Зима на троих

Культура
«Эксперт» №15 (228) 17 апреля 2000

Евгений Гришковец опроверг мнение, будто современная пьеса на сцене - это беспросветная скука и чернуха. Он принес в театр не новую пьесу, а художественную позицию, представляющую собой смесь чеховской драматургии и театра абсурда.

Идеи Гришковца на сцене "Современника" воплотил вездесущий сценограф Павел Каплевич, и на сцене наступила "Зима". Первые аншлаги новой постановке обеспечены успехом моноспектакля "Как я съел собаку", где Гришковец выступает в роли драматурга, режиссера и актера. Все они объединились в лице "нового русского сентименталиста". "Как я съел собаку" - личные воспоминания автора об армейской службе во флоте. Спектакль, взявший сразу две "Золотые маски" (в номинациях "Новация" и "Приз критики"), не только покорял искренней интонацией, но и демонстрировал характерное авторское письмо: открытое пренебрежение какой бы то ни было литературностью.

В спектакле "Зима", поставленном учеником Марка Захарова Виктором Шамировым, задушевную беседу ведет актерская троица: Валерий Гаркалин, Андрей Панин и Людмила Артемьева.

Знакомые простые мысли о сигаретах и женщинах, о школьной литературе и выдуманных идеалах, о сказке в жизни и просто жизни - все это череда сценических этюдов или стоп-кадров. Пусть по сюжету - мороз и холод. На сцене, наоборот, - тепло и уютно: от меховых и белоснежно-пушистых декораций, от ловко придуманных костюмов и предметов. Но главное - от играющих в детство умудренных чудаков.

Монологизм сменился разноголосицей, а авторскую и личностную интонацию раздробила актерская братия. Из дебрей саморазоблачения и авангарда Гришковец вырулил на проторенную дорожку доступной и незамысловатой театральной антрепризы. Независимость нынче не в моде, а жаль. Может быть, поэтому "Зима" Гришковца проигрывает первому триумфальному опыту. Спектакль "Как я съел собаку" был уникален именно благодаря яркой индивидуальности и авторской интонации, ничем не прикрытой - ни актерством, ни режиссурой.

Театральная обочина почти всегда соприкасается и сливается в конце концов с магистральной дорогой. Этим летом Гришковец отправляется на гастроли в Англию. Оказывается, его пьеса "Как я съел собаку" легко переводима, а воплощенная в ней загадочная русская душа совпадает с типично английским характером.