ПУБЛИКУЙТЕ НОВОСТИ О ГЛАВНЫХ СОБЫТИЯХ
СВОЕЙ КОМПАНИИ НА EXPERT.RU

Самое интересное за месяц с комментариями шеф-редактора. То, что нельзя пропустить!

Правила «Своей игры»

«Эксперт-ТВ» 2012

Что происходит с интеллектуальными программами на отечественном телевидении? Является ли программа «Своя игра» рейтинговой программой и в чем секрет долговечности программы?

— Здравствуйте, господа. Как раз перед Рождеством нам напомнили, что порядок творения обманчив, как сказка с хорошим концом. Публику напугали. Разнеслась весть, что дорогая, симпатичная многим интеллектуальная телеигра «Своя игра», телепередача «Своя игра» закрывается на канале НТВ. Не успели люди толком расстроиться, как пришла новая весть: нет, не закрывается, а вместо этого закрываются некоторые из наиболее желтых передач канала НТВ. О том, что там происходило, что будет происходить и как вообще на это надо смотреть, нам сегодня расскажет человек, больше других об этом знающий, у нас в студии, лауреат премии «ТЭФИ», неизменный ведущий интеллектуальной телеигры «Своя игра» Петр Кулешов. Здравствуйте, Петр Борисович.

— Добрый вечер.

— Так чего стряслось-то?

— Стряслось, если Вы имеете в виду закрытие, стряслось то, что лично я...

— Да. То ли закрытие, то ли не закрытие. Вот, как это было?

— Было все очень просто. Незадолго до того, как мы получили весть о закрытии, меня две добрые журналистки на одном из каналов, где я сидел в качестве гостя, они мне задали традиционный вопрос в общем-то: в чем причина долголетия передачи на тот момент. Я вдруг неожиданно для себя ляпнул, хотя канал такой серьезный, я сказал: я не знаю, как они нас еще терпят. Терпят.

— Вот. Вот. Вот. Вот.

— И понял, что я уже года два как жду, когда же нас, наконец, выкинут взашей к чертовой матери с нашими очкастыми умниками. И через какое-то время да, мы получаем известие, что все, выходить мы не будем. Выходить мы не будем, и в многочисленных комментариях на меня, естественно, тут же начинают нападать средства массовой информации, я говорю только одно: спасибо за то, что они нас в последнее время терпели, особенно последнее время. Потому что наши игроки, а они, безусловно, в игре главные, наши игроки не вооружены, не имеют бицепсов. Самое печальное, никто из них не пытался не то что жениться, но даже хотя бы приблизиться более чем на 10 метров к Алле Пугачевой.

— Да, если кого-нибудь из них подвести, он упадет на спину и заверещит.

— Ну да.

— Это да.

— Как они нас терпят, в общем, терпели, терпели... Когда сообщили о том, что они нас все-таки возвращают в эфир, у меня случился ступор. Причем ладно бы у меня. Мне позвонил продюсер нашей программы Андрей Могирев, который, в общем-то, он из военных, он такой удивительно стойкий человек, он мне позвонил, явно совершенно в состоянии дичайшего шока, и мне это передалось, я в этот момент находился в магазине и, подходя к кассе, обнаружил у себя в тележке какое-то непонятное количество совершенно ненужных мне вещей, которые я, слушая его...

— Видимо, алкогольных напитков.

— ... автоматически набирал. Нет, не алкогольных напитков. Ну вот, это было полнейшей совершенно неожиданностью. Потом была...

— То есть Вы не считаете, что это реакция общественности сработала? Ведь были же какие-то колоссальные вскрики в вашу защиту.

— Вы знаете, я первым делом позвонил Сереже Пехлецкому, продюсеру «Своей игры», который продюсер ровно столько, сколько я ее веду, то есть с самого начала. Он продюсер по творческим вопросам. Я говорю: Сереж, что мы будем отвечать, когда нас начнут спрашивать...

