- «Expert Online» /
- 03 сен 2010, 19:09
Ошибка на миллион3
На сайте Минздравсоцразвития появился проект федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности медицинских организаций перед пациентами».
Как отмечают авторы законопроекта, «это абсолютно новаторский для России нормативный правовой акт, аналога которому в отечественной истории еще не было». Законопроект подготовлен на основе изучения наиболее удачных моделей подобного страхования, выработанных в зарубежной практике. «Принятие данного проекта позволит каждому пациенту, вред здоровью которого причинен при оказании медицинской помощи, получить надлежащее материальное возмещение вне зависимости от вины медицинских работников», – отмечают в Минздраве.
Напомним, что сейчас факт врачебной ошибки можно доказать только в суде. Согласно размещенному на сайте законопроекту, с 2013 года все без исключения медучреждения вне зависимости от организационно-правовой формы и формы собственности должны будут приобрести страховой полис. Базовый тариф по данному виду страхования гражданской ответственности перед пациентами составит 2% от объема оказываемой медпомощи – столько будут перечислять медорганизации в страховую компанию. За госучреждения это сделает государство. Тариф будет дифференцироваться в зависимости от квалификации медработников, видов оказываемой медпомощи и иных характеристик. По оценкам экспертов, рынок этого вида страхования составит более 26 млрд рублей.
Пациент сможет получать возмещение при наступлении страхового случая без обращения в суд. Но пока только в том случае, если он умер (тогда за него это сделают родственники) или стал инвалидом. Сумма выплат составит от полумиллиона рублей при инвалидности третьей группы, до двух миллионов рублей при смерти пациента.
Для того чтобы получить страховую выплату, необходимо будет доказать факт причинения вреда здоровью и то, что это связано с проведенным лечением (начиная от испорченных препаратов и антисанитарии и заканчивая врачебной ошибкой при операции). Выяснять все обстоятельства будет специальная постоянная комиссия во главе с представителем регионального органа здравоохранения.
Страховщик имеет право переложить расходы на медучреждение или конкретного врача, если будет установлен их преступный умысел, либо если окажется, что врач был пьян, либо если медучреждение могло предотвратить ущерб, но не сделало этого. Пациент, получив выплату от страховой компании, также может подать в суд на врача или медучреждение, если сочтет, что они совершили преступление и ситуация выходит за рамки профессиональной гражданской ответственности. К обязательному виду страхования допустят далеко не всех страховщиков, а соответствующих целому набору критериев: уставный капитал их должен быть не менее двух миллиардов рублей, филиальная сеть должна охватывать не менее 75% регионов, а доля иностранных инвесторов не должна превышать 25%.
Страховщики и эксперты считают, что идея страхования врачебной ответственности абсолютно своевременна и адекватна. «Введение данного вида страхования на обязательной основе позволит сделать пациентов более защищенными, – говорит директор Центра страхования ответственности ОАО СК «РОСНО» Галина Гуляева. – Существующее сегодня добровольное страхование ответственности медучреждений развито слабо. Основными клиентами по данному виду страхования являются те компании, у которых больше всего претензий на некачественное обслуживание и ошибки и которые имеют средства на страхование: стоматологические частные клиники и медучреждения общего профиля, оказывающие свои услуги на платной основе. У бюджетных медучреждений просто нет средств для покупки полиса».
Начальник отдела страхования финансовых и профессиональных рисков ОСАО «Ингосстрах» Дмитрий Мелехин уверен, качество медицинских услуг после принятия закона повысится. Это произойдет из-за того, что проштрафившихся будут наказывать рублем, а добросовестных поощрять. «В случае если работники медучреждения будут оказывать некачественные медицинские услуги пациентам, тарифы по страховке будут повышаться. И наоборот, когда клиники будет улучшать стандарты качества медицинских услуг, повышать уровень профессионализма своего персонала, они смогут применять понижающие коэффициенты к базовым тарифам», – говорит страховщик.
Однако ряд моментов в новом законопроекте может снизить его эффективность в действии. Например, сомнение вызывает состав комиссии, которая состоит из одних только чиновников и бюрократов и призвана разбираться во врачебных ошибках. А что делать тем, здоровье которых всерьез подпортили, а инвалидность не дали?
Кроме того «законопроект ведет к удорожанию медпомощи за счет расходов медорганизаций на страхование ответственности, а страхования ущерба здоровью в большинстве случаев не будет происходить», отмечает президент общества специалистов доказательной медицины Василий Власов.
Страховщики считают, что отсутствие на рынке компаний с иностранным капиталом может снизить конкуренцию, которая обычно повышает качество услуг.
