Новая заря

Чем интересен «ядерный ренессанс» и почему пришло время покупать уран, топливные сборки и корпуса реакторов или хотя бы акции их производителей

Иллюстрация: ИТАР-ТАСС/ Николай Мошков/ ФГУП ОКБМ им. Африкантова

О том, что сейчас в мире происходит так называемый ядерный ренессанс, наверняка слышали даже люди, крайне далекие от атомной энергетики. Но этот процесс интересен не только потому, что мир снова поворачивается лицом к атому, строит новые АЭС и еще активнее планы по строительству новых АЭС (причиной такого «разворота», кстати, во многом стали экологи и борьба с парниковыми газами. У АЭС, в отличие от газовой и тем более угольной генерации, нет никаких выбросов). Как и всегда в истории, за эпохой Ренессанса обычно следуют эпохи Реформации и Просвещения — то есть переворота в сознании и резкого прорыва в науке. И есть признаки, что то же самое произойдет и с атомной энергетикой: ее роль в энергоснабжении всего мира может сильно вырасти и измениться (кроме того, ядерные технологии все шире используются и в других сферах — например, активно развивается ядерная медицина, есть технологии по опреснению морской воды).

Почему D заинтересовался этим? Во-первых, атом притягателен сам по себе как одна из самых новых и самых перспективных отраслей науки. А во-вторых, инвестировать в развивающуюся отрасль всегда выгодно. Правда, многие инвестиционные возможности сейчас еще неочевидны, но можно попытаться хотя бы наметить пути, по которым хлынут деньги в ближайшие годы и десятилетия.

Особенности инвестиций в атомную отрасль лежат на поверхности. Это, во-первых, очень серьезные объемы заказов и выручки, а во-вторых, крайне длинные сроки. Для того чтобы понять порядок цифр, можно посмотреть, к примеру, на расширение Хмельницкой АЭС на Украине: два новых блока на ней, по предварительным расчетам, обойдутся в $4–5 млрд. Львиную долю этой суммы занимает цена корпуса реактора. Другой пример — первая в Турции АЭС «Аккую» (о ее строительстве договорились буквально недавно, в мае 2010 года). Тут четыре энергоблока обойдутся в $20 млрд.

О доходах производителей ядерного топлива можно судить, к примеру, по такой новости: буквально месяц назад корпорация ТВЭЛ заключила контракт на поставку топлива для Тяньваньской АЭС. Компания поставит в Китай шесть перегрузок, после чего продаст китайцам технологию на производство топлива, цена вопроса — примерно $500 млн. А открытая в США «внучка» «Росатома» TENAM Corp. уже активно продвигает российский уран в США и заключила контрактов на поставку обогащенного уранового продукта почти на $5 млрд.

При этом срок изготовления реактора и строительства АЭС — несколько лет, да и остальные процессы в отрасли небыстрые. Те же поставки топлива в Китай начнутся в 2014 году. Это само собой означает, что любые инвестиции в атомный сектор — минимум на пять, а лучше на десять.

Желтый пирог

Атомная энергетика делится на четкие этапы: добыча урана и производство из него ядерного топлива; непосредственно производство энергии на АЭС (которые еще нужно построить и обслуживать — здесь в «ядерную тему» включаются машиностроительные заводы), захоронение ядерных отходов и консервация АЭС, отслуживших свой срок. На каждом из этих этапов в принципе есть возможность заработать частному капиталисту (за исключением, пожалуй, эксплуатации самих АЭС, так как это сопряжено с серьезной опасностью и доверяется только государству).

Начнем с добычи сырья для АЭС (урана) и его обогащения. Итак, уран добывают с большим трудом из горных пород, так как в чистом виде этот металл в природе не встречается. Конечный продукт всех сложных процессов по добыче и переработке — так называемый природный уран, или «урановая смолка», оксид U3O8, который содержит от 70 до 80% урана. Его еще называют «желтый кейк» (yellow cake, дословно — «желтый пирог») из-за характерного цвета. Именно этим порошком торгуют на биржах, он является исходным сырьем для атомных реакторов. Потом U3O8 обогащают, то есть добиваются, чтобы доля изотопа урана-235, который и делится в реакторе, в сырье составила не 1%, а 40–80%.