— Ну, вот-вот, поделитесь, что вы решили? Что вы будете говорить.

— ... что мне говорить? Замечательный Пехлецкий сказал мне: слушай, ну, нас выгнали за низкие рейтинги, ты говори, что, очевидно, рейтинги за те две недели, пока мы были в гробу так сильно выросли...

— А на самом деле рейтинги, действительно, за последнее время ощутимо снизились?

— Нет, Вы знаете, на что мы серьезно обиделись, это когда нам мотивировали наш уход низкими рейтингами. Это же очень просто. Я совершенно не интернетный человек, но я перехожу со странички НТВ, где написано, у «Своей игры» низкие рейтинги, пошли вон, я перехожу на страничку популярнейшего сайта, который рейтингами, собственно, занимается, и вижу, какие рейтинги. Понимаю, что как-то вот человека вывел директор школы, вручил ему дневник, говорит: отчислен за неуспеваемость; человек открывает дневник, там одни пятерки. Я поэтому во всех комментариях говорил: что касательно рейтингов, будьте любезны, перейдите, пожалуйста, вот на этот сайт, посмотрите рейтинги и убедитесь, что они не низкие 

— Хорошо, я собственно... я рад, что это так. Но я бы хотел понять вот что, и Вы, несомненно, это знаете. А какова динамика за те уже долгие годы, что вы на НТВ, как рейтинги шевелятся с годами?

— Я вам могу сказать, что они в достаточной степени стабильны. Они всегда по Москве выше, чем в целом по России, а по Санкт-Петербургу выше, чем по Москве.

— Вот она, культурная столица-то.

— Да. Да. Да. Причем вы знаете, очень интересно. Когда объявили вот эту вот своеобразную рокировку: «Свою игру» оставляют, программу «Максимум» закрывают, с моей точки зрения, программа «Максимум» — новость номер один, «Своя игра»... И вот основные информагентства, они так и подают: программа «Максимум» уходит, где-то в конце... Питерские и израильские информагентства с точностью до наоборот: «Свою игру» оставляют, программу «Максимум»...

— Ну, теперь мы знаем, как географически распределена ваша аудитория.

— А что касательно общественного мнения, Вы знаете, я за последнее время как все нормальные люди настолько привык к тому, что общественное мнение как-то не очень что-то решает в этой стране...

— То-то и хорошо, что, вот, может быть, вы и будете первой ласточкой...

— Однако же никаких других аргументаций, вообще, честно говоря, в голову не приходит.

— Понимаю Вас. Понимаю Вас. Ну, вот, насчет географического распределения аудитории мы поняли из ваших слов, а как возрастная? Есть ощущение, что у вас довольно пожилая аудитория.

— Вы знаете, как у любых интеллектуальных игр, то есть всякий раз, когда ко мне подходят (такое иногда бывает, просят автограф), всякий раз, когда ко мне подходит девушка молодая, я просто выхватываю у нее ручку и говорю: как зовут маму или бабушку. То есть понятно, что она автограф берет маме или бабушке. Однако же и игроки есть молодые, и зрители есть молодые. Есть. И это радует, конечно.

— Но в основном все-таки ребята, которые имеют прежнее представление о том, что такое образованность, прежнее представление о том, что такое кругозор, несовременное. Так?

— Да, они в основном, конечно, из тусовки так называемой, то есть тусовка она такая «Что? Где? Когда?» — «Своя игра». То есть это мы видим две надводных части айсберга в виде телевизионных передач. На самом же деле это огромное количество людей, которые играют в «Что? Где? Когда?» и в «Свою игру», во вторую очередь в «Свою игру», играют, просто, собираясь, покупая железнодорожные билеты и арендуя какие-то плохонькие гостиницы и Дома культуры, в провинциальных городах собираются, играют.

— Это само по себе замечательно.

— Есть чемпионат Украины по «Своей игре», Белоруссии.

— А вы как-нибудь черпаете оттуда, например, игроков?