«Ограничение доступа страховщиков с иностранным капиталом в ряду прочих перечисленных гарантий платежеспособности выглядит абсолютно абсурдным и никак не может быть связано ни с данным видом страхования, ни с задачами, которые призван решить этот закон, – возмущается гендиректор РОСНО Ханнес Чопра. – Это выглядит как дискриминация. Наличие иностранного акционера, как раз напротив, является дополнительной гарантией ответственности и устойчивости компании. Требования и стандарты ведения бизнеса нашего акционера – мирового холдинга Allianz – гораздо более жесткие и консервативные, чем требования российского законодательства. Мы стояли у истоков рынка медицинского страхования, формируя стандарты работы на нем, являемся одним из его ведущих игроков, а также одним из лидеров рынка страхования ответственности. В целом необоснованное ограничение доступа иностранных игроков к тому или иному рыночному сегменту снижает инвестиционную привлекательность отечественного рынка, ограничивает здоровую конкуренцию и негативно скажется в конечном итоге на самом потребителе».
В Минздраве к критике обещали прислушаться. Статс-секретарь – заместитель министра здравоохранения и социального развития РФ Юрий Воронин вчера заявил, что «с чего-то надо начинать», а дальше «будем смотреть, как эту систему развивать».
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
В двух словах — данный законопроект - имитация заботы о пациенте в результате которой пара-тройка страховщиков смогут заработать неплохие деньги. А Минзрав отчитаться за очередную новацию. А беда всех “аналитиков”, что тексты закона они не читают. Если же в данном документе разобраться чуть подробнее, то вылезет такая муть…… Дело в том, что сам по себе законопроект являет пример не просто сырого, а еще и сугубо конъюнктурного продукта. Серьезно оторванного от реальности.
Чего только стоит определение важнейшей, принципиальнейшей функции - «порядок проведения расследования страхового случая»! Однако по букве закона мы никоим образом не получаем механизма независимой экспертизы, наоборот комиссия «для расследования и установления факта страхового случая» создается органом исполнительной власти субъекта РФ в сфере здравоохранения, т.е. она является ведомственной, причем со стороны собственника и непосредственного руководителя лечебных учреждений. Но это еще не все (нонсенс) - комиссия «создается и действует на общественных началах». Вы вот верите в квалификацию, действенность и независимость общественной(!) комиссии в составе представителей «органа исполнительной власти субъекта РФ, органа исполнительной власти субъекта РФ в сфере здравоохранения, федерального учреждения медико-социальной экспертизы, общероссийского объединения профессиональных союзов медицинских работников» и т.п.? Я — нет. Или неужели кто то может поверить в эффективность противостояния чиновникам представителя мифической «организации по защите прав потребителей (пациентов)» - одного из 7-11 членов комиссии? Вывод: данная «комиссия» являет собой не более чем «формальный громоотвод», призванный не более чем обозначить заботу о пациентах, а, в реальности, свести до минимума разбирательства по существу. И — страховые выплаты.
Если же говорить о перечне подлежащих расследованию «дефектов медицинской помощи», то он включает все то, чем сейчас занимаются (точнее должны заниматься) компании, осуществляющие ОМС. Более того, закон так и не решает, что делать в тех случаях, которые не подпадают под критерии «дефектов медицинской помощи». Или тех, когда эти дефекты доказать не удается («лечили правильно, больной скончался»). Таким образом, залезая в сферы деятельности, которые входят в компетенцию ОМС, закон не решает проблему причинения вреда здоровью, возникающего при соблюдении стандартов. Т.е. случайности, того, что, в принципе, и должно быть предметом страхового покрытия. В итоге пути реализации интересов пациента заволокичиваются до безнадежности. Он, как обычно, лишнее звено в конструкции.
Естественно создается впечатление, что авторы законопроекта не в курсе, что в стране существует институт обязательного медицинского страхования. И, следовательно, независимая экспертиза качества медицинской помощи. Либо, что очень прискорбно, данный законопроект продолжает линию на выхолащивание правозащитной составляющей ОМС.
И потому со всей очевидностью вылезает портрет заказчика: представителя одной из крупнейших федеральных (отечественных) страховых компаний, судя по всему «на досуге» написавшего этот документ и за пару банкетов уговоривший представителей минздрава внести его для обсуждения. Доказательства? Вот они: например Статья 21. «Страховщики» изложена настолько убого прямолинейно и ангажированно, что лишний раз убеждаешься — отечественное страховое сообщество предпочитает зарабатывать жульничеством, желательно в партнерстве с органами власти. Иначе как чушью, не имеющей отношения к выполнению страховых обязанностей можно назвать перечисление требований к страховщику, начинающихся с пунктов «а» и «б»: «величина уставного капитала этой страховой организации должна быть равна или более двух миллиардов рублей; отсутствие иностранных инвесторов, имеющих в уставном капитале этой страховой организации долю равную или более 25 процентов» и оканчивающихся анекдотичным - «страховщики и их представители должны располагаться в приспособленных для выполнения своих функций помещениях.». А, и еще - «страховщик должен иметь обособленные подразделения (филиалы) в каждом федеральном округе РФ и не менее чем в 75% субъектов РФ».