Существует три способа добычи yellow cake. Во-первых, это шахтный и карьерный методы. Ураносодержащие горные породы извлекают из недр в подземных шахтах или карьерах на поверхности, потом выделяют U3O8. Это самый распространенный на сегодня способ добычи. Во-вторых, подземное выщелачивание. Здесь месторождения вскрываются методом скважин, в которые подают растворитель. Он фильтруется по пласту и выщелачивает нужные компоненты. 36% урана в мире добывается именно этим способом. В-третьих, побочная добыча, когда уран является примесью при добыче меди, титана либо других металлов.

На АЭС U3O8 помещают в реакторы и бомбардируют нейтронами, и ядро урана начинает активно делиться. При распаде образуются два или три нейтрона, которые попадают в соседние атомы урана и провоцируют аналогичное деление. Такой процесс приобретает характер снежной лавины, выделяется колоссальное количество энергии. Кстати, сам реактор устроен достаточно просто. Это корпус из материала, который не пропускает нейтроны. В корпусе — трубки из металла с порошком урана или плутония.

В настоящий момент добывают уран 18 государств. Казахстан, Австралия, Россия, Узбекистан, Канада, Намибия и Нигер лидируют по объему производства — на эти страны приходится 90% мировой урановой продукции. Самая богатая «урановая» страна — Австралия, которая владеет 33% мировых залежей урана. На втором месте — Казахстан с 12%.

При этом добываемый уран не обеспечивает всех потребностей мировой атомной энергетики. Значительная доля топлива для АЭС извлекается из отработанного ядерного оружия (ОЯТ), но оно вскоре закончится, так что, по прогнозам, в ближайшие годы мир столкнется с дефицитом урана (согласно докладу МАГАТЭ от 2009 года, 40% спроса на сырье пока что удовлетворяют именно вторичные запасы — из ОЯТ и уран из ядерных боеголовок). За последний месяц цены на уран и акции урановых производителей начали стремительный рост. Не исключено, что именно сейчас представляется уникальная возможность получить «атомный профит».

Вообще потребность человечества в уране в качестве ядерного топлива росла из года в год. Так, к 1970 году мир насчитывал 116 реакторов, к 1990-му — 328, сегодня же мы имеем 436 ядерных реакторов в 30 странах мира. Больше всего их в США — 104. Вместе с потреблением росли и цены на «желтый кейк». По данным Cameco, в январе 1990-го средняя спотовая цена на уран составляла $8,8, а в январе этого года она достигла $41,13.

Если взять последнее десятилетие, то в докризисные годы цены на уран демонстрировали умопомрачительную динамику. В 2000 году многие страны объявили о планах строительства новых АЭС, все ринулись покупать уран. В 2007-м спотовая цена на U3O8 достигла исторического пика, перевалив за $130 за фунт. Затем грянул кризис, и спекулянты с рынка стали уходить. В результате к октябрю 2008 года цены упали ниже $50. Что касается долгосрочных контрактов, то здесь оперируют в основном профильные инвесторы, поэтому столь резких перепадов не наблюдалось.

Сегодня большинство аналитиков прогнозируют бурный рост цен на уран в ближайший год. Причина как раз в «ядерном ренессансе». Во-первых, сейчас ведется активное строительство новых реакторов для АЭС. По данным World Nuclear Association по состоянию на май 2010 года, 54 сейчас уже строятся, одобрены планы по возведению еще 148, готовятся к утверждению проекты еще 342 энергоблоков. Самыми активными в этом плане выступают Китай и Индия.

Во-вторых, все больше стран развертывают строительство атомных подводных лодок. В частности, Бразилия планирует собрать свою первую атомную лодку к 2021 году (к 2014-му завершится строительство атомного реактора для этой АПЛ). В прошлом году на воду спустила свою первую АПЛ Индия.

