Плохой пример

Торги
Москва, 29.11.2010

Иллюстрация: Екатерина Пыталева

Вот и пришло время «падения» Ирландии, европейского «экономического чуда» 1990-х — начала 2000-х годов. Страна не смогла принять новый бюджет: как выяснилось, денег у правительства не хватит ни на исполнение и так резко сниженных социальных обязательств, ни на рекапитализацию банков. В Ирландии начался политический кризис, а международные рейтинговые агентства понизили ее рейтинг сразу на несколько ступеней.

После весенне-летнего кризиса и последующего «чудесного» спасения Греции на деньги ЕС и МВФ никого не удивил ни алгоритм атаки спекулянтов на государственные и частные облигации другой европейской страны (или просто нежелание инвесторов дешево рефинансировать рискованный ирландский долг), ни молниеносная реакция ЕС по предоставлению Ирландии пакета помощи в размере €80–90 млрд из специального европейского фонда. Причем эту помощь правительства «основной» Европы уговаривали Ирландию взять как можно быстрее.

Относительное спокойствие, с которым инвесторы и правительства воспринимают де-факто банкротство страны зоны евро, подтверждает: подобные события становятся в Европе частью повседневной послекризисной жизни, и теперь на очереди Португалия, а затем Испания.

Как они дошли до такой жизни

К банкротству разные страны периферийной Европы пришли разными путями. В Греции и Португалии причиной стали избыточные государственные расходы. Деньги требовались на социальные выплаты и компенсации потерь частного сектора от введения сильной валюты в стране с низкой эффективностью и производительностью труда. Да и инфраструктуру необходимо было подновить.

В Ирландии же проблема с частным (320% ВВП), а не с государственным (98% ВВП) долгом. В течение целого десятилетия эта страна показывала самые высокие темпы экономического роста в Европе, в нее переносили производство IBM, Intel, Microsoft и другие. Ирландия стала центром европейского образования, открыв двери для студентов из Европы и всего мира. На ее примере учили студентов бизнес-школ: как из страны с вековой традицией эмиграции (мечта чуть ли не каждого молодого ирландца — покинуть родину) сделать «европейского экономического тигра». Но, как известно из начального курса корпоративных финансов, банкротятся не убыточные, а быстрорастущие компании (то же относится и к странам). Происходит это, если вдруг меняются условия кредита, а они после кризиса изменились кардинально.

Почему им не дадут обанкротиться по-настоящему

Простой ответ: банкротство периферийной Европы (Греции, Ирландии, Португалии) будет намного более сильным ударом по экономике основных стран ЕС, чем спасение, то есть принятие Германией, Францией, Италией, Нидерландами, Люксембургом и другими «коллегами» по еврозоне рефинансирования частного и государственного долга этих стран на себя.

Во-первых, банкротство периферийных стран ставит под угрозу единство зоны евро. Уже изучается вопрос, как реструктурировать (читай — списать) долг страны еврозоны без угрозы единой валюте в целом, но пока «основная» Европа не хочет так рисковать. Развал зоны евро приведет к колоссальному падению спроса со стороны банкротящихся и девальвирующих свои валюты стран на продукцию основных экспортеров — Германии, Франции, Нидерландов, Италии, а следовательно, к резкому сокращению их ВВП. Немецкая марка вырастет в цене, что также приведет к сокращению экспорта.

Во-вторых, ЕЦБ держит сейчас уже около €300 млрд в виде облигаций и в репо с облигациями стран периферийной Европы. Случись что — и две трети убытков ЕЦБ придется покрыть странам «основной» Европы.

Более того, коммерческие банки «основной» Европы разместили в периферийных странах почти €1 трлн, и их потери в результате страновых дефолтов оцениваются в €100–300 млрд. И рекапитализация банков опять же ляжет на плечи бюджетов стран «основной» Европы.

По этим причинам центральные страны ЕС будут до конца удерживать ситуацию в Греции, Ирландии и Португалии. Тем более что, исходя из исторического уровня списаний в дефолтных ситуациях в развивающихся странах в размере 30% ВВП, на все три страны потребуется всего €170 млрд. Это при том, что объем европейского фонда помощи составляет €670 млрд. Кроме того, опыт Греции показывает, что списания для периферийных стран Европы и вовсе не превышают 8% ВВП.