— Да, конечно. Конечно.

— Сотрудничаете с ними по части вопросов?

— По части вопросов с игроками — да. То есть у нас есть игроки, которые уже в игре выиграли все, что только можно, и они пишут вопросы.

— То есть это вот моя любимая идея — всякая хорошая вещь должна самовоспроизводиться.

— Да. Да. Это в чистом виде самовоспроизводство. То есть, собственно говоря, практически все редакторы, когда-либо работавшие в «Своей игре», они когда-нибудь в нее играли.

— Замечательно. А теперь скажите вот что. Мы с вами, так мило друг другу улыбаясь, восхищаемся вашим долголетием. Какое долголетие? Ваш первоисточник ведь гораздо старше вас, до сих пор работает?

— Наш первоисточник — программа «Jeopardy!» — с 1966 года почти без перерыва выходит в Америке.

— Так, может, нам пока не особенно радоваться нашим достижениям, попытаться понять, как они столько продержались?

— Это, честно говоря, не поддается никакому осмыслению, с моей точки зрения, но я-то имею опыт работы на российском телевидении, где, собственно говоря... какая же была формулировка замечательная военная о том, какова продолжительность жизни танкиста в современном бою, удивительно циничная, о том, что в современном бою при развитии современных технологий танкист проживет там... Вот так же и телепередачи в наше время. Когда они возникают, особенно телевизионные игры, они возникают и очень быстро исчезают...

— Ну как, Вы говорите, возникают. Как раз в вашем ареале так называемые интеллектуальные игры после... после, после даже я не знаю после чего... которая последняя—то возникала... «Слабое звено»?

— Я вам могу сказать, последняя возникла передача, действительно, интеллектуальная, это программа «Погоня» на российском канале. Ну, посмотрим, что с ней будет.

— Ой, я невежда-то, я даже не знаю, что это такое.

— Вы знаете, я видел это один раз, это... я даже не уверен... да, конечно же, это тоже лицензионная программа, опробованная на Западе. Там человек из студии отвечает на вопросы, имея варианты ответов, набирает какое-то количество баллов, там, не знаю чего, то есть получает некоторую фору, и затем в погоню за ним пускается профессиональный эрудит. То есть это, как правило...

— Какая прелесть! Что такое профессиональный эрудит? Это кто?

— Это я вам сейчас скажу...

— Немедленно приходит в голову Вассерман. А кроме него кто еще?

— Нет, Анатолий Александрович занимается крайне реакционными политическими комментариями...

— Я в курсе, я читаю, да.

— Да, он теперь ваш практически коллега. А в данной ситуации это  очень известный Борис Бурда, прежде всего, по клубу «Что? Где? Когда?»...

— Да, явный профи, конечно.

— ... а также известные по «Своей игре» Александр Эдигер и Юрий Хашимов.

— Александр Эдигер даже в этой студии был, правда, по какой-то, там, свиной чуме, я уж не помню.

— Ну да, он многосторонний человек...

— Замечательно. А Вы следите за источником новаций, за англоязычным, прежде всего телевидением...

— Нет, вы знаете...

— Может быть, там что-то возникает такое, что хотелось бы перенести сюда?

— Там ничего не возникает. Там к этому... вы понимаете, я всякий раз люблю тему психолого-психиатрической стабильности, которую федеральные каналы телевизионные иной раз должны вызывать у зрителя. Не тем, что они показывают только хорошие новости, а тем, что, знаете, как-то при советской власти как-то это было: ты понимаешь, что если ты включишь первый канал в 13.00...

— То ты знаешь, что ты там увидишь.

— ... там будет «Музыкальный киоск». Скучно, неинтересно, но он будет.

— Да.

— В этом смысле это такое отношение, как к театру Кабуки или к  Comédie—Française, там же играют Мольера в тех же мизансценах и...

— Ой, не в тех же. Давно Вы, видать, не видели.

— Да-да-да, меняют, конечно.

