О чем ухает «Сова»?5

• Елена Чудинова

Не знаю я, сколько можно повторять одно и то же (безо всякой надежды быть услышанной): никакого «нацизма», никакого «расизма» в России нет. Нет, разумеется, не в абсолютном смысле, но в том, когда явление превращается в проблему. Едва ли можно сказать, что в России, например, нет прокаженных. Вне сомнений, люди, больные этой жуткой болезнью, в стране есть. Но является ли проказа проблемой всероссийского уровня? При всем сочувствии к страждущим – нет, не является.

Об искусственности раздувания «русского фашизма» в государственную проблему недвусмысленно свидетельствует чахлая статистика преступлений, совершенных русскими по мотивам национальной ненависти. Именно потому, что цифры статистики столь мизерны и ничтожны, «фашистами» стараются выставить не за проломленные головы или хотя бы разбитые лица, а за сочувствие к политическим движениям, выдвигающим в качестве приоритетных интересы коренного населения страны. (Даром что в России такие партии еще и не сформировались толком.)

Русские всегда были дружелюбны и гостеприимны. Это у англичан (которые сегодня не прочь нас поучить толерантности) еще во времена написания романов Агаты Кристи бельгиец Эркюль Пуаро – «паршивый иностранец». Если наше гостеприимство и дружелюбие вдруг иссякают, это говорит только об одном – о серьезных причинах, по которым такое могло произойти.

Наблюдая на прошлой неделе программу «Специальный корреспондент», на которой обсуждалось зловещее террористическое подполье «националистов», я не могла отделаться от мыслей весьма неприятных. Рискну ими поделиться. (Впрочем, сперва надо напомнить, что оное подполье не очень давно обнаружил правозащитный центр «Сова», организация до сей поры вполне маргинальная.) Влияние партий национального интереса неуклонно растет, растет не только в России, но и по всей Европе. Это естественный процесс, откат широких масс одновременно от двух доказавших свою ущербность идеологических установок: толерантности и мондиализма. Вспомним недавний гельвецианский референдум по минаретам. Но почему-то не Швейцарию, а Россию по причине этих объективных тенденций подверстывают под проблему «фашизма». Заниматься этим могут только те, кто готовит всеобщее сознание к тому, что некую страну нельзя «перевоспитать», а можно только уничтожить физически. Вспомним пример Сербии, когда создание образа отрицательного сербского народа предвосхитило бомбежки. Конечно, это не значит, что нас завтра тоже начнут бомбить, но безусловно значит, что кое-кто очень бы хотел. (В отличие от скорбных наших евразийцев я отнюдь не вижу в Западе изначального врага, но западный мир многосложен, силы в нем есть всякие, антирусские в том числе.) И вот тут начинается самое интересное. Можно понять, когда кто-то стремится создать негативный образ России извне. Это хотя бы логично. Но ежели власти наши поднимут на щит центр «Сова» (ну и прочих А. Рогаткиных, чей фильм демонстрировался во время передачи), если усилят полномочия таких фигур, как В. Тишков (на передаче также присутствовавший) – это будет уже процесс самоподрыва изнутри, запущенный полным ходом. А вот этому никакого логического объяснения уже нет. Это абсурд, но мы в этот абсурд скатываемся.

Новые обвинения против партий национального интереса абсолютно необходимы всяческим «совам» именно сегодня. Прежде всего потому, что жизнь успела наглядно показать правоту опасений относительно миграционной экспансии. После дела «черных ястребов», после «вайнахских автопробегов» и лезгинок на Манежной, после вопиющей статистики по наркоторговле уже мало кто может охарактеризовать националистов как одержимых беспричинной «ненавистью к другому цвету кожи». Значит, дабы «совы» не остались безработными (а ведь ничем, кроме «борьбы», наши пернатые заниматься не умеют), им необходимо придумать какую-нибудь еще устрашающую деятельность националистов. Иначе кошмар – выяснится, что «идейный фашизм» в России настолько маргинален, что с его криминальными проявлениями вполне по силам справиться даже нашей нынешней милиции. Но есть и другой момент.