В-третьих, как упоминалось выше, значительная часть спроса на уран сегодня покрывается за счет вторичного топлива. К примеру, США добывает 3,5 млн фунтов урана в год, а перерабатывает более 55 млн фунтов. Львиную долю Штаты получают из России в виде топлива из старых ракет. Как полагают аналитики Ланта-банка, в среднесрочной перспективе эти ресурсы истощатся.

Все эти факторы спровоцируют острую нехватку сырья. При этом, по расчетам World Nuclear Association, в ближайшее десятилетие спрос на уран возрастет на 33%. Аналитики говорят, что потребление будет расти в первую очередь за счет потребления со стороны самых активных строителей АЭС. Так, Китай купит в этом году около 5 тыс. тонн урана — вдвое больше, чем потребляет. По самым скромным оценкам, к 2020 году спрос со стороны Китая возрастет до 20 тыс. тонн.

«Рост населения Земли в совокупности с промышленным ростом приведет к удвоению потребления электроэнергии к 2030 году (по данным доклада “Прогноз мировой энергетики” ОЭСР/МЭА от 2008 года). В этот же промежуток времени понадобится обновление производственных мощностей в Канаде, США и ЕС. Все возрастающая нехватка пресной воды потребует возведения энергоемких опреснительных установок, и в долгосрочной перспективе, если водородное топливо для транспорта оправдает себя, потребуются еще большие затраты электроэнергии (водород производят из дистиллированной воды. — Прим. D)», — говорится в маркетинговом исследовании Cameco.

Кто и где покупает уран

Уже сейчас уран стремительно дорожает. В октябре был зафиксирован бурный рост стоимости U3O8. Спотовая цена увеличилась за месяц на 11%, достигнув 31 октября $52 за фунт. Королевский банк Шотландии прогнозирует, что к концу 2011 года цены дотянутся до $95 за фунт. По данным портала Trade Tech, в октябре было заключено контрактов на 4,8 млн фунтов урана, а всего с начала года продали 37,4 млн фунтов в сравнении с 28,3 млн за аналогичный период прошлого года. Конечно, однозначно утверждать, что цены на уран будут всегда расти по экспоненте, нельзя: стремительный рост может и спугнуть инвесторов.

Для тех, кто уверен в дальнейшем восхождении урана, существует масса возможностей для вложений.

Во-первых, акции производителей урана. Прежде всего следует обратить внимание на титанов рынка — Areva, Cameco, Rio Tinto. В совокупности они производят около 50% всего уранового сырья в мире. Последний месяц их котировки заметно обгоняют рынок. Что касается финансовых показателей, то здесь ситуация разнится. Areva увеличила чистую прибыль за 2009 год на 181% (до €187 млн), Rio Tinto — на треть (до $4,9 млрд). Однако у Cameco, например, этот показатель сократился на 1% (до $582 млн).

Во-вторых, это фьючерсы на U3O8. Самый популярный контракт на уран — месячные фьючерсы на Чикагской CME, UxC Uranium U3O8. Пока цена на них идет уверенно в гору. Если сентябрьские фьючерсы торговались по $48 за фунт, то ноябрьские — по $56. Дата экспирации контрактов распространяется вплоть до 2015 года.

