Русский ход

Вчера
Москва, 17.01.2000
«Эксперт» №1-2 (214)
Россия - как старый будильник. Стрелки отвалились, пружины ослабли, внутри что-то загадочно вращается и ни с того ни с сего звенит как окаянное. Но тикает еще, зараза! Тикает

Многие озабочены теперь Родиной: как там она? Не померла ли, старушка? Поднимется ли с колен? Но ответа все не найдут никак. Потому что кто ж ее знает, как она там, Родина-то? Однако в последнее время начали поступать сведения из города Углича Ярославской губернии, основанного в 937 году от Рождества Христова. Черт его знает, что это они оттуда начали вдруг поступать. Место, честно сказать, странное. Царевича Дмитрия там в свое время закололи ножиком. Некрасивая получилась история. А потом вроде ничего. Построили себе советский часовой завод "Чайка". Сейчас живут тихой жизнью. Если верить официальным демографическим изысканиям, на одного угличского мужчину теперь приходится в среднем восемь угличских женщин. К тому же сорок тысяч человек местного населения, согласно статистике, в день умудряются выпивать по пять тысяч бутылок водки. Не должно бы оттуда поступать никаких сведений. А вот поступают.

Сведения эти хотя и бесценны, но отрывочны. То ли это работа утомленных экскурсиями туристов, которых завозят в Углич теплоходами по Волге, то ли и вовсе случайных людей, шатающихся по провинциальной России с неясными целями. Набор их впечатлений о жизни Отечества так нелогичен, что напоминает детали какого-то странного часового механизма. Но вот что любопытно: этот механизм, каким бы непонятным на первый взгляд ни казался, работает. Он живет. В его вздрагиваниях и скрежете чувствуются страсть, отчаяние, ненависть и любовь. И в этом шатком равновесии есть что-то сентиментальное, способное тронуть сердце. А там, глядишь, и разум. Тронувшись же разумом, вы, может, перестанете наконец истязать себя горькой думой о судьбах Родины. Чем, конечно же, заслужите ее безмерную благодарность.

Воровство

За окном был гараж, за гаражом - электрическая подстанция, за подстанцией забор. А уже за забором виднелся город Углич. Его ленивые улочки выползали откуда-то из-под деревянных изб, покрывались треснутым асфальтом, собирались в перекрестки, снова расходились и приводили своих пешеходов на главную площадь, почти что к самой Волге. Десять веков длилось это неспешное движение. Рассказывают, когда в маленьком захолустном Париже поселились первые сорок тысяч человек, в Угличе уже проживало столько же народу. Но Париж с тех пор распух и предался мирской суете. Углич же с 937 года не изменил своих провинциальных привычек.

Сейчас улица Ярославская, вечно изрытая следами страха человека перед преисподней, состоящей, как известно, из водопровода и канализации, доходила до останков древнего Угличского кремля и образовывала что-то наподобие центра города. Стоя на площади, можно было разглядеть аллею, ведущую к пристани, заросший ряской пруд, удушливый и тесный ресторан "Кавказская кухня", символизирующий собою очаг неподдельного интернационализма русского народа, и магазин с вызывающе местным названием "Souvenirs".

Время от времени сквозь аллею в город пробирались туристы, завозимые по реке теплоходами. Неся на своих лицах напряженное умиление воспитанников сиротского приюта, они

У партнеров

    «Эксперт»
    №1-2 (214) 17 января 2000
    N01-02 (214-215) 17 января
    Содержание:
    Тема недели
    Мир в прошлом году
    Реклама