— Сильно меняют. Но традиция все равно узнаваема. Конечно, да, узнаваема.

— Традиция узнаваема. Вот, у американцев 46 лет ничего не меняется. У нас... при этом лицензий они изначально где-то в начале 1980-х продали порядка 30-ти. Из этих 30 лицензий до сих пор существует порядка 7-8, включая нас. Так вот, американцы очень строго следили за тем, чтобы там, условно говоря, греки в лицензионную передачу не вставили бы песни и пляски; за тем, чтобы финны не сделали ее трехчасовой, состоящей из пяти вопросов, и так далее. За нами они как-то меньше всего следили. То есть мы сделали лишний раунд. У них первый, второй, суперигра. У нас первый, второй, третий, суперигра. У них нет «Котов в мешке», у нас много чего придуманного, и они нас не трогают. Что же касается их игры...

— А они это рассматривают как высокую похвалу или как крайнюю степень пренебрежения?

— Не знаю. Нет. Но они же за тем, сколько у нас выходит программ и чтобы финансовые отчисления были регулярными, они следят.

— Да, понимаю.

— При этом схема розыгрыша. У них жестокая схема: человек может сыграть игру, вот, если он пять раз подряд выиграл, он, во-первых, получает все деньги, которые выиграл в сумме за пять игр, это так называемая игра в линейку, и он получает право...

— Потрясающе.

— ...вернуться в игру, когда он захочет.

— А все остальные... и до свидания...

— А все остальные один раз и на всю жизнь. До свидания.

— Так в таком случае ваши прародители, американцы, лишены главного плюса, который сделали себе вы. У них нет звезд. Если человека после, там, поражения выкидывать, и неизвестно, когда он вернется, как образуются Хашимовы, как образуются Вассерманы, как образуются Эдигеры? Ведь это же главная притягательная сила у вас оказалась.

— Знаете, что самое потрясающее, что все наши звезды... если бы мы, творческая группа, условно говоря, условно, потому что не совсем творческая, если бы мы приложили хоть каплю усилий, для того чтобы сделать из Вассермана, Хашимова и Эдигера суперзвезд. Ничего же не делается.

— А как, простите, вы можете из них что-то сделать? Вот, как их мама с папой сделали, вот такие они и есть.

— Я не знаю. Я уж не говорю о том, чтобы...

— Вы просто должны были их достаточно долго показывать...

— Нет, Александр Николаевич... я уж не говорю про то, чтобы подсказать.

— Могу себе представить эту картину.

— А Вассерман о причинах свое популярности откровенно говорит: вы знаете, в свое время «Своя игра» шла по таким условиям, что человек, выигравший, переходил в следующую игру; я выиграл 18 раз подряд, 18 раз появился, 18 раз был чемпионом по мозгам в этой стране, и меня люди запомнили. Вот он так говорил просто. Честно говоря, у нас был такой рекорд, он необъявленный. У нас Андрей Жданов, замечательный, колоритный такой...

— Помню, как же.

— ... похожий на священнослужителя человек из Тольятти, он совершил рекорд, о котором телезрители канала НТВ и вообще широкий круг телезрителей, они не знают: он единственный выиграл 6 игр за один день.

— А-а, никто же не знает, сколько вы подряд пишете.

— Конечно. Конечно. То есть, условно говоря... я говорю, почему мы им ни в чем не содействуем, потому что Вассерман выиграл игру и лег, и съел шоколадку или что-то еще. Вставай, иди играй следующую, время поджимает — съемка. Вот. Так вот, Жданов в полуобморочном состоянии он выиграл 6 игр за один день. Правда, он за это получил — он выиграл все. Он как бы закрыл, как в казино говорят, закрыл весь стол. Но это удивительно утомительно...

— Могу себе представить, это нелегко.

— ... и ужасно жалко, что нельзя зрителям об этом сказать, понимаете.

— А я не понимаю, почему нельзя?

