Единственный политик страны

Вчера
«Эксперт» №1-2 (214) 17 января 2000
Первый президент России Борис Ельцин ушел в отставку

Единственное, в чем неизменно сходились на всем протяжении ельцинского президентства поклонники и хулители Бориса Николаевича, так это в том, что он подлежит суду истории. Единодушное признание исторического масштаба его личности стоит отметить, поскольку оно никак не банальность: первый из двух лидеров, при которых изменилась наша страна, потому и вылетел из "процесса", как только тот, по его излюбленному выражению, "пошел", что личность его оказалась несоизмеримой с событиями, в изрядной мере им же и спровоцированными.

Ельцин доказал, что событиям вровень, уже тем, что оставался в их центре. Он равновелик - не в оценочном, а в математическом смысле слова - всему десятилетию драматических перемен, проведенному им на авансцене, поэтому хвалы и хулы ему почти равно бессодержательны и оставляют у слушателя одно и то же ощущение острой бестактности. Впрочем, о хвалах я упомянул в основном для симметрии - в последнее время их слышно не было.

Врагов у Ельцина хватало всегда, но в последнее время у него практически не осталось друзей. Дивиться тут нечему: "живая власть для черни ненавистна" - еще ненавистнее ей власть полуживая. Он самим своим существованием, каждым появлением на телеэкране, каждой фразой с деревянными стариковскими интонациями и затянутыми паузами порождал столь сильную досаду, что призывы к его уходу ни у кого не вызывали желания возразить - даже если исходили из уст опасных или заведомо никчемных людей.

Начав президентскую карьеру как неостановимый победитель и чуть ли не народный герой, за несколько лет Ельцин был разжалован мнением народным в необратимо проигравшего (при том, что никто и никогда не пытался похвалиться одержанной над ним победой) и бессловесную ширму, за которой творят свои черные дела враги народа - так называемая семья. Началось это разжалование не в последние годы, когда он так очевидно ослаб, а еще во время первого его срока. Главной причиной тому - не действительные просчеты Ельцина, а совершенно несбыточные надежды, возложенные на него с самого начала, когда страна уверовала, что Ельцин приведет ее к светлому будущему.

В чем же эти надежды заключались? Стыдно вспоминать, но прежде всего в том, что главная беда страны не в нас, а в системе, а потому, как только "КПСС даст порулить", мы - прямо вот такие, какие мы есть, - сразу заживем, как на баснословном Западе. Каждый из нас по отдельности, взрослый человек, понимал, что так не получится. Но все мы вместе - и публицисты, и шахтеры, мы как общество - надеялись именно на это, а когда стало окончательно ясно (году примерно в 94-м), что этого все-таки не будет, виноватым оказался Ельцин.

Между тем Ельцин отнюдь не подряжался представить к концу своей инвеституры светлое будущее. Он взялся сделать два дела - и, как это ни странно звучит после стольких лет тысячеустых поношений "ограниченно дееспособного" президента, оба действительно сделал: он создал в России политику - и он уничтожил в России коммунизм.

Ведь до Ельцина политики в сколько-нибудь взрослом смысле