Амбиция Кондратьева

• Валерия Селиванова

В середине сентября у компании "Феликс", занимающейся производством и продажей офисной мебели, начнет работать новая фабрика. Предприятие, расположенное недалеко от МКАД, станет самым современным мебельным производством в России. Генеральный директор "Феликса" Илья Кондратьев хочет делать принципиально новую для нашей страны мебель. Он уверен, что с ее помощью легко потеснит на российском рынке итальянцев, немцев, испанцев и других иностранных мебельщиков. Больше того, г-н Кондратьев не сомневается, что сумеет продавать свои инновационные конторские столы, полки и шкафы в Европе.

Кожуховская аксиома

Илья Кондратьев занялся мебелью случайно. По образованию он востоковед, окончил филологический факультет Института стран Азии и Африки при МГУ. Несколько лет работал по специальности в Южном Йемене. Вернувшись на родину в 1991 году, сразу же занялся бизнесом. Организовал учебный центр "Феликс" и стал обучать соотечественников финансовым и бухгалтерским премудростям. Чуть позже открыл под той же маркой аудиторскую фирму. С мебельной проблемой он столкнулся, когда захотел обставить свои