Технологии
Москва, 10.12.2016


Неуловимые мстители

«Expert Online» 2015

Тридцать лет назад братья Уткины создали боевые железнодорожные ракетные комплексы (БЖРК) – «космодромы на колесах», которые свое неуловимостью и боевой мощью наводили ужас на США. Американцы сделали все возможное, чтобы их уничтожить. Однако, русские не сдались и через несколько лет на просторы нашей страны выйдет новое поколение БЖРК – ракетные комплексы «Баргузин»

В истории противостояния советско\российской и американской инженерных военных школ есть одна страница, которая до сих пор вызывает чувство глубочайшего уважения к отечественным инженерам и глубочайшего потрясения  действиями политиков 90-х годов прошлого века. Речь идет о создании в Советском Союзе боевых железнодорожных ракетных комплексов (БЖРК) – мощнейшего оружия, равному которому до сих пор не создано ни в одной стране мира.

Попытки приспособить железнодорожные платформы под стартовые площадки для ракет предпринимались еще инженерами фашистской Германии. В Советском Союзе в конце 50-х годов эти работы велись в ОКБ-301 под руководством Семена Лавочкина и (крылатая ракета «Буря») и ОКБ-586 под руководством Михаила Янгеля  (создание специализированного поезда для базирования баллистической ракеты средней дальности Р-12). Однако, истинного успеха в этом направлении удалось добиться лишь братьям Уткиным – генеральному конструктору КБ «Южное»  академику РАН Владимиру Федоровичу Уткину (Днепропетровск, Украина) и генеральному конструктору КБ специального машиностроения (Санкт-Петербург, Россия) академику РАН Алексею Федоровичу Уткину.  Под руководством старшего брата была создана межконтинентальная баллистическая ракета РТ-23 и ее железнодорожная версия - РТ-23УТТХ (15Ж61, «Скальпель» по классификации НАТО), под руководством младшего брата – сам «космодром на колесах», способный нести на себе три «Скальпеля» и запускать их из любой точки Советского Союза, с которой есть железнодорожное сообщение.

Успех братьев Уткиных в создании БЖРК, очевидно, объясняется, как минимум, двумя причинами. Первая – к 70-м годам прошлого в СССР была сформирована понятная и полностью отражающая объективную реальность концепция применения боевых железнодорожных ракетных комплексов. Советские БЖРК были «оружием возмездия», которое должно было быть применено после нанесения вероятным противником массированного ядерного удара по территории СССР. Разветвленная железнодорожная сеть страны давала возможность спрятать ракетные поезда где угодно. Поэтому, появившись, практически, из «ниоткуда», 12 советских БЖРК, несущих на себе 36 межконтинентальных баллистических ракет (каждая из которых несла по 10 атомных разделяющихся зарядов), в ответ на ядерный удар могли буквально стереть с лица земли любую европейскую страну, входящую в НАТО, или несколько крупных штатов США. Вторая причина появления БЖРК – это очень высокий потенциал советских военных конструкторов и инженеров, и наличие необходимых технологий для серийного изготовления подобных изделий.  «Задача, которую поставило перед нами советское правительство, поражала своей грандиозностью. В отечественной и мировой практике никто никогда не сталкивался с таким количеством проблем. Мы должны были разместить межконтинентальную баллистическую ракету в железнодорожном вагоне, а ведь ракета с пусковой установкой весит более 150 тонн. Как это сделать? Ведь железнодорожный состав с таким огромным грузом должен ходить по общегосударственным путям Министерства путей сообщения. Как вообще перевозить стратегическую ракету с ядерной боеголовкой, как обеспечить абсолютную безопасность в пути, ведь нам была задана расчетная скорость состава до 120 км/ч. Выдержат ли мосты, не разрушится ли полотно, да и сам старт, как передать нагрузку на железнодорожное полотно при старте ракеты, устоит ли поезд на рельсах во время старта, как максимально быстро после остановки поезда поднять ракету в вертикальное положение?» - вспоминал позднее о мучавших его в тот момент вопросах генеральный конструктор КБ «Южное» Владимир Федорович Уткин.

Все эти проблемы были успешно решены и двенадцать советских ракетных поездов стали для американцев зубной болью. Разветвленная железнодорожная сеть СССР (каждый поезд мог в сутки перемещаться на 1 тыс км), наличие многочисленных естественных и искусственных укрытий не позволяли с достаточной степенью уверенности определять их нахождение, в том числе с помощью спутников. 

Ничего подобного американские инженеры и военные создать так и не смогли, хотя и пытались. Опытный образец американского БЖРК до 1992 года проходил испытания на железнодорожном полигоне США и Западном ракетном полигоне (авиабаза Ванденберг, Калифорния). Он состоял из двух типовых локомотивов, двух пусковых вагонов с МБР «МХ», командного пункта, вагонов системы обеспечения и вагонов для личного состава. При этом американцам не удалось создать эффективные механизмы опускания контактной сети и отвода ракеты во время ее старта в сторону от поезда и железнодорожных путей, поэтому запуск ракет американскими БЖРК предполагался со специально оборудованных стартовых площадок, что, конечно, значительно снижал фактор скрытности и внезапности. Кроме того, в отличие от СССР, в США менее развита железнодорожная сеть, и железные дороги принадлежат частным компаниям. А это создавало множество проблем, начиная от того, что для управления локомотивами ракетных поездов пришлось бы привлекать гражданский персонал, заканчивая проблемами с созданием системы централизованного управления боевым патрулированием БЖРК и организацией их технической эксплуатации.

В итоге, сначала, по настоянию Великобритании, с 1992 года Россия поставила свои БЖРК «на прикол» - в места постоянной дислокации, затем – в 1993 году, обязалась, согласно договора СНВ-2, в течение 10 лет уничтожить все ракеты РТ-23УТТХ. И хотя этот договор, фактически, так и не вступил в законную силу, в 2003-2005 году все российские БЖРК были сняты с боевого дежурства и утилизированы. Внешний облик двух из них сейчас можно посмотреть только в музее железнодорожной техники на Варшавском вокзале Санкт-Петербурга и в Техническом музее АвтоВАЗа.

Справка:
Первый БЖРК 15П961 «Молодец» с межконтинентальной баллистической ракетой 15Ж61 (РТ-23 УТТХ, SS-24 «Sсаlреl»)  был принят на вооружение в Советском Союзе в 1987 году. К 1992 году в нашей стране было развёрнуто три ракетных дивизии, вооруженных БЖРК: 10-я ракетная дивизия в Костромской области, 52-я ракетная дивизия, дислоцировавшаяся в ЗАТО Звёздный (Пермский край), 36-я ракетная дивизия, ЗАТО Кедровый (Красноярский край). В каждой из дивизий имелось по четыре ракетных полка (всего 12 составов БЖРК, по три пусковых установки в каждом).

Молодец» с виду выглядел как обычный железнодорожный состав из нескольких рефрижераторных и пассажирских вагонов. В этот состав входили три трехвагонных пусковых модуля с МБР РТ-23УТТХ, командный модуль в составе 7 вагонов, вагон-цистерна с запасами горюче-смазочных материалов и три тепловоза ДМ-62. Поезд и пусковая установка были разработаны на базе четырехтележечного восьмиосного вагона грузоподъемностью 135 тонн силами КБСМ. Минимальный пусковой модуль включал в себя три вагона: пункт управления пусковой установкой, пусковую установку и агрегат обеспечения. Каждая из трех пусковых установок, входящих в БЖРК, могла осуществлять пуск как в составе поезда, так и автономно. При движении по железнодорожной сети страны БЖРК позволял оперативно менять дислокацию стартовой позиции до 1000 километров в сутки. При этом идентифицировать поезд именно как БЖРК можно был лишь по наличию в составе третьего локомотива, либо обратив внимание средствами наземного наблюдения на рефрижераторные вагоны с восемью колесными парами (обычный грузовой вагон имеет четыре колесных пары). Даже уменьшение массы ракеты на 1.5 тонны по сравнению с шахтным вариантом и распределение нагрузки пусковой установки по восьми осям вагона не позволило конструкторам полностью уложиться в допустимую осевую нагрузку на путь. Для решения этой проблемы в БЖРК применены специальные «разгрузочные»устройства, перераспределяющие часть веса вагона с пусковой установкой на соседние вагоны. Для обеспечения автономной работы пускового модуля, а так же устройства для закорачивания и отвода контактной сети, пусковые модули были оборудованы четырьмя дизель-генераторами мощностью 100 кВт. Автономность работы ракетного поезда составляла 28 суток. 

Сама ракета РТ-23УТТХ имела головную часть разделяющегося типа индивидуального наведения с десятью боевыми блоками мощностью 0.43Мт и комплексом средств преодоления ПРО.  Дальность стрельбы - 10100 км. Длина ракеты 23 м. Стартовый вес ракеты 104,8 т. Масса ракеты с пусковым контейнером 126 тонн. Получив приказ о запуске ракет, поезд останавливался в любой точке своего маршрута.

Специальным устройством отводилась в сторону контактная подвеска, открывалась крыша одного из рефрижераторных вагонов, откуда в вертикальное положение поднимался пусковой контейнер с ракетой. После этого осуществлялся минометный старт ракеты. Выйдя из контейнера, ракета отклонялась в сторону от поезда с помощью порохового ускорителя и только после этого на ней запускался маршевый двигатель.

И эта технология позволяла отвести струю маршевого двигателя ракеты от пускового комплекса и тем самым обеспечить устойчивость ракетного поезда, сохранность людей и инженерных конструкций, в том числе железнодорожных. С момента получения приказа на запуск до старта ракеты проходило не более 3 минут.

Советские БЖРК официально были сняты с боевого дежурства в мае 2005 года. Однако, за прошедшие 10 лет потенциальная угроза нашей стране не уменьшилась. Она просто трансформировалась. Нынешняя администрация США исповедует стратегию «глобального обезоруживающего удара», согласно которому на территорию вероятного противника  внезапно может быть обрушен массированный неядерный удар. «Та программа перевооружения, в первую очередь средств морского базирования, которую Соединенные Штаты проводят, позволяет им выйти в период 2015-2016 годы на общий объем возможной доставки к важным объектам Российской Федерации порядка 6,5-7 тысяч крылатых ракет, причем около 5 тысяч - с морских носителей», - подчеркнул в конце прошлого года журналистам генеральный конструктор концерна ПВО «Алмаз-Антей» Павел Созинов.

Удержать этот «крылатый рой» от нападения можно только в том случае, если США будут знать, что  точно и гарантированно получат ответный удар. Поэтому с 2012 года в России начались работы по созданию нового поколения боевых железнодорожных ракетных комплексов. Опытно-конструкторские работы по этой теме ведет главный создатель российских МБР - Московский институт теплотехники (МИТ). В отличие от «Молодца», «Баргузин» (так будет называться новый ракетный поезд), будет вооружен не «Скальпелями», а ракетами типа «Ярс» полностью российской разработки и производства. Они вдвое легче, чем РТ-23УТТХ, хотя и содержат не 10, а 4 (по открытым источникам) разделяющихся боевых частей. Зато летят на тысячу километров дальше. Первый новый ракетный поезд должен быть сдан в опытную эксплуатацию в 2018 году.

Судя по имеющейся информации, «Баргузин» вообще – ни вагонами, ни тепловозами, ни электромагнитным излучением, не будет выделяться из общей массы грузовых поездов, тысячи которых сейчас ежедневно снуют по российским железным дорогам. Например, «Молодца» таскали три тепловоза ДМ62 (специальная модификация серийного тепловоза М62) совокупной мощностью 6 тыс л.с. А мощность одного нынешнего магистрального грузового двухсекционного тепловоза 2ТЭ25А «Витязь», который серийно выпускается «Трансмашхолдингом» составляет  6 800 л.с. А масса «Ярса» не требует дополнительного усиления ни вагонов-транспортировщиков, ни самих железнодорожных путей, по которым проходит поезд. Поэтому вскоре у нашей страны вновь появится еще один весомый «аргумент» в разговоре о мире на нашей планете.




    Реклама


    Реклама



    Эксперт Онлайн, последние новости и аналитика
    AP/TASS

    Инновационная политика

    От компаний ждут глобальности

    Складывается впечатление, что если где-то, как в Штатах, от глобализации уже устали, а азиатские тигры ею насытились, то у нас как раз только-только приготовились встретить ее лицом к лицу. Только в отличие от тех практик, которые навязывали промоутеры глобализации, мы вместе со все большим числом стран мира делаем упор на поддержку национальных растущих технологических компаний. Вместе с интеллектуальной собственностью, инвестициями и образованием это стало одной из тем обсуждений III Конгресса «Инновационная практика: наука плюс бизнес», собравшего в МГУ чиновников, представителей корпораций и среднего инновационного бизнеса и показавшего реальную тенденцию к возникновению союза этих сил ради инновационного развития