, оставляя у себя контрольный или блокирующий пакет акций». Однако Рахмон не хочет отдавать контроль за станцией в чужие руки (даже если это будут руки представителей таджикской диаспоры в России, принявших российское гражданство) и брать, таким образом, на себя какие-то финансовые обязательства. Неприятные для него прецеденты уже есть – 75%акций Сангтудинской ГЭС-1, введенной в строй в прошлом году, принадлежат России, и поскольку таджикские потребители уже успели задолжать несколько десятков миллионов долларов России, то Москва угрожает Душанбе остановить работу станции до ликвидации всех долгов. В случае с Рогунской ГЭС этого допустить нельзя – фактически главный рычаг влияния страны на своих более богатых соседей должен, по мнению Рахмона, контролироваться исключительно им.

• В российских регионах растет популярность ветроэнергетики
• Башкирия решила строить новые электростанции, чтобы дать дополнительную загрузку своим машиностроительным предприятиям
• Томских нефтяников будут снабжать электроэнергией из Югры