Дело за Испанией

ВВП Испании и, соответственно, проблемы, если они возникнут, на 70% больше, чем Греция, Португалия и Ирландия, вместе взятые. Коммерческие банки «основной» Европы разместили в ней активы на €460 млрд. Пока ситуация не выглядит угрожающе. Процентные платежи по испанскому долгу (исходя из текущих доходностей, конечно) составляют 3,7% ВВП, что существенно ниже 6,7, 7,4 и 16,7% в Португалии, Ирландии и Греции соответственно. Но главное — они ниже долгосрочного темпа роста номинального ВВП. Соответственно, ситуация останется нормальной до тех пор, пока рыночные ставки по испанским долгам не вырастут с нынешних 4,7 до 6,5%. На этом уровне греческий и ирландский сценарии могут повториться, если инвесторы сочтут, что такой долг уже нельзя будет обслуживать в долгосрочной перспективе.

Но у Испании остается возможность рефинансировать за счет государства долги частного сектора. Опыт выхода из предшествующих банковских кризисов на развивающихся рынках говорит, что частный долг должен будет сократиться на 60–90% ВВП. Но даже если испанское правительство примет на себя эти долги, то обязательства государства вырастут до 85% ВВП с процентными платежами в размере 4% ВВП.

И о модели

Кризис показал, что рост ЕС происходил в последние 20 лет за счет ускоренного развития экономик именно периферийных стран. Основной рост банковского финансирования крупнейших стран приходился также на них. У всех этих стран не было своего ЦБ и печатного станка, но были и есть свои правительства и возможность самостоятельно брать в долг, что и привело к нынешним дефолтам. Еще во время греческого кризиса появилось устойчивое мнение, что для долгосрочного развития ЕС и зоны евро недостаточно иметь единый ЦБ — необходимо иметь единый Минфин, единый орган экономической политики.

Что ж, первый шаг сделан. Ни Греция, ни Ирландия, а скоро и Португалия не смогут больше заимствовать вне централизованного фонда, а чтобы продолжать это делать, им придется жестко выполнять его (читай — стран-доноров) требования к экономической политике. Жители этих стран не должны протестовать: в Ирландии ВВП на душу населения на 130% выше среднего по ЕС, а в 1993 году был на 20% ниже. Тот факт, что в Греции переизбрали правительство, проводящее жесткую политику сокращения расходов, подтверждает нежелание греческого населения покинуть еврозону.

Так что для будущего Европы нынешняя череда дефолтов, может, и к лучшему: экономическая политика наконец-то централизуется. А пока они помогают сдержать рост евро и поддержать крупнейшего в мире экспортера в период «количественного смягчения» в США.

Проблема в том, что совокупное отношение долга к ВВП всех стран ЕС превышает 300%. С такими цифрами мир еще не сталкивался. Эту проблему можно решить так: либо списать долг (ужас!), либо девальвировать евро (тяжело политически, а главное, практически — все остальные страны мира сейчас также пытаются девальвировать свои валюты), либо запустить рост ВВП, чтобы он «обгонял» долговую нагрузку. Но что станет источником роста после долгового шока в периферийных странах, пока непонятно.

Ирландия-экспортер

Ирландия присоединилась к еврозоне в 2002 году. С 1995-го по 2007 год ее ВВП рос примерно на 6% ежегодно, однако в 2008-м ирландская экономика снизилась на 3%, а в 2009 году почти на 8%. Как и в других развитых странах, первыми в кризис упали рынки недвижимости и строительства (падение достигало 50% пиковых цен). В Ирландии, как и в США и в других европейских странах, пришлось оказывать поддержку банкам. При этом ирландское правительство оказалось между двумя огнями: с одной стороны, на поддержание банковской системы и внутреннего спроса требуется все больше денег, с другой — дефицит государственного бюджета ограничен максимальными для стран еврозоны процентами от ВВП.

Экспорт Ирландии в абсолютном выражении почти вдвое превышает импорт, основные торговые партнеры страны — США, Великобритания, Бельгия, Германия и Нидерланды. Ирландцы экспортируют машины и оборудование, компьютеры, лекарства, продукцию химической промышленности, мясо и скот, а ввозят в страну нефть и нефтепродукты, одежду и ПО.

Структура Ирландского ВВП
Основные экономические показатели Ирландии на конец 2009 года

У партнеров

    «D`»
    №22 (110) 29 ноября 2010
    Атомный ренессанс
    Содержание:
    Тема номера
    Марафон трейдера
    Алхимия финансов
    Свой бизнес
    Образ жизни
    Последний штрих
    Реклама