— Ну, потому что подразумевается, что... ну, все нормальные люди понимают, что подобные передачи записываются. В отличие от нас с вами...

— Нормальные люди понимают в целом, подробности они понимать не могут, потому что их надо знать. У вас же на канале чертова прорва всех этих самых ток-шоу, почему вас там не пиарят? Почему там не рассказывают, какие замечательные истории за кулисами? Это же было бы очень уместно, по-моему.

— Вы понимаете, в последнее время к нам так замечательно относились, что когда я иной раз видел анонс «Своей игры» на канале НТВ, я просто...

— Искренне удивлялся.

— ... я просто со стула падал. У нас все же очень просто: чемпионат России стали транслировать по НТВ. Я подозреваю, что НТВ, с финансовой точки зрения, это не очень интересно, показывать чемпионат России. Они традиционно... они... НТВ традиционно показывает европейские кубки и так далее, стали показывать чемпионат. Ну, понятное дело, что кто-то из федеральных каналов... ну, было приказано: показывать чемпионат. Поэтому...

— Попросили.

— Да. Поэтому нам сократили эфир до одного в неделю. Раньше был в субботу, воскресенье, теперь...

— Я помню.

— ... то в субботу, то в воскресенье, в зависимости от того, когда пройдет главный матч.

— За это одно программеров ваших надо за ноги подвешивать. Так нельзя.

— Конечно.

— С людьми же надо как-то повежливее.

— Все знают, что для того чтобы убить передачу, ее нужно начать мотать по эфиру, показывать то утром, то вечером, то в понедельник, то в субботу, и все, рейтинг упадет. И у нас на фоне всего этого рейтинг не падает.

— А дустом пробовали?

— Ну, да-да-да-да. Где-то так.

— Петр Борисович, у меня к Вам вопрос на самом деле гораздо менее парадный. Было такое ощущение, может быть, только ощущение, я и смотрю-то вас много лет, но не всегда подряд, поэтому я могу ошибаться. Было ощущение, что в какое время очень сильно сбавили сложность вопросов, было такое?

— Как Вам сказать... Чтобы сделать это специально...

— Ну, вы, по-видимому, начали видеть, что ваши новые игроки не догоняют, что зрители пишут, что вы стали заумными или как там это...

— По-разному...

— Вы пошли близко к народу. Нет?

— Смотрите, можно... в этом вопросе я как раз понимаю, поэтому могу четко совершенно сказать. Можно... вот, есть два вектора, между которыми нужно найти какой-то средний. Вот один вектор — это интересный вопрос. Второй вектор — это интересная игра. То есть когда просто мы с вами играем в таблицу умножения, выясняем, кто быстрее нажимает на кнопку. Азартно, интересно, тут вам будут...

— Секундочку, это интересно только тем, кто нажимает на кнопки. На это скучно смотреть.

— Нет. На это смотреть порой забавно. То есть... а нужно найти что-то среднее. То есть когда игроки в какой-то сложной теме демонстрируют потрясающие знания, потом выясняется, вылезает тема, в которой пять цитат из самых популярных песен, и их нужно назвать. Ну, кстати, для наших игроков это порой...

— Да, это порой...

— Это порой очень тяжело. Я помню, когда я стоял перед троими игроками, звучала песня, тогда еще можно было, Агентство по авторским правам еще не запрещало, звучал фрагмент песни Аллы Пугачевой, которая на тот момент звучала из каждого утюга, и они стояли... Я говорю: ну, хотя бы кто поет, вы можете сказать? И они не узнавали.

— Вот за это ваших персонажей и любили. Потому как, ну, это же хорошо, это же оригинально.

— Да, да, конечно.

— Где вы берете новых игроков?

— Вы знаете, вот эта вот селекция, она происходит сама по себе. Потому что, действительно...

— Ну, ничего само по себе ничего не происходит.

— Нет.

— Куда-то забросить невод-то надо.

