Помощь банкроту1

• Семен Эпштейн

Семен Эпштейн

Фото: пресс-служба Эксперт Online

В российской практике успешные или перспективные компании зачастую становятся объектами недружественных поглощений, которые могут трансформироваться в использование процедур банкротства. Так, акционерам компании-цели «захватчики» предлагают продать принадлежащие им акции и в случае получения отказа скупают кредиторскую задолженность и инициируют процедуру банкротства такой компании. Лояльный арбитражный управляющий и большинство голосов на собрании кредиторов позволят успешно завладеть желаемым активом. Однако «агрессор» может встретить сопротивление со стороны компании-цели.

Во-первых, должник и его акционер могут иметь в запасе просуженную задолженность, которая позволит самим инициировать банкротство с целью защиты, либо получить большинство голосов на собрании конкурсных кредиторов.

Во-вторых, акционеры компании-цели могут заготовить «сюрприз» для атакующих в виде залогов всех ликвидных активов компании. В таком случае «агрессор», выкупив «кредиторку», обнаружит, что он бессилен перед залоговыми кредиторами компании-должника.

В-третьих, законом о банкротстве предусмотрена возможность исполнения обязательств должника его участниками (акционерами) или вовсе третьими лицами (статья 113) в рамках внешнего управления: путем перечисления денежных средств на специальный банковский счет должника или в депозит нотариуса.

Достаточно нечеткое правовое регулирование такого механизма позволяет использовать его лицам, заинтересованным в отсрочке процесса распродажи имущества компании-должника. В частности, закон не устанавливает, что после вынесения определения арбитражным судом об удовлетворении заявления лица о намерении погасить задолженность должника в полном объеме лицо обязано осуществить соответствующее действие – ответственность за невыполнение намерения также не установлена. В связи с этим дружественные структуры должника могут «закидывать» арбитражный суд такими заявлениями, а при необходимости фактически произвести выкуп требований у кредиторов, в том числе у атакующего кредитора.

Концептуально такое нормативное положение объясняется главным образом необходимостью сохранения производственного процесса экономически значимого предприятия, а на деле оно создает предпосылки для эффективной защиты.

К сожалению, закон о банкротстве имеет ряд пробелов. Так, не урегулирован порядок определения требований кредиторов, включенных в реестр кредиторов, подлежащих удовлетворению третьим лицом. На наш взгляд, такое лицо должно осуществить погашение требований кредиторов, включенных в реестр требований, на момент направления третьим лицом заявления о намерении.

Кроме того, закон не предусматривает механизм получения информации о кредиторах и о размере их требований. В связи с этим могут возникнуть сложности в получении лицом, намеревающимся помочь должнику и не имеющим статус лица, участвующего в деле о банкротстве, необходимой информации.

Несмотря на существующие пробелы в законодательстве о банкротстве, действенная система защиты активов от недружественных поглощений может быть выстроена как заранее, так и в процессе противодействия захватчику.

• На российском туристическом рынке участились случаи банкротств. Законодательные инициативы по повышению размера финансовых гарантий для туроператоров вряд ли смогут изменить ситуацию
• Немецкие производители солнечных батарей банкротятся один за другим. Причина кризиса перспективной отрасли — непродуманная система субсидий, вырастившая смертельно опасных конкурентов из Китая
• Таганрогский автомобильный завод без предупреждения подал в арбитражный суд Ростовской области заявление о своём банкротстве. С одной стороны, таким образом предприятие выполнило тактическую задачу защиты от кредиторов, с другой — перечеркнуло достигнутые ранее долгосрочные договорённости с контрагентами, среди которых не только банки, но и власти всех уровней