"Аида" на прилавке

Культура
«Эксперт» №6 (266) 12 февраля 2001
Опыт казанского театра свидетельствует: опера из русской провинции - экспортный продукт

Татарский академический театр оперы и балета имени Мусы Джалиля - заведение в музыкальном мире известное: бывшая Казанская опера, где статистом начинал свою карьеру Шаляпин, он существует уже 126 лет. В поздние советские годы дела его шли плохо: заполняемость зала опустилась до 23 процентов, театр был грязен и запущен, "Летучую мышь" дирижировали по клавиру - не было даже партитур. В 1981 году директором театра стал Рауфаль Мухаметзянов; позже к нему присоединились Гюзель Хайбулина (руководитель оперы) и Владимир Яковлев (руководитель балета). Они-то и определяют нынешнюю стратегию театра. На сегодняшний день дела в нем обстоят благополучно: партитуры прислали, заполняемость зала выросла до 86 процентов, а в дни Шаляпинского фестиваля все билеты раскупаются в мгновение ока. Как утверждает директор, в театр ходят 10 процентов жителей города; если учесть, что во всем мире оперу посещают 1-2 процента населения, то Казань можно считать городом оперной культуры.

Стратегия

Оперная культура представлена на казанской сцене только популярнейшими классическими спектаклями - "Кармен", "Травиата", "Севильский цирюльник", "Пиковая дама" и еще полтора десятка столь же известных опер и оперетт (из XX века - только "Алтынчеч" Назиба Жиганова, опера-сказка про татарскую красавицу). Однако кассовые названия - полдела; все эти любимые публикой оперы надо еще хорошо петь.

Общая беда провинциальных оперных театров в том, что в них не задерживаются хорошие голоса. Чуть только появляется певец, способный прилично петь ведущие партии, как о нем тут же узнают в столицах - и поминай как звали. Лучшие голоса попадают в Мариинский театр, другие - в Москву или прямиком в многочисленные провинциальные театры Германии.

Казань решила, что роль вечно обираемого ей не пойдет. И сделала ставку на гастролеров. В своей оперной труппе оставили только 22 солиста (везде - в два с половиной раза больше), зато в каждом спектакле поют один-два приглашенных певца. Одна и та же опера каждый раз исполняется чуть-чуть разным составом: зритель идет на новые голоса.

При таком подходе к делу режиссура спектаклей должна быть проста настолько, чтобы приезжий певец мог войти в нее с одной репетиции. Большинство опер в Казани поставил режиссер из Мариинского театра Алексей Степанюк. В театре его ценят и других не зовут: "Рисковать не имеем права". Степанюк отличается грандиозным умением поставить певца, поющего арию, лицом к публике и дать ему в руку копье - как ни странно, в современной режиссуре этим мало кто владеет. Массовые сцены - вроде триумфа в "Аиде" - он, впрочем, ставит недостаточно эффектно, чем руководство театра бывает недовольно. "Можно было пригласить людей из спортивных школ и сделать настоящий парад. А так - получился какой-то кукольный театр", - говорит директор. К весне сцену триумфа переделают, и безо всякого Степанюка - к авторским правам режиссеров здесь относятся философски. Пока положение немного спасают друзья директора - могучего телосложения специалисты по национальной бо