В двух словах — данный законопроект - имитация заботы о пациенте в результате которой пара-тройка страховщиков смогут заработать неплохие деньги. А Минзрав отчитаться за очередную новацию. А беда всех “аналитиков”, что тексты закона они не читают. Если же в данном документе разобраться чуть подробнее, то вылезет такая муть…… Дело в том, что сам по себе законопроект являет пример не просто сырого, а еще и сугубо конъюнктурного продукта. Серьезно оторванного от реальности.
Чего только стоит определение важнейшей, принципиальнейшей функции - «порядок проведения расследования страхового случая»! Однако по букве закона мы никоим образом не получаем механизма независимой экспертизы, наоборот комиссия «для расследования и установления факта страхового случая» создается органом исполнительной власти субъекта РФ в сфере здравоохранения, т.е. она является ведомственной, причем со стороны собственника и непосредственного руководителя лечебных учреждений. Но это еще не все (нонсенс) - комиссия «создается и действует на общественных началах». Вы вот верите в квалификацию, действенность и независимость общественной(!) комиссии в составе представителей «органа исполнительной власти субъекта РФ, органа исполнительной власти субъекта РФ в сфере здравоохранения, федерального учреждения медико-социальной экспертизы, общероссийского объединения профессиональных союзов медицинских работников» и т.п.? Я — нет. Или неужели кто то может поверить в эффективность противостояния чиновникам представителя мифической «организации по защите прав потребителей (пациентов)» - одного из 7-11 членов комиссии? Вывод: данная «комиссия» являет собой не более чем «формальный громоотвод», призванный не более чем обозначить заботу о пациентах, а, в реальности, свести до минимума разбирательства по существу. И — страховые выплаты.
Если же говорить о перечне подлежащих расследованию «дефектов медицинской помощи», то он включает все то, чем сейчас занимаются (точнее должны заниматься) компании, осуществляющие ОМС. Более того, закон так и не решает, что делать в тех случаях, которые не подпадают под критерии «дефектов медицинской помощи». Или тех, когда эти дефекты доказать не удается («лечили правильно, больной скончался»). Таким образом, залезая в сферы деятельности, которые входят в компетенцию ОМС, закон не решает проблему причинения вреда здоровью, возникающего при соблюдении стандартов. Т.е. случайности, того, что, в принципе, и должно быть предметом страхового покрытия. В итоге пути реализации интересов пациента заволокичиваются до безнадежности. Он, как обычно, лишнее звено в конструкции.
Естественно создается впечатление, что авторы законопроекта не в курсе, что в стране существует институт обязательного медицинского страхования. И, следовательно, независимая экспертиза качества медицинской помощи. Либо, что очень прискорбно, данный законопроект продолжает линию на выхолащивание правозащитной составляющей ОМС.
И потому со всей очевидностью вылезает портрет заказчика: представителя одной из крупнейших федеральных (отечественных) страховых компаний, судя по всему «на досуге» написавшего этот документ и за пару банкетов уговоривший представителей минздрава внести его для обсуждения. Доказательства? Вот они: например Статья 21. «Страховщики» изложена настолько убого прямолинейно и ангажированно, что лишний раз убеждаешься — отечественное страховое сообщество предпочитает зарабатывать жульничеством, желательно в партнерстве с органами власти. Иначе как чушью, не имеющей отношения к выполнению страховых обязанностей можно назвать перечисление требований к страховщику, начинающихся с пунктов «а» и «б»: «величина уставного капитала этой страховой организации должна быть равна или более двух миллиардов рублей; отсутствие иностранных инвесторов, имеющих в уставном капитале этой страховой организации долю равную или более 25 процентов» и оканчивающихся анекдотичным - «страховщики и их представители должны располагаться в приспособленных для выполнения своих функций помещениях.». А, и еще - «страховщик должен иметь обособленные подразделения (филиалы) в каждом федеральном округе РФ и не менее чем в 75% субъектов РФ».
Павел Болтаев
Ну и как вы себе это представляете при отсутствии единых общероссийских стандартов лечения (а денег на соблюдение их ни кто выделять не будет, ибо это дорогое удовольствие)? А если помощь многоэтапная?
С одной стороны - по 200 000 руб на это дело там заложено, на практике - ….
Ну и как вы себе это представляете при отсутствии единых общероссийских стандартов лечения (а денег на соблюдение их ни кто выделять не будет, ибо это дорогое удовольствие)? А если помощь многоэтапная?