— Я вам объясню в двух словах. Дело все в том, что мы игроков отбираем честно. Люди звонят в редакцию, разговаривают с живым редактором, отвечают ему на вопросы. Если ответил из 15 на 8 вопросов, имеешь право приехать в редакцию и принять участие в отборе. Для отбора трех человек сажают или ставят в комнатке с кнопками, с экраном, все так же, но только в комнате. Люди играют, какого-то творческого подхода к их отбору нет.

— А зачем? Это вполне себе подход...

— Как Вам сказать. Иногда смотришь и думаешь...

— Только самотек. Они сами звонят, вы никого не приглашаете?

— Нет, нет, у нас, безусловно, есть редакторы, которые следят за движением «Своя игра» и по России, и по другим странам.

— А, то есть приглашают людей, которые показали себя...

— То есть, допустим, едет человек в Киев на местный чемпионат по «Своей игре», отбирает там несколько человек, предлагает им приехать в Москву.

— Отбирает по так называемым спортивным результатам, по баллам, или по экстерьеру тоже? Или как?

— Нет. Как вам сказать, у нас в нашей команде человек с творческим образованием и имеющий опыт работы где-либо, кроме интеллектуальных игр вообще, так сказать, ну, как бы телевидение, это я.

— Угу.

— Когда-то в свое время я говорил: давайте возьмем этого парня, уж больно он эмоциональный, там, вот эту девушку, уж больно она хорошенькая, и так далее. Потом это прекратилось.

— Потому что не получалось, да?

— Нет, не то чтобы не получалось... В общем, изначально требования очень просты. Человек, в первую очередь, должен уметь играть, обладать вот этими знаниями эрудитскими, а потом уже быть, как сейчас модно говорить, контентным, да?

— Господи. Слово-то какое ненашенское.

— Ну да, эмоциональным, привлекательным, там, и так далее. Но взять просто человека за то, что он смешно косит или весело грассирует, мы такого никогда не делали.

— Ну, судя по результату, который получается, правильно делаете.

— Другое дело, что в последнее время стало патологически часто, не то что патологически, достаточно часто появляться люди, которые... я же, понимаете, 6 игр в день, съемки, перерыв 10 минут, я успеваю выкурить сигарету, быстро просмотреть вопросы, потому что я их не вижу до этого, и выхожу, смотрю на игроков и вдруг, бац, модельной внешности женщина. Думаю: как это? Что это? А потом она, бац, и двух мужиков обыгрывает, выходит в финал, и это в последнее время все чаще и чаще. Неспроста как-то.

— То есть Вы хотите нам рассказать, что даже вам, на Вашем посту до сих каждый год интересно. Ну, это же замечательно.

— Ну, по крайней мере нескучно. Меня очень часто спрашивают, почему вам это все не бросить.

— А зачем это бросать?

— Я как-то не думаю почему-то.

— Действительно, у Вас хорошее место работы, должен вам сказать совершенно объективно, издали глядючи. Теперь, когда, ну, на какое-то время тучи над вашей передачей разошлись, как Вы представляете дальнейшее? Что будет дальше по части «Своей игры»?

— Как вам сказать.

— На время разошлись. Мы оба понимаем, что никто ничего не гарантирует.

— Как вам сказать, как показывает практика, поднять интерес к программе какими-то, извините за выражение, легитимными способами очень тяжело.

— Секундочку. Вы только что это сделали. Не лично Вы...

— Да. Да-да-да.

— Абсолютно легитимными способами интерес поднят.

