О похвальном измельчании губернаторов

• Александр Привалов

На прошлой неделе новый нижегородский губернатор Геннадий Ходырев отказался от личной охраны. Правда, по федеральному закону, главе областной администрации охрана и не положена, но предместники Ходырева ее имели. Этот красивый жест можно толковать по-разному, но мне видится в нем очень здравая и, кажется, обреченная войти в моду идея. "Я - не столько политик, - как бы говорит Геннадий Максимович, - сколько главный управдом области. И как обычный управдом не имеет надобности в вооруженной охране, так и мне она ни к чему".

Такой, казалось бы, элементарно разумный подход производит сильное впечатление по контрасту с очень еще памятными картинами. Вспомните наших губернаторов двухлетней давности - это же были громовержцы! Дня не проходило, чтобы который-нибудь из них не выступил с судьбоносным заявлением то общероссийского, а то и планетарного размаха. Ну а собрание губернаторов, Совет федерации, - это же был огнемечущий Олимп! Не так стоял вопрос: дадут ли сенаторы в очередной раз по носу президенту - ясно, что дадут. Вопрос стоял так: просто щелкнут или в придачу поизмываются?

"А нынче - скромно". Никаких особенных заявлений (не считая, конечно, заявлений о поддержке инициатив президента) от губернаторов, даже самых крупнозернистых, не слыхать. Даже в тех случаях, когда им сам Бог велел высказываться, их не очень заметно. Вот на Камчатке решили поменять стратегию развития областной энергетики - так телекамерам рассказывает об этом не губернатор, а Чубайс; в аналогичном случае в Приморье стратегические планы излагает не губернатор, а заместитель Чубайса. Тишина.

Соответственно меняется и отношение публики к главам регионов. Вот, например, недавно раскопанные "Ведомостями" патенты на имя Ю. М. Лужкова: выяснилось, что он законно зарегистрированный изобретатель таких полезных вещей, как пятирядное движение (на МКАД!), многоуровневые транспортные развязки (там же), крыша над Лужниками, а также расстегай и кулебяка. Можно себе представить, какой бы поднялся шум, будь эти малопристойные патенты обнародованы два года назад. Кричали бы о политической провокации, о подкопе под всенародно любимого деятеля - ну, все мы еще помним, что в таких случаях кричали. А теперь тихо: все понимают, что распубликованная неопрятность не имеет ни малейшего политического оттенка, а является исключительно бытовым обстоятельством. Максимум возможной тут аналитики составляют гадания о том, платит московская сеть "Русских бистро" патентовладельцу за право продажи расстегаев или не платит, причем оба ответа равно не представляют особого интереса. А что так еще недавно многие аналитики всерьез разбирали шансы патентовладельца на избрание президентом Российской Федерации, так этого уже, пожалуй, и сами аналитики не помнят.

(Смешно, конечно, обсуждать эти патенты, но от одного замечания не могу удержаться. В выданном Лужкову патенте расстегай "характеризуется композиционным построением в виде вытянутой объемной фигуры с плоским овальным основанием и выпуклой верхней поверхностью, на середине которой имеются продольные рельефы слева и справа от приоткрытой центральной части" - и еще десятки ватных безграмотных словес. В. И. Даль определял расстегай так: "Пирожок с прорешкой наверху, где видна начинка". Какое все-таки падение нравов произошло за полтора века!)

Да и сами губернаторы уже совсем по-новому понимают свое отношение к центральной власти. Вот, скажем, находясь с официальным визитом в Индии, В. В. Путин не то предложил, не то одобрительно отозвался о предложении установить там памятник тверскому купцу Афанасию Никитину. Он, собственно, ни к кому конкретно не обращался, но его слова были приняты к руководству. Московское правительство сейчас начинает кампанию по сбору на эту благую цель "порядка тридцати миллионов рублей". Не много ли? Нет, не много: памятник "будет представлять собой бронзовую статую Афанасия Никитина в полный рост высотой 2,5-3 метра, водруженную на гранитный или мраморный пьедестал примерно такой же высоты, украшенный различными бронзовыми накладками". За такую вещь - да с дорогой, да с установкой - цена, конечно, божеская.

Некогда Россини, узнав, что в каком-то городе собрали изрядную сумму на водружение ему памятника, заявил, что за такие деньги он сам постоит на пьедестале. Так и тут: уж лучше бы на площади в индийском Бидаре постоял исполнитель роли Никитина в давнем фильме Олег Стриженов - тем более что он входит в общественный совет, занявшийся памятником. И обошлось бы дешевле, и индийцам было бы интересно поглядеть на замечательного артиста, да и ему бы, надо думать, гонорар не помешал. Но нет - "изваять образ русского первооткрывателя Индии согласился один из крупнейших скульпторов современности Л. Е. Кербель". Видимо, у того завалялся недоустановленный бронзовый Ленин - не пропадать же добру. Спилить бородку, переделать пальтишко на охабень и кепку на мурмолку для маститого ваятеля - минутное дело...

Москва, конечно, соберет миллион долларов, как собрала деньги на восстановление храма Христа Спасителя. Но разница заметнее сходства: и сумма куда умереннее, да и мотивация на этот раз предельно смиренная - потрафить президенту.

По-моему, такое всестороннее поскромнение губернаторов - к добру. В своих вотчинах они по-прежнему очень сильны - в иных местах прямо-таки непереносимо сильны. Но то, что они так затушевываются на национальной арене, знаменует - хочется верить - сдвиг от метания громов к непарадному общественному служению. Пусть с разного рода бытовыми подробностями, но служению, а не властительству. Так было бы поспокойнее.