Из парламента — в суд6

• Алексей Клепиков

Инициативная группа из 33 человек предлагала вынести на референдум вопрос: «Согласны ли вы с тем, что высота зданий и сооружений на территории, ограниченной рекой Невой, рекой Охтой и проездом, соединяющим Большеохтинский мост и Комаровский мост, не может быть больше 100 метров?». Горизбирком инициативную группу зарегистрировал, но депутаты вновь «забраковали» вопрос. За запрет проголосовали 30 депутатов (в основном «Единая Россия» и ЛДПР), против — семь («Справедливая Россия»), воздержавшихся не было. Фракция КПРФ в окончательном голосовании участия не приняла: коммунисты предложили голосовать поименно, и после того как единороссовское большинство отклонило их предложение, демонстративно покинули зал заседаний.

Председатель комитета по законодательству Виталий Милонов заявил в конце прошлой недели, что вопрос сформулирован неточно и допускает множественные толкования. Депутату, в частности, непонятно, о какой высоте идет речь: о предельной высоте или о той высоте, которая определена процедурой отклонения. Кроме того, по словам Милонова, даже в случае принятия положительного решения на всеобщем городском голосовании при подобной формулировке вопроса референдум не имел бы правовых последствий, поскольку закон не имеет обратной силы, а все процедуры выдачи разрешений на отклонение от высотности соблюдены. У председателя Комитета по управлению городским имуществом (КУГИ) Санкт-Петербурга Игоря Метельского, который на заседании парламентского комитета озвучивал позицию исполнительной власти, другие аргументы. По его словам, на референдум могут выноситься только вопросы, которые не урегулированы Конституцией и федеральными законами, тогда как параметры высотности и возможности от ее отклонения закреплены в Градостроительном кодексе РФ. Кроме того, как напомнил Метельский, было две судебных попытки оспорить решение по отклонению «Охта-центра» от высотных параметров. Первый иск градозащитников отклонен, но второй продолжает рассматриваться. В Смольном считают, что проведение референдума и уж тем более положительный ответ горожан на его вопрос может рассматриваться как давление на суд.

И уж совсем с экзотическим предложением выступил сегодня спикер законодательного собрания Вадим Тюльпанов. Он подчеркнул, что не против референдума как такового, и напомнил, что в 1991 году в городе успешно прошел плебисцит по поводу переименования Ленинграда в Санкт-Петербург. Однако в данном случае, по словам Тюльпанова, формулировка вопроса повторяет положения городских Правил землепользования и застройки, которые и так запрещают строительство в устье Охты зданий выше 100 метров. «Однако Градостроительный кодекс РФ дает возможность разрешать превышение предельно допустимой высоты, если оно было одобрено на общественных слушаниях. А общественные слушания по “Охта-центру” были проведены. Нужно тогда проводить общероссийский референдум, чтобы отменить Градкодекс Российской Федерации», — отметил глава парламента.

Оппозиция считает предложение провести общенациональный референдум по Градостроительному кодексу издевательским, а все прочие аргументы властей несостоятельными. По мнению представителя инициативной группы, члена федерального бюро партии «Яблоко» Бориса Вишневского, формулировка вопроса совершенно ясна и никакого множественного толкования не допускает. «О предельной высоте застройки в нем не говорится именно потому, что “предельная” — то, от чего затем можно отклониться. Речь идет об абсолютной высоте застройки на Охтинском мысу, превысить которую будет нельзя никакими отклонениями, — подчеркивает Вишневский. — Если говорить об обратной силе, то, во-первых, ее не имеет только закон, устанавливающий или отягчающий ответственность. А во-вторых, разрешение на отклонение для “Охта-центра” — это вовсе не закон. Это индивидуальный правовой акт, принятый исполнительной властью для конкретного застройщика, и он уж точно преодолевается решением референдума, имеющим в Петербурге высшую юридическую силу».

Доводы Метельского представляются Вишневскому еще более неубедительными. «Суд принимает свои решения на основании действующих правовых норм, а референдум — форма “высшего непосредственного выражения власти народа” (ст. 3 Конституции РФ), в рамках которой граждане вправе изменить эти нормы. Если они такое решение примут на референдуме, суд в дальнейшем будет руководствоваться именно им, если не примут — суд будет руководствоваться прежними нормами. И где тут председатель КУГИ усмотрел “давление на суд” или “вмешательство в его деятельность”? Наконец, такое основание просто не значится в законе среди причин, позволяющих не допустить проведения референдума».

Нынешняя попытка инициировать референдум — пятая по счету. Четвертая была заблокирована законодательным собранием перед самым Новым годом. Оппозиционеры решили, что шестого захода не будет: депутаты и Смольный придумают все новые и новые аргументы. Инициативная группа перемещает свою борьбу за референдум из парламента в суд. В ближайшее время будет подготовлен иск о незаконности сегодняшнего решения законодательного собрания.

Между тем министр культуры РФ Александр Авдеев, отправивший осенью запрос в Прокуратуру Санкт-Петербурга по поводу законности распоряжения городского правительства о высотных параметрах здания на Охте, продолжает высказываться о недопустимости строительства 403-метрового небоскреба. «Судьба Питера и его облик — это дело всей страны, — сказал Авдеев во вторник в интервью “Новым известиям”. — У меня есть субъективное мнение, и есть мнение министра. С моим субъективным мнением правительство Санкт-Петербурга не обязано считаться. Но как человек, возглавляющий министерство, я обязан следить за соблюдением законодательства в области культуры. Мы дали отрицательную оценку юридической чистоте решения, принятого правительством Санкт-Петербурга. При всем моем уважении к питерскому правительству».

• В Москве начала свою работу 3-я Московская биеннале архитектуры
• В выставочном зале Москомархитектуры завершилась демонстрация конкурсных проектов парка в Зарядье, на месте гостиницы «Россия». Но никакого практического значения итоги этого конкурса не имеют
• Первый китайский лауреат Притцкеровской премии по архитектуре рассказывает о своем понимании современных подходов к градостроению и о сочетании национального и глобального в архитектурном творчестве