— Такое ощущение, что дирекция НТВ, да, все это устроила специально с нашим выгоном. Но я так предполагаю, что на самом деле это такое вот... все-таки, все-таки НТВ делает то, что экономически выгодно. Знаете, я был, кстати, поражен. Несколько удалюсь от темы. На одной из крупных, крупнейших, можно сказать, радиостанций присутствовали в программе, посвященной телевидению, Марианна Максимовская и, к сожалению, забыл, как зовут этого достойного человека, директор информационного вещания РЕН-ТВ, и там задается вопрос от радиослушателей: sms, они звонят в эфир прямой и так далее, и задают вопрос ему, до этого было 25 вопросов Марианне, естественно, и тут задают вопрос ему. Скажите, а как это у вас так получается, что у вас Максимовская и сразу же за ней программа, там, где стоит человек, она называется, по-моему, «Военная тайна», и дает какие-то реакционные оценки внешней и внутренней политики США, патологические. Да? Ну, то есть, проще говоря, устраивает такой трэш по поводу того, что Америка, вот, спит и видит нас разбомбить, поработить и так далее. И этот человек  ничтоже сумняшеся, очевидно, не очень хорошо понимая, что его очень хорошо слушает огромная радиоаудитория, он говорит: а что, разве это плохо? Ведь вот эта вот история о том, что американские пиндосы, они нас всех хотят съесть, она очень популярна среди определенной категории населения. То есть мы это делаем не для того, чтобы возбудить какую-то ненависть к Америке, мы делаем это, для того чтобы нас смотрели.

— Я не спрашивал Вас про планы НТВ, я Вас спрашиваю про планы «Своей игры».

— Вот. Я просто о том, что, скорее всего, НТВ руководствуется, прежде всего, экономическими соображениями, оставляя нас в эфире.

— Это понятно, это понятно. Так вот, вы-то как используете этот шанс?

— А как мы... Пока что у нас в планах нет абсолютно ничего, что могло бы, там, я не знаю, повысить рейтинг. Стрелять мы не собираемся, приглашать звезд тоже. Кстати, у нас периодически появились известные люди в передаче, и мы ничего для этого специально не делали. У нас выходил художник Борис Краснов, литератор Дмитрий Быков. Против него играли системотехник Друзь и бухгалтер Иванов. Вот так вот. То есть у нас было огромное количество желающих... Маргулис, да, музыкант, Евгений Маргулис. Жень, соберите, пожалуйста, к себе еще трех людей, которые могли играть в «Свою игру» на вашем уровне, и мы с удовольствием. Тоже известных. Были какие-то попытки... не то, что мы озадачивались этим, придется же облегчать вопросы...

— Ну вот, видите, никаких специальных телодвижений для популяризации «Своя игра» предпринимать не собирается. Ну, и правильно. Справляется ход событий. А Вы оцените мою скромность. Я знал, что передо мной сидит человек, которому известно, кто выиграл тот цикл игр «Своей игры», который мы сейчас досматриваем, я у него не спросил и вам не сказал. Всего доброго.

Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама



    ИТС: сферы приложения и условия эффективности

    Камеры, метеостанции, весогабаритный контроль – в Белгородской области уже несколько лет ведутся работы по развитию интеллектуальных транспортных систем.

    Курс на цифровые технологии: 75 лет ЮУрГУ

    15 декабря Южно-Уральский государственный университет отметит юбилей. Позади богатая достижениями история, впереди – цифровые трансформации

    Дать рынку камамбера

    Рынок сыра в России остается дефицитным. Хотя у нас в стране уже есть всё — сырье, поставщики оборудования и технологии

    Когда безопасность важнее цены

    Экономия на закупках кабельно-проводниковой продукции и «русский авось» может сделать промобъекты опасными. Проблему необходимо решать уже сейчас, пока модернизация по «списку Белоусова» не набрала обороты.

    Новый взгляд на инвестиции в ИТ: как сэкономить на обслуживании SAP HANA

    Экономика заставляет пристальнее взглянуть на инвестиции в ИТ и причесать раздутые расходы. Начнем с SAP HANA? Рассказываем о возможностях сэкономить.

    Армения для малых и средних экспортеров

    С 22 по 24 октября Ассоциация малых и средних экспортеров организует масштабную бизнес-миссию экспортеров из 7 российских регионов в Армению. В программе – прямые В2В переговоры и участие в «Евразийской неделе».


    Реклама