ПУБЛИКУЙТЕ НОВОСТИ О ГЛАВНЫХ СОБЫТИЯХ
СВОЕЙ КОМПАНИИ НА EXPERT.RU

Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Интервью

Александр Сладковский: "Я владею оркестром"

«Русский репортер» 2012

Самое тёмное дело в жизни А.В.Сладковского.

Александр Витальевич Сладковский – заслуженный артист России, главный дирижер Государственного симфонического оркестра Республики Татарстан. Человек творческий, неординарный, волевой, требовательный как к себе, так и к другим. Накануне Второго международного фестиваля «Рахлинские сезоны» мы побеседовали с маэстро после репетиции оркестра прямо в его гримерной.
 - Как проходит Ваш обычный день? Что Вы успели сделать уже сегодня?
 - Сегодня я успел написать письмо внуку Рахманинова – Александру Борисовичу: мы обсудили мой приезд в Казань. Ответил вдове татарского поэта Равиля Бухараева: она заканчивает работу над либретто на заказанную мною оперу на татарский эпос, которая называется «Белый волк». Успел привести себя в порядок, выпить кофе, выкурить трубку, переговорить со своими концертмейстерами о ближайших планах, грядущей работе. После репетиции у нас ревизия инструментов Министерством финансов РТ. Потом у меня будет несколько встреч с ректором Консерватории и множество текущих дел: от ремонта крыши до работы над дисками.
- Как происходит подготовка к репетициям?
 - Профессия дирижера на 98% - профессия внутреннего слуха. Я показываю на сцене то, что миллиарды раз уже проиграл внутри себя и добиваюсь той звуковой картины на сцене, которую услышал. Моей работы не видно и многие спрашивают: кто такой дирижер? А для чего он? Мне сложно сказать, чем я занимаюсь и как я готовлюсь. Несмотря на то, что я много знаю о музыке, я ужасно много не знаю о музыке. Моя работа заключается в том, чтобы постоянно познавать. У меня нет конечной точки развития, это меня вдохновляет. Чем дольше я сумею сохранить этот тонус, тем лучше у меня будет звучать оркестр.
 - Владеете ли Вы музыкальными инструментами?
 - Уже нет. Я владею сейчас оркестром. Для того чтобы играть на инструменте – надо часами заниматься, у меня нет для этого времени. Я очень люблю играть на рояле. Иногда проигрываю прелюдии Баха, Рахманинова – что-то в пальцах ещё осталось.
 - Как проходило Ваше становление как дирижера?
 - Я учился музыке с 5 лет. А в 13 лет я увидел Темирканова, который дирижировал в Москве Государственным оркестром России и я был этим очарован. Помню это до сих пор. До 16 лет всё-таки я думал, сомневался. С самого детства я любил музыку, учил произведения для себя, сверх учебной программы. Это была моя страсть, я находил в музыке ту свободу, то измерение, в котором мне было комфортнее всего, и я решил сделать ее своей профессией.
 - У вас существует свой художественный ритуал?
 - Выкурить трубку и выпить глоток крепкого чая.
 - Музыка подвластна всем или это удел избранных?
 - Есть такое выражение – культурная гигиена. Музыка – многогранна, многосложна. Её нельзя применить к какой-то категории слушателя. Музыка – универсальна. Она может удовлетворить запрос любого слушателя. Чем больше слушателей, знатоков и любителей классической музыки, тем культурнее общество. Классическая музыка существует для того, чтобы души были здоровы.
 - Почему, на Ваш взгляд, в мире музыки правят мужчины?
 - Боюсь философствовать на эту тему – просто это данность. С другой стороны замечу – насколько удачно у мужчины складывается карьера, во многом зависит от той женщины, которая рядом с ним. Я склонен думать, что мужчина – это сила, но есть ещё что-то неведомое, которое может эту силу удесятерить. Роль женщины велика, женщина вдохновляет, помогает и поддерживает.
 - Как привить детям любовь к музыке?
 - Сейчас мы будем делать абонемент для школьников «Уроки музыки с оркестром». Публику надо воспитывать «с младых ногтей». Мы пригласим детей на репетиции оркестра, и я в живом общении буду им рассказывать о музыке. Надо, чтобы они с детства понимали, что дирижер – это не дяденька, который красуется, виляет хвостом и машет руками, дирижер – это человек, который формирует звуковую картину, он из хаоса звуков, из огромного количества красок и возможностей оркестровых тембров благодаря композитору приводит музыку к целостному произведению.
  - Может ли оркестр играть без дирижера?
 - Существует мнение последние два-три десятилетия, что дирижирование – это нечто прикладное – встал, подирижировал, и всё само собой сложилось. Дирижирование – это профессия. Я учился этой профессии в совокупности 10 лет. Я закончил 2 консерватории – Московскую и Петербургскую.
  - У южноамериканских индейцев рассказчик, который обращается к большой аудитории, поворачивается к слушателям спиной и обращает свой взгляд в глубь хижины. Он не отвлекается на людей и полностью погружается в свой рассказ. Здесь напрашивается сравнение – во время исполнения дирижер завладевает вниманием аудитории через оркестр, существование внешнего мира прекращается. Есть ли в этом своя магия? Что происходит в голове и душе в этот момент?
 - Это магия чистой воды. Это слаще всех самых приятных ощущений. Наверное, поэтому все хотят быть дирижёрами (улыбается).
 - Бывало ли желание повернуться в зал и посмотреть на реакцию зрителей во время исполнения?   
- Бывают такие моменты, когда играешь на бис и поворачиваешься к зрителям, чтобы они аплодировали оркестру, так устанавливается контакт. Дирижирование, как сказал Римский-Корсаков, – самое тёмное дело в музыке. До конца 19 века дирижёры стояли лицом в зал. Это было связано с тем, что спиной к Его Величеству стоять было нельзя. Со временем это видоизменилось. 
 - Можете ли Вы определить, когда музыканты не в форме, или ошибаются?
 - Если правильно поставить дело – такого быть не может. У нас есть определённый алгоритм работы оркестра, классический – его изобрели 200 лет назад. Музыкант должен ежедневно выполнять и соблюдать эти правила – в этом и есть сложность его профессии, она немножко монотонная. Ты обязан каждый день учить новые партии, обязан знать текст и репетировать так, чтобы «отскакивало от зубов». У нас очень строгий порядок в этом смысле. В этом и есть качество оркестра – в отношении каждого из музыкантов к делу, которое он делает.
 - Вы много гастролируете. Как ваша семья относится к этому?
 - Хочу сказать, что я не сторонник частых поездок. Как говорят гурманы – кушать надо не много, но вкусно. Ездить надо не часто, а наверняка. Смысл в том, чтобы вывести оркестр на такой уровень, чтобы мы были востребованы на мировых площадках. Раньше я много ездил как дирижёр, это колоссальная практика, но сейчас у меня нет на это времени. Сейчас у меня есть цель, и я не хочу размениваться. Для того, что мы имеем сейчас, нет необходимости ездить. Дело здесь не в количестве, а в качестве. Мне очень повезло, потому что моя жена до того, как я приехал в Казань, вела мои дела, переговоры, гастроли, расписания. Сейчас она так же занимается организационными вопросами и является по должности моим заместителем. Она руководит всеми процессами, которые обеспечивают творчество. То есть до вечера мы заняты каждый своими делами, а потом до ночи работаем, обсуждая какие-то моменты, решая всё то, что не успели решить. У нас есть общий интерес, общая цель, которым подчинена наша жизнь.
 - Есть ли у Вас любимый фестиваль? Расскажите о нем.
 - Для меня в хорошем смысле экстремальным и очень показательным является фестиваль «Крещендо» Дениса Мацуева. Туда приезжают музыканты, которые сделали блестящую карьеру в России и за рубежом, это молодые ребята. Экстрим здесь заключается в том, что мы собираемся в день концерта и в течение четырех часов динамично, тонко и слаженно взаимодействуем. Эти темпы меня очаровывают. Из масштабных и серьёзных событий в российском пространстве – это самый мощный фестиваль. Собираются старые друзья, и все получается на высшей точке кипения, незабываемо.
 - Вы являетесь основателем и художественным руководителем четырех международных музыкальных фестивалей в г. Казани. С какими трудностями Вы столкнулись в процессе их организации?
 - Существует одна трудность – за темпами, которые мы задали, общество не успевает. То, что люди делают несколько лет, мы сделали за год. Мы вышли на уровень хорошего европейского коллектива. Для людей, которые раньше только наблюдали за этими процессами то, что мы делаем – шок. Для того чтобы люди поняли, что происходит в Казани на культурных просторах, надо еще пару лет.
Светлана Семеновых, Анна Главатских

Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама



    Самозанятым помогут заявить о себе

    Альфа-Банк первым представил мобильное приложение для самозанятых

    «Экспоцентр»: место, где бизнес развивается


    В клинике 3Z стали оперировать возрастную дальнозоркость

    Офтальмохирурги клиники 3Z («Три-З») впервые в стране начали проводить операции пациентам с возрастной дальнозоркостью

    Инновации и цифровые решения в здравоохранении. Новая реальность

    О перспективах российского рынка, инновациях и цифровизации медицины рассказывает глава GE Healthcare в России/СНГ Нина Канделаки.

    ИТС: сферы приложения и условия эффективности

    Камеры, метеостанции, весогабаритный контроль – в Белгородской области уже несколько лет ведутся работы по развитию интеллектуальных транспортных систем.

    Курс на цифровые технологии: 75 лет ЮУрГУ

    15 декабря Южно-Уральский государственный университет отметит юбилей. Позади богатая достижениями история, впереди – цифровые трансформации

    Когда безопасность важнее цены

    Экономия на закупках кабельно-проводниковой продукции и «русский авось» может сделать промобъекты опасными. Проблему необходимо решать уже сейчас, пока модернизация по «списку Белоусова» не набрала обороты.

    Новый взгляд на инвестиции в ИТ: как сэкономить на обслуживании SAP HANA

    Экономика заставляет пристальнее взглянуть на инвестиции в ИТ и причесать раздутые расходы. Начнем с SAP HANA? Рассказываем о возможностях сэкономить.

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».


    Реклама