Миф о цивилизованном предпринимателе

Экономический анализ
«Эксперт» №13 (226) 3 апреля 2000
Вал оптимистических отчетов о смерти бартера не имеет ничего общего с реальной обстановкой в российской промышленности

За последнее время достаточно широко распространилось мнение о сокращении доли бартерных операций в расчетах между российскими предприятиями. Все чаще подобные оценки можно услышать и от экономистов, и от руководителей крупнейших компаний. Однако, если ежедневно сталкиваешься с бухгалтерской отчетностью предприятий, то согласиться с подобными оптимистичными выводами очень тяжело.

Где находится главный источник подобного оптимизма? Основной, по-видимому, это Госкомстат, цифрами которого и оперируют многие. Так, в отчетности Госкомстата существует такая форма анализа, в которой представлены некоторые крупнейшие предприятия, и прежде всего монополисты. В частности, в этот список входят МПС, РАО "ЕЭС России", "Газпром". Удостоился чести попасть туда и "Аэрофлот".

Какие здесь могут быть подвохи? Во-первых, выручка предприятий, по отношению к которой рассчитывается доля денежных поступлений, в отчетности приводится без НДС и акцизов. Это занижает выручку и завышает долю денежного расчета. Так, например, доля денежного расчета за газ составляет по "Межрегионгазу" за 1999 год всего лишь 21%, что совсем не похоже на данные Госкомстата по строке ОАО "Газпром". А ведь расчеты с "Межрегионгазом" - это расчеты всего внутреннего рынка России. Во-вторых, когда говорят о РАО "ЕЭС", то вполне возможно, говорят о самом РАО "ЕЭС". Тогда как входящие в ее состав региональные энергетические компании - самостоятельные юридические лица, и уровень денежных расчетов у многих из них куда ниже, чем в самом РАО. И если использовать при оценке событий в сфере энергетики не цифры отдельно взятого РАО "ЕЭС", а совокупные данные по всем энергетическим компаниям включая региональные, да заглянуть не в отчеты Госкомстата, а в первичные бухгалтерские документы, то получается совсем иная картина.

Госкомстат, конечно, не подделывает данные. Просто имеет место специфический отбор респондентов. Но существует еще один серьезный фактор: к той информации, которую дают в Госкомстат, всегда относились наплевательски. Я сам, когда работал главным экономистом одного из крупнейших предприятий страны, без зазрения совести поручал своим сотрудникам написать в госкомстатовские формы любые цифры. Потому что это не влечет за собой никакой ответственности. За это не штрафуют и в тюрьму не сажают, как за подделку бухгалтерии.

Другой пример: расчет векселями. Считается, если используется вексель Сбербанка, то это денежное средство. Но ведь это не деньги. Деньги возникнут лишь в момент гашения векселя.

Мы встречаемся с более или менее приличным уровнем денежного расчета только у тех предприятий, которые работают исключительно на экспорт. И это не столько нефтяные компании, сколько производители, скажем, фосфоросодержащих и азотных удобрений, где свыше половины выпуска идет на экспорт.

Если же брать за основу анализа более широкую корпоративную выборку и использовать первичные бухгалтерские данные, то получится, что сегодня доля денежных расчетов в российской промышленности составляет 25-30%, а не 50-6