Оскорбленный смской

• Кирилл Рубанков

На губернатора Костромской области подал в суд его бывший заместитель Владимир Андрейченко. До конца 2008 года он отвечал в администрации области за экономический блок. По словам истца, все произошло в ноябре прошлого года, когда он уже в обладминистрации не трудился. «23 ноября я смотрел онлайн-трансляцию еженедельной планерки областной администрации. В ходе совещания губернатор достаточно нелицеприятно высказался в адрес одного из известных и уважаемых в Костроме людей. Я тогда не сдержался и послал губернатору SMS: «Вы кто такой, чтобы на уважаемого человека голос поднимать, извинитесь немедленно», — рассказывает Владимир Андрейченко

По словам экс-чиновника, отправив SMS, он и не ждал ответа от абонента. Однако ответное послание последовало незамедлительно — на мобильник Андрейченко с номера, который принадлежит губернатору Игорю Слюняеву, пришло два сообщения. Первое — с текстом: «Вы кто такой?», а через несколько минут — второе, которое начиналось со слов: «Видимо, Вова…» — далее следовал текст, полный оскорбительных высказываний.

Владимир Андрейченко посчитал, что этим SMS губернатор Игорь Слюняев нанес ему оскорбление, «унизил честь и достоинство в неприличной форме», то есть совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 130 УК РФ. В этот же день он написал заявление в милицию. Однако через две недели в возбуждении уголовного дела ему отказали, поскольку, согласно лингвистическому исследованию SMS-сообщений, которое было проведено сотрудником одного из местных вузов, «реплика абонента (отправившего сообщение с губернаторского телефона) является оскорбительной, но не является адресной». А ст. 130 УК РФ требует, чтобы оскорбление носило личный характер.

Отказ в возбуждении уголовного отдела Андрейченко оспорил в суде, позже его отменила и городская прокуратура, где потребовали провести дополнительную проверку. Но и во второй раз в возбуждении уголовного дела бывшему чиновнику было отказано. На этот раз основанием для отказа сочли объяснения начальника правового управления администрации Костромской области Михаила Барабанова. Он рассказал, что 23 ноября, в день, когда были отправлены скандальные SMS, он присутствовал в областной администрации на оперативном совещании, которое проводил губернатор, и примерно через час после его окончания, около 12.00, вернулся в зал, где забыл ряд документов. У входа он увидел лежащий на подоконнике мобильный телефон, «внешне похожий на тот, который использует губернатор». Барабанов взял мобильник и отнес в приемную губернатора, где передал лично Игорю Слюняеву. Тот поблагодарил подчиненного и сказал, что оставил телефон в зале заседаний. Таким образом, версия областной администрации проста: забытый губернаторский телефон некоторое время находился в свободном доступе и поэтому кто угодно мог послать с него SMS-сообщения. УВД Костромы такое объяснение полностью удовлетворило, и там снова отказали в возбуждении уголовного дела.

Но к этому времени вся история, которую в регионе называют «делом о матерной эсэмэске» и «загадкой забытого телефона», стала широко известна и дала повод к многочисленным насмешкам и нелестным для областных властей комментариям. В свою очередь, Владимир Андрейченко принял решение обратиться в суд о привлечении губернатора к уголовной ответственности в порядке частного обвинения, и 22 марта мировой суд его заявление принял. На состоявшемся заседании представитель Игоря Слюняева настаивала на том, что с телефоном произошло недоразумение, мобильник был губернатором забыт в зале совещания и кто угодно мог послать Андрейченко оскорбительное SMS-сообщение.

Затребованные судом распечатки соединений с номера, который принадлежит Игорю Слюняеву, говорят о том, что с 11 до 12 часов, то есть в то время, когда были посланы скандальные эсэмэски и, по логике областных чиновников, забытый телефон мог оказаться в чьих-то руках, с мобильника было сделано два исходящих звонка и принят один входящий — из Министерства регионального развития. Последний разговор продолжался около полутора минут. «Остается предположить, что кто-то из Министерства регионального развития позвонил губернатору Игорю Слюняеву, но потом полторы минуты общался по этому телефону неизвестно с кем, — говорит Владимир Андрейченко. — Для меня нет сомнений, кто автор этого SMS». Андрейченко подал ходатайство с требованием установить тех лиц, которым за то время, что телефон был «забыт», с него сделали звонки.

Как отмечают местные наблюдатели, сейчас губернатор и его бывший подчиненный как бы поменялись местами. Год назад именно Слюняев подал в прокуратуру заявление на Владимира Андрейченко по ч. 2 ст. 130 УК («оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или СМИ»). Глава региона посчитал оскорбительной написанную Андрейченко статью «Куда приведет Слюняев со "слюнявчиками” Костромскую область», в которой бывший заместитель по экономике, пользуясь открытыми цифрами, анализировал социально-экономическую ситуацию, сложившуюся в регионе. Статья, размещенная в одном из популярных в городе блогов, произвела сенсацию местного масштаба, а на самого Андрейченко завели уголовное дело, допросили в качестве подозреваемого, провели дома обыск и изъяли компьютер. Как рассказывает Андрейченко, помимо оскорбления и клеветы, его хотели обвинить еще и в разжигании социальной розни. Однако проведенная экспертами ФСБ лингвистическая экспертиза показала, что статья не является оскорбительной и призывов к разжиганию социальной розни не содержит. В результате следователь принял решение о приостановлении уголовного дела. При этом сам Андрейченко настаивал на том, что дело возбуждено незаконно и необоснованно, и подал жалобу в суд, который, после ряда отказов и новых рассмотрений дела, выиграл.

После того как Игорь Слюняев в октябре 2007 года стал губернатором Костромской области, региональные власти объявили об «информационной открытости» новой администрации: журналисты смогли посещать еженедельные планерки губернатора, началась их трансляция в интернете, а на сайте областной администрации появился форум, на котором жители могли обратиться к любому чиновнику. Результат «информационной открытости» получился какой-то странный.

• Переход к прямым выборам глав регионов на Северном Кавказе будет более сложным и конфликтным, чем в остальной России. Однако выборы могут стать и шансом оздоровить северокавказскую политику, если предвыборные кампании удастся повернуть в русло обсуждения подлинных проблем региона
• Сенат или пенсия
• Инициировав прямые выборы губернаторов, федеральная власть испугалась сама себя