Художественная коммерция

Культура
«Эксперт» №4 (217) 31 января 2000
Премьера "Коллекции Пинтера" стала сенсацией

В сегодняшней критике не принято всерьез говорить о продукции театральных антреприз, и в общем это правильно. Продукция редко того стоит. Пути театра, ищущего денежную выгоду, у нас почти не пересекаются с путями театра, ищущего выгод художественных. В этом смысле спектакль Владимира Мирзоева "Коллекция Пинтера", выпущенный агентством "Арт-Мост", явление исключительное. Но, может быть, знаменательное.

Да, конечно, "Коллекция Пинтера" - спектакль для широкой публики, поставленный быстро, просто и - насколько это в силах Мирзоева - бесхитростно. Художник Павел Каплевич, заботясь о яркости и затейливости зрелища, не забывает позаботиться о портативности и в своих причудах умерен. Сделана ставка на "звезд", они предельно узнаваемы в каждом жесте и в каждой интонации. И сверкают, разумеется, все сами по себе: партнерские отношения занятны и учтивы, но говорить о целостном ансамбле не стоит - по крайней мере, в привычном понимании. Все, как ожидалось, однако вот что странно: во всем этом немало художественного смысла.

Автор

"Коллекция" (1963) - одна из самых простых и легких пьес Гарольда Пинтера, но это все-таки не Коляда и не Кауард, а крупнейший драматург Британии, интеллектуал и нонконформист, преемник абсурдистских традиций. С текстами такого класса наша антреприза работать всегда побаивалась: не в коня корм.

Фабула "Коллекции" проста как анекдот: муж по имени Джеймс, жена по имени Стелла и два содомита, Билл и Гарри (все четверо имеют отношение к миру моды), выясняют жгучий вопрос - спал ли Билл со Стеллой. Больше ничего не происходит, но у Пинтера, как и у любого из серьезных драматургов XX века, фабула - вещь малозначащая. Важно то, как плетется диалог, как человек скрывает за словами мысли, как слова предают человека - он говорит что-нибудь вроде: "Хотите маслин?" - а мы все равно слышим: "Мне очень страшно" или "Я вас ненавижу" (технику подтекстов Пинтер разрабатывал по чеховским рецептам). Драматурги-затейники - имя им легион - умеют строить пьесу только как экскурсию и хватают за рукав на каждом повороте: ой, сейчас смешно будет! ой, а вот я вас растрогаю! С их сочинениями все заранее ясно, театру остается лишь пройтись по сюжету, похожему на десятки пройденных. В отличие от них есть драматурги, которые пишут каждую пьесу как картину мира. К их числу принадлежит Пинтер, и долг театра всегда по-новому объяснять смысл этой картины. Или выворачивать его по-своему.

Режиссер

Одна из любимых тем режиссера Мирзоева - сюжет о том, как обычные люди, без остатка вписывающиеся в привычную и предсказуемую жизнь, сталкиваются с какой-то нездешней силой. Неважно, с какой именно - с равнодушно развлекающимися богами ("Амфитрион") или со страшновато хихикающим, глумливым азиатом ("Хлестаков"). Эта сила ломает людей легко и нагло, но до конца не доламывает: покуролесит, покуражится, а потом исчезнет так же беспричинно, как появилась, - ладно, будет с вас, живите, как раньше. И, что самое странное, она по-своему очень обаятельна.

Актеры, постоянно работающие