В мире, в котором все-таки существуют государственные границы, страна, где проходят официальные марши под лозунгом «русский – это прилагательное!», обречена. Я не противоречу себе – да, я много писала о том, что в силу повсеместного провала идеологии толерантности, обреченными выглядят сегодня все западноевропейские страны. Иной раз в большей степени, чем мы. Но швейцарские референдумы и французские запреты на хиджаб демонстрируют и другое: «толерантность» будут потихоньку сворачивать. Безусловно, сворачивание проекта «толерантность-мультикультурность-политкорректность» пойдет тихо, без развернутых знамен. Дразнить либеральных гусей никто не станет, дабы не заклевали, а то ведь они могут. Да и о чем тут шуметь? Были у нас, дескать, хорошие красивые идеи, но с их помощью мы сели в лужу?

Но, одной рукой сворачивая «толерантность» у себя, отчего бы другой не развернуть ее у нас? Может быть, мы и впрямь настолько глупы, что натянем этот идейный секонд-хенд?

Вот для этого и нужны «совы», Тишковы и Рогаткины.

Восхитила свежая находка «сов», что-де страшные националисты «имеют финансирование из-за рубежа». (На передаче это активно обсуждалось.) Только очень хочется конкретики, а то возникают большие недоумения. Кто эти странные донаторы?

За рубежом нет и не может быть силы, заинтересованной в развитии нацизма в России. При настоящем нацизме страна делается одновременно злой и сильной. Мы можем как угодно оценивать III Рейх (и если мы адекватны, едва ли оценим его положительно), но мы не можем отрицать очевидного – его идеология страну усилила и сплотила – да так, что мало никому не показалось. Ну и какой безумец из не слишком дружественных к нам стран захочет, чтобы Россия, исполнившись собственного превосходства над другими народами, взяла да и хорошенько усилилась? Покажите мне, кому это выгодно?

Напротив, борьба с псевдофашизмом любую страну ослабляет. Мы часто вспоминаем о том, что с настоящим фашизмом воевали все народы тогдашнего СССР. И это, конечно, правда. Но не худо бы помнить и о том, как в начале войны официальная пропаганда судорожно развернулась именно к русским ценностям, прежде попиравшимся. Иначе не могло и быть – даже СССР был все же державой русской, а уж РФ по всем международным стандартам является государством моноэтническим.

На днях я наткнулась на интересную классификацию. В сегодняшней России существуют «патриоты» – те, чей приоритет государство, сильное и плюющее на то, на каком языке в нем говорят, к какой культуре и религии относится население. (Приведу примеры – М. Леонтьев, М. Шевченко, А. Дугин). Существуют «националисты» (тут даже примеров приводить не стану, такие они все ужасные). Приоритет «националистов» – народ, его генофонд и культурно-религиозные особенности. Вторых иногда заносит в излишнее пренебрежение к ценностям первых, что по-человечески понятно, но стратегически не умно. А вот чаемой середины между этими бурно воюющими лагерями, увы нам, нет. Добавлю еще, есть также алчущие, чтоб не было у нас ни государства, ни народа. Сильно подозреваю, что таковые вьют себе гнезда в «совиных» центрах.

Во имя всего святого, будем внимательнее к наклейке ярлыков! «Антифашисты» – идейные наперсточники, отнюдь не желающие нам добра. Это говорю я – представительница семьи, в которой двое погибли на войне с настоящим фашизмом, а четверо дошли до Берлина. Едва ли многие из нынешних «антифашистов» могут сказать подобное о себе.

Не дадим им отвлечь нас на мифические проблемы. Нам весьма не полезно этим заниматься.

• На ножах
• Усиление ультранационалистических настроений может стать концом общеевропейского проекта
• Ханты-Мансийский автономный округ позиционируется как территория толерантности, где одинаково комфортно ощущают себя разные народности, а этнический колорит преподносится как многовековое достояние