О большом будущем уранового рынка можно судить не только по росту цен на него, но и по той прыти, с которой стратегические инвесторы ринулись скупать урановые активы. Так, в ближайшие дни «Атомредметзолото» (АРМЗ) должно наконец-то закрыть сделку по покупке 51% канадского добытчика урана Uranium One (добывает уран не только в Канаде, но и в Казахстане, Австралии и США). В этой сделке выиграли миноритарии U1. Ее акции свободно торгуются на биржах стран, где у компании активы, и меньше чем за полгода, пока АРМЗ получал всевозможные разрешения на покупку, бумаги подорожали вдвое. Но вот долгосрочную прибыль от покупки уранодобывающего актива получит российская сторона. U1 торгуется на нескольких зарубежных биржах, что, конечно, не очень удобно. Добывающие уран компании также представлены в таблице 2 (правда, для многих из них, к примеру, BHP Billiton и Rio Tinto, добыча урана лишь один из бизнесов). О планах заняться разработкой урановых месторождений недавно заявили американская Solar Energy Limited и En Group, создавшая отдельную структуру En Uranium Resources. En Group уже ведет переговоры с АРМЗ о создании совместного предприятия в сфере уранодобычи. Наконец, почти в то же время «Северсталь» заявила, что купит испанского добытчика урана Berkley Resources (пока добыча на ее месторождениях и работа обогатительной фабрики заморожены, возобновить производство планируется лишь в 2012 году). Так что, возможно, скоро и акции «Северстали» станут способом частично заработать на росте цен на уран.

Топливные сборки по-русски

В России добычей урана занимается 100-процентная «дочка» «Росатома» «Атомредметзолото» (пятое место по добыче и второе по запасам в мире), а производством и продажей ядерного топлива — также государственная корпорация ТВЭЛ. Однако у них есть «дочки», акции которых присутствуют в свободном обращении. Так, в RTS Board есть бумаги принадлежащего АРМЗ Приаргунского производственного горно-химического объединения (ППГХО), Новосибирского завода химических концентратов, Чепецкого механического завода; в RTS Classica торгуются акции ОАО «Машиностроительный завод», расположенного в подмосковной Электростали. Их бумаги уже несколько лет рекомендовались аналитиками к покупке — с того самого момента, как была принята государственная целевая программа развития атомной отрасли РФ (в 2007 году). При этом сейчас капитализация того же Машиностроительного завода — около 12 млрд руб., а стоимость его чистых активов на третий квартал 2010-го составляла 21 млрд (соотношение Capitalization / Net Assets — 0,57, правда, величина NA взята нами из отчетности по РСБУ и, возможно, в реальности отличается от величины, посчитанной самим заводом для квартального отчета).

К настоящему моменту многие инвесторы уже считают, что отечественные добывающие уран предприятия чересчур дороги. «ППГХО — неинтересная компания, хотя ее все рекламируют, — сказал D в интервью генеральный директор красноярского представительства “Финама” инвестор Элвис Марламов. — Во-первых, она очень дорогая, во-вторых, у нее уран скоро кончится». Именно поэтому АРМЗ купила канадскую U1 и занялась развитием других месторождений, однако разрабатывающие их «дочки», увы, непубличны.

Другое дело — производители ядерного топлива, то есть непосредственно тепловыделяющих сборок (пучков стержней с «начинкой» из урана, которые и загружаются в реактор). Согласно предположениям Элвиса Марламова, в процессе концентрации атомной отрасли в руках государства и в рамках концерна «Росатом» перерабатывающие уран заводы будут объединяться в Разделительно-сублиматный комплекс. В качестве примера можно привести Новосибирский завод химконцентратов. «Его акции будут обмениваться на единую акцию новой компании, — полагает Марламов. — Но когда состоится этот обмен, непонятно. Так что пока бежать на биржу и покупать его акции не стоит, надо дождаться новостей и уже тогда покупать. Новосибирский завод уникальный: в его руках 50% обрабатывающих уран мощностей России. А доля России на этом рынке 40%. Значит, новосибирский завод — это 20% мировых мощностей. Это почти “Газпром”, только на атомном рынке». Так, именно Новосибирский завод химконцентратов будет производить топливо по китайскому контракту для Тяньваньской АЭС.

Скорее всего, на единую акцию в итоге перейдут и остальные «дочки» ТВЭЛ, в том числе и Машиностроительный завод — второй после новосибирского завода производитель тепловыделяющих сборок и для российских АЭС, и на экспорт.

