Наш человек в Уругвае

Культура
Москва, 12.06.2000
«Эксперт» №22 (235)

Прошлый уик-энд жители Монтевидео и гости уругвайской столицы смогли прогуляться по двум новым центральным площадям и подумать не о ком-нибудь, а о нас. Дело в том, что эти центральные площади и прилегающие к ним пространства украсил своей скульптурой президент Российской Академии художеств Зураб Церетели. Одна площадь посвящена освоению космоса, о чем свидетельствует статуя Гагарина, другая - русской культуре, которую олицетворяет бородатый Лев Толстой.

Такой бросок через океан может показаться неожиданным только на первый взгляд. Церетели, как и другие члены Академии, уже давно освоил Латинскую Америку в качестве художественного полигона. Дорогу проложил сам Церетели еще в 70-е годы, когда вместе со знаменитым бразильским архитектором Оскаром Нимеером участвовал в строительстве Бразилиа в качестве мозаичиста. Тогда же завязалась дружба Церетели с мексиканскими художниками-монументалистами Альфаро Давидом Сикейросом и Диего Ривейрой, известными как своими экспрессивными размашистыми произведениями, так и крайне левыми взглядами. Более того, Сикейрос, посетивший в те времена Адлер, лично расхвалил мозаики Церетели, обнаружив в них родственный дух.

Родственность оказалась взаимной. Открывая площади в Монтевидео, Церетели заметил, что ничто ему так не близко по темпераменту, как латиномамериканская культура, а раз так, то он готов создать для Уругвая еще что-нибудь. Это тут же нашло отклик в сердце президента Уругвая, который заказал Церетели статую Магеллана, очевидно, из зависти к губернатору Пуэрто Рико, которому Церетели раньше подарил статую Колумба.

Тот, кто решит, что все эти дары - плод взаимного тяготения щедрого скульптора и любящих все большое и яркое латиноамериканских правителей, сильно ошибется. В мире существует одобренная ЮНЕСКО программа обмена произведениями монументального искусства (теми, что украшают города или большие общественные пространства), которая рекомендует государствам для поддержания добрососедских отношений время от времени дарить друг другу по статуе или мозаике. Благодаря этому наш Пушкин появился не только в Чили, Перу и Эквадоре, но и в Вене, Брюсселе и Париже. Первые статуи "по обмену" появились уже и в Москве. В Арбатских переулках скрывается подаренный Францией Виктор Гюго, а на Петровке у Музея современного искусства пристроилось крупное "Солнце", прибывшее прямиком из Италии. Так что если вдруг в Москве появится новая стела, то мы тут же заподозрим, что благодарить за это надо Уругвай.

У партнеров

    «Эксперт»
    №22 (235) 12 июня 2000
    Государственный рэкет-2
    Содержание:
    Жестокая любовь Минфина

    Несовершенство закона рождает коррупцию - нигде эта истина не проявляется так явно, как в сфере межбюджетных отношений

    Обзор почты
    Реклама