Приобрести месячную подписку всего за 290 рублей
Экономика

Эра центральноазиатского газа

«Expert Online» 2018

Традиционные источники энергии не собираются сдавать позиции, следует из ежегодного обзора компании BP, который содержит прогноз до 2040 года. Доля возобновляемых источников (ВИЭ) в первичной энергии возрастет с 4% сегодня до 14% к 2040 году. Это существенный рост, но, скажем, потребление Китаем газа также будет расти быстро, прогнозирует вышедший в конце февраля The 2018 BP Energy Outlook.

В целом на Китай и Индию придется более четверти прироста мирового спроса на энергию, который будет расти в ближайшие два десятилетия темпами 1,3% в год. Но потребление газа будет расти темпами выше среднего, составив + 1,6% ежегодно. На газ из нетрадиционных источников придется более половины этого прироста, но в итоге — чуть меньше трети мировых поставок к 2040 году.

Кстати, и это интересно в связи с планами многих стран отказаться от бензина в качестве автомобильного топлива, в случае с газом самый быстрый темп роста спроса приходится на транспортный сектор, поскольку газ все чаще используется в автомобильных и морских перевозках. Доля газа в качестве топлива для транспорта до 2040 года увеличивается почти до 5%.

А в целом ведущим мировым топливом для различных нужд остается нефть (+ 0,5% в год), хотя ее рост почти прекратится после 2030 года. Спрос на уголь в 2040 году прогнозируется едва ли на 1% выше, чем в 2016 году, хотя в ближайшие годы он продолжит расти.

А что с транспортом газа, из-за чего сейчас ломается много копий? Сжиженный природный газ, согласно Energy Outlook примерно сравняется с транспортируемым по трубопроводам. Учитывая усилия, которые делаются в направлении роста поставок СПГ, это означает, что позиции у трубопроводного газа вполне прочные.

Итак, Китай и Индия являются наиболее перспективными газовыми рынкам. В Индии прогнозируется рост потребления газа почти втрое, в связи с сильным ростом его использования в промышленности, в том числе в качестве сырья для производства удобрений. Но Китай, по-видимому, наиболее интересен поставщикам по трубопроводам из России и Средней Азии, с учетом непосредственной доступности и, как уже существующей, так и строящейся инфраструктуры.

Спрос на ископаемые виды топлива в Китае увеличивается, и на газ намного быстрее, чем на нефть. На нефть + 28%, а на газ + 194%, до 13% в энергетическом балансе. При этом доля ВИЭ также растет быстрее, чем в мире в целом, с 3% в 2016 году до 18% в 2040 году. Тогда как спрос на уголь немного снижается (-18%).

Зависимость Китая от импорта газа, согласно прогнозу BP, возрастает с 34% до 43% в 2040 году.

Конечно, это, очевидно, делает благоприятными перспективы строящегося российского газопровода «Сила Сибири», а также поставок СПГ из нашей страны. Понятно, что свое слово скажут США, от которых, по одному из сценариев, ожидается почти четверть мирового производства газа к 2040 году. Но вот, что интересно, глобальные поставки СПГ будут, вероятно, наиболее быстрыми темпами прирастать в ближайшие пять лет, после чего их «натиск» замедлится. При этом ключевым рынком конкуренции «между СПГ и газопроводом» будет Европа.

Обзор уделяет много внимания производству энергии в России и поставкам из нашей страны, но вообще не касается Средней (Центральной) Азии. По-видимому, и объемы в целом, и динамика не очень впечатляют аналитиков. Между тем, из Китая на этот обширный примыкающий регион смотрят более чем заинтересованно. Если посмотреть, что пишет о ситуации пресса региона, то достаточно ясную картину дает, скажем, casp-geo.ru: «В последние годы Китай становится все более активным участником геополитического соперничества в Каспийском регионе, — сообщает информационно-аналитический портал. — Растущая китайская экономика нуждается в энергетических ресурсах, поэтому китайское руководство предпринимает усилия по получению доступа к нефтегазовым богатствам региона. Первым шагом на данном направлении стало строительство  газопровода “Центральная Азия — Китай”, который начинается на границе Туркменистана с Узбекистаном, далее следует по территории Узбекистана, затем Казахстана и через КПП «Хоргос» пересекает китайскую границу, заходя в Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) на северо-западе Китая».

Газопровод «Центральная Азия — Китай» (Туркменистан-Китай) состоит из трех линий — А, В и С, его эксплуатация началась в 2009 году. Для Китая это газопровод является первым, через который осуществляется импорт природного газа.

Уже более 5 лет идут переговоры относительно строительства линии D газопровода, который должен пройти через территории Узбекистана, Таджикистана и Киргизии. «Ветка D пройдет из Туркменистана через Узбекистан, затем через Таджикистан и Кыргызстан, после чего она зайдет в Китай в южной части СУАР», — уточняет casp-geo.ru.

В связи с этим проектом, намечаются перспективы развития  ГТС  стран-транзитеров – Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана, что может стать одним  из основных  драйверов их технологического и экономического роста. К примеру, Узбекистана, где новое амбициозное руководство республики ориентировано на ускоренное развитие. Начав масштабную программу экономических реформ, которая затрагивает все ключевые отрасли от образования до валютной либерализации, уже в 2017 году президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев особое внимание  уделил и нефтегазовой отрасли,  дав старт проекту модернизации газотранспортной системы, которая фактически не обновлялась с 1980-х годов.

Представляется, что обновление ГТС Узбекистана чрезвычайно важно для перераспределения направлений газовых потоков и отправки существенных объемов газа на экспорт в КНР. Проект имеет первоочередное значение для пополнения валютной выручки страны, но его задача не только в этом. Как отмечает эксперт компании «Международный финансовый центр» Роман Блинов, модернизация ГТС Узбекистна становится одной из важнейших задач, которые необходимо было решить еще «вчера» для улучшения экономического развития страны. «Узбекистан стремится  к  более активной роли среди участников газового рынка Центральной Азии, и приступает к реализации  собственной стратегии развития газовой отрасли путём  модернизации газотранспортных сетей», — говорит и Владимир Рожанковский, инвестиционный аналитик Global FX.

Узбекистан далеко не основной «наполнитель» газопровода Центральная Азия — Китай, основные поставки идут из Туркмении. Но положение транзитной страны, и при этом — производителя и экспортера газа, является весьма перспективным.

Марк Гойхман, ведущий аналитик ГК TeleTrade, отмечает, что программа модернизации и развития газопроводной  отрасли  Узбекистана на 2018-2025 гг. оценивается в 1,5 млрд. долларов. Она включает строительство новых трубопроводов и компрессорных станций, замену и модернизацию агрегатов газоперекачки, расширение существующих узких узлов на газопроводах и пр.

Он отмечает также, что взаимоотношениям с Китаем в данной сфере уделяется особое внимание. В 2017 года в ходе визита в Пекин Шавката Мирзиёева было подписано соглашение о поставках в Поднебесную из Узбекистана 10 млрд. куб. м в год газа на период 2018-2020 гг.

Эксперт называет главной причиной затяжки с началом строительства линии D неурегулированность отпускной цены на газ из Туркменстана. Однако, ожидается, что в ближайшем будущем этот вопрос будет согласован Китаем и Туркменистаном. По имеющейся информации, вопрос строительства нитки D  рассматривался и на встрече пятерки центрально-азиатских стран 15 марта в Астане.

Как отмечет Виктор Катона, специалист по закупкам нефти MOL Group, эксперт Российского совета по международным делам, между трубопроводом «Сила Сибири» и «Центральная Азия-Китай» (ЦАК) непосредственной конкуренции нет — в то время как первый снабжает страну через северо-восток (провинция Хэйлунцзян), второй входит в Китай на самом западе, в Синьцзян-Уйгурском автономном районе.

Поставки газа из Туркмении в Китай увеличились на 13,3% до 45 млрд куб. м, отметил в свою очередь партнер практики «Стратегия и операционная эффективность АО "НЭО Центр" Александр Ракша, поэтому строительство линии D является необходимым для расширения транспортных возможностей. Он добавляет, что трубопровод из Туркменистана в Китай является самым протяженным в мире и на сегодняшний день три ветки этой трубы имеют общую мощность транспортировки в объеме 55  млрд  куб м газа в год. Строительство четвертой нитки, о которой идет речь, будет проходить по маршруту Туркменистан-Узбекистан-Таджикистан-Кыргыстан-Китай, а общая мощность составит 25 млрд куб. м газа в год.

Таким образом, линия D является проектом, выгодным для всех стран-транзитеров, и особенно для Узбекистана, который помимо получения  выручки за транзит сможет  использовать его для наращивания собственного экспорта газа путем технологического обновления своих газотранспортных мощностей, а следовательно, обеспечить дополнительные валютные поступления в страну и повысить инвестиционную привлекательность своего нефтегазового сектора.

Подписаться на «Эксперт» в Telegram



    Реклама



    Рассрочка завоевывает рынок

    На рынке карт рассрочки появляется все больше игроков, включая такого тяжеловеса, как Альфа-Банк. Усиливающаяся конкуренция делает условия по картам рассрочек все более выгодными

    Рынок пенсионных фондов идёт по пути укрупнения

    В пенсионном секторе крупные частные игроки, объединившись, смогут повысить основные бизнес-показатели и построить более устойчивую модель


    Реклама