ТВЭЛ сейчас публикует отчетность по МСФО: к примеру, за 2009 год ее чистая прибыль увеличилась более чем на 20% — выручка растет гораздо медленнее, корпорация серьезно сокращает издержки. Вообще «Росатом» и его «дочки» регулярно публикуют финансовую отчетность, из которой видно, что пока выручка «Росатома» как раз и растет в основном за счет выручки АРМЗ и ТВЭЛ.

Интересно, кстати, что было время, когда акции и ППГХО, и Новосибирского завода химконцентратов, и остальных «атомных» предприятий стоили дороже, чем сейчас. Было это еще до того, как появилась госпрограмма развития атомной отрасли и как соответствующие компании стали объединяться в ГК «Росатом». Можно выдвинуть гипотезу, что заинтересованные инвесторы купили акции добытчиков урана и производителей ядерного топлива в расчете как раз на консолидацию отрасли. В таком случае можно предположить, что объединение не произойдет, пока капитализация ППГХО и новосибирского завода не достигнет «дореформенных» уровней, либо что выкуп акций при реорганизации произойдет по гораздо более высоким, чем сейчас, ценам. Впрочем, это всего лишь гипотеза.

Завершая разговор об уране, можно добавить, что, по оценкам аналитиков, «урановый бум» не окажет никакого влияния на конечную стоимость электроэнергетики для потребителей. «Преимущество урана перед другими видами топлива в том, что рост цен на сырье не отражается на итоговой стоимости электроэнергии, так как наибольшие затраты при производстве урана — это капитальные вложения при строительстве ядерных установок», — отмечает в одном из докладов Cameco. И это подводит нас одновременно к следующему блоку атомной отрасли — строительству АЭС, а также к мысли, что именно атомное машиностроение в первую очередь сможет хорошо заработать на ядерном ренессансе.

Реакторы на экспорт

В отличие от предприятий, которые добывают уран, производят ядерное топливо и до сих пор почти полностью контролируются государством (а их мощности во многом даже засекречены), атомное машиностроение после приватизации по большей части оказалось в частных руках. Прежде всего речь идет об ОМЗ и входящих в них Ижорских заводах, где выпускаются непосредственно атомные реакторы, а также о еще нескольких предприятиях, в том числе «Силовых машинах» (выпуск турбин), «ЗиО-Подольск» (парогенераторы, подогреватели и другое оборудование; почти полностью принадлежит «дочке» «Росатома» ГК «Атомэнергомаш»). Сейчас отечественное атомное машиностроение аккумулируется Газпромбанком: последний владеет ЗАО «Форпост-менеджмент» — мажоритарным акционером ОМЗ и группы «Химмаш». Однако Газпромбанк — лишь промежуточное звено, конечной материнской компанией ОМЗ является НПФ «Газфонд».

По логике вещей первыми от «ядерного ренессанса» должны ощутимо выиграть именно машиностроители: ведь прежде чем загружать в АЭС топливо, ее сначала надо построить. Судя по данным на сегодняшний день, «Росатом» будет строить только за рубежом 35 энергоблоков (по четыре в Китае, Индии и Турции, по два в Белоруссии, Украине и Вьетнаме, на очереди тендеры еще в нескольких странах) плюс десять энергоблоков в России (в ближайшие несколько лет). Соответственно, заказами будут обеспечивать грандов атомного машиностроения — это очень серьезные суммы. К примеру, еще год назад на Ижорских заводах было размещено заказов на 16 млрд руб., причем почти 6 млрд составляли оплаченные авансы.

Если посмотреть на отчетность по МСФО, то выяснится, что материнская компания Ижорских заводов — ОМЗ — даже при наличии заказов и в 2008–2009 годах, и в первом полугодии 2010-го оставалась убыточной. Однако убытки приносило производство оборудования для нефтеперерабатывающих заводов и «прочие виды деятельности», а в «атомном» сегменте все было хорошо. С другой стороны, капитализация ОМЗ сейчас не дотягивает до $150 млн, что в два раза меньше стоимости чистых активов этого машиностроительного монстра! С Ижорскими заводами ситуация примерно такая же: капитализация — около $53 млн, а чистые активы — $130 млн (взято также из отчетности по РСБУ). Явная недооценка (правда, Ижорские заводы торгуются в RTS Board, в отличие от довольно ликвидных ОМЗ), при этом компания прибыльна (230 млн руб. чистой прибыли за 2009 год и примерно столько же за девять месяцев 2010-го). В данный момент на Ижорских заводах изготавливаются два корпуса реакторов и четыре корпуса парогенераторов для Нововоронежской АЭС-2 и Ленинградской АЭС-2, корпус реактора для болгарской АЭС Belene, впереди — новые заказы.

Конечно, предприятия атомного машиностроения сейчас косвенно или частично находятся в государственных руках, но это не означает, что никаких изменений в составе акционеров больше не будет. К примеру, если исключить политические причины, НПФ «Газфонд» вряд ли нужен убыточный актив в виде ОМЗ — в конце концов группа либо начнет приносить прибыль и дивиденды, либо будет продана, возможно, и по частям (с выделением Ижорских заводов и чешской Skoda JS, также производящей оборудование для АЭС). Для Газпромбанка же этот актив явно непрофильный. Так что по логике в атомном машиностроении в течение ближайших лет может назреть некий передел или, вернее, перераспределение активов.

Кроме этого, заработок инвестора может быть связан просто с ростом акций на фоне подъема атомной отрасли. А вот дивиденды все «атомные» предприятия традиционно не платят и вряд ли будут платить. Отчасти такая скупость связана как раз с объемами заказов и сроками (у тех же ОМЗ, к примеру, огромная дебиторская задолженность, а пока платежи задерживаются, нужно как-то финансировать производство), отчасти — с нежеланием занимать. Делать корпус реактора долго, изготавливать тепловыделяющие сборки, конечно, быстрее, но недаром же ППГХО львиную долю своих активов финансирует нераспределенной прибылью, а и так незначительный объем кредитов все время сокращает.

Совсем далекая, хотя и вероятная, тема — возможное объединение российских машиностроительных и уранообрабатывающих компаний с соответствующими украинскими предприятиями. К примеру, Россия и Украина уже много лет обсуждают создание совместного предприятия по добыче урана (на Украине есть свои месторождения, сейчас же все украинские АЭС обеспечивает топливом ТВЭЛ), однако разговоры так пока и остаются разговорами. Если же объединение и начнется, то, возможно, в нем, как во всякой реорганизации, появится возможность для заработка.

И, наконец, логическое завершение цикла атомной энергетики — вывод из эксплуатации ядерных реакторов. Это самостоятельный бизнес, он только разворачивается, и в нем Россия также планирует занять серьезное место. Осенью входящий в ТВЭЛ Сибирский химический комбинат создал отдельный центр по выводу из эксплуатации ядерных реакторов. Срок службы реактора — около 60 лет, и именно сейчас срок службы многих первых реакторов уже подходит к концу. Правда, тут частному капиталу поучаствовать не удастся.

От Ренессанса к Реформации, или Шаг к быстроте

И наконец, самая «вкусная» тема — о реакторах будущего. Сейчас в мире работают и строятся в основном реакторы ВВЭР — водо-водяные реакторы, или так называемые реакторы третьего поколения. Именно их изготавливают Ижорские заводы.

Однако будущее, скорее всего, за совершенно другими типами реакторов. Ученые, а вслед за ними и практики уже говорят о реакторах четвертого поколения. Так, генеральный директор МАГАТЭ Юкия Амано пару месяцев назад заявил, что приоритет сейчас отдается работам по разработке и созданию так называемых быстрых реакторов, а также реакторов небольшой и средней мощности (в основном легководных реакторов). Такие реакторы в несколько раз дешевле традиционных больших АЭС, что, разумеется, огромный плюс. При этом в МАГАТЭ уверены, что Россия может стать флагманом новых течений в атомной энергетике.

Но чтобы в атомной отрасли произошел по-настоящему взрывной рост, она должна кардинально измениться. Вот как описывал эти изменения несколько лет назад научный руководитель ФГУП «Опытное конструкторское бюро машиностроения» им. И. И. Африкантова, академик Федор Митенков: «Существующая технология атомной энергетики, основанная на так называемых тепловых ядерных реакторах с водяным или графитовым замедлителем нейтронов, не может обеспечить развития крупномасштабной атомной энергетики. Это связано с низкой эффективностью использования природного урана в таких реакторах: делится только изотоп U-235 (уже упоминавшийся нами уран 235. — Прим. D), содержание которого в природном уране составляет всего лишь 0,72%. Поэтому долговременная стратегия развития “большой” атомной энергетики предполагает переход к прогрессивной технологии замкнутого топливного цикла, основанной на использовании так называемых быстрых ядерных реакторов и переработке топлива, выгруженного из реакторов атомных станций, для последующего возврата в энергетический цикл невыгоревших и вновь образовавшихся делящихся изотопов».

Собственно, быстрые реакторы — это реакторы на быстрых нейтронах, которые пока только начинают появляться (БН-800 строится на Белоярской АЭС, проектируется БН-1800, Россия также вскоре должна заключить с Китаем первый в истории контракт на поставку двух «быстрых» реакторов). «В “быстром” реакторе большую часть актов деления ядерного топлива вызывают быстрые нейтроны с энергией более 0,1 МэВ (отсюда и название “быстрый” реактор). При этом в реакторе происходит деление не только очень редкого изотопа U-235, но и U-238 — основной составляющей природного урана (99%), вероятность деления которого в спектре нейтронов “теплового реактора” очень низка… Это дает возможность практически полностью использовать природный уран и тем самым почти в сто раз увеличить “выход” энергии из каждой тонны добытого природного урана. Это открывает путь к практически неисчерпаемым топливным ресурсам атомной энергетики на длительную историческую перспективу», — говорится в статье Митенкова.

Что в случае такой перестройки в атомной сфере будет с ценами на уран? Скорее всего, они если и не обвалятся, то точно скорректируются, изменятся и производственный процесс, и доходы предприятий, изготавливающих ядерное топливо. Точно так же отпадет необходимость в дорогостоящей утилизации отработанного ядерного топлива, потому что в «быстрых» реакторах сгорают и самые опасные вещества из такого отработанного топлива.

Под производство топлива для «быстрых» реакторов будет модернизироваться Машиностроительный завод в Электростали, оборудование для «быстрых» реакторов БН-800 изготавливает «ЗиО-Подольск» (есть в RTS Classica, но последние котировки датируются 2008 годом, так что что-нибудь сказать о капитализации сложно. Стоимость чистых активов, согласно РСБУ, примерно равна показателям Ижорских заводов — 3,6 млрд руб.).

Впрочем, «быстрые» реакторы — это тема даже не завтрашнего дня, а еще более отдаленной перспективы. В начале 2010 года российское правительство приняло федеральную целевую программу «Ядерные энерготехнологии нового поколения на перспективу до 2020 года», в которой еще только поставило цель «разработать реакторы на быстрых нейтронах с замкнутым ядерным топливным циклом и исследовать новые способы использования энергии атомного ядра». Так что у атомщиков все только начинается.

«Урановые» передовики
Строительство ядерных реакторов для АЭС (по состоянию на май 2010 года)
Цена акции ППГХО
Цена акций машиностроительного завода
Цена акций НЗХК
Цены на "желтый кейк" готовятся к взлету
Цена акций Ижорских заводов
Количество ядерных реакторов по странам
Цена акций Чепецкого механического завода
Цена акций ОМЗ
Урановые циклопы сильно подросли за последний месяц

У партнеров

    «D`»
    №22 (110) 29 ноября 2010
    Атомный ренессанс
    Содержание:
    Тема номера
    Марафон трейдера
    Алхимия финансов
    Свой бизнес
    Образ жизни
    Последний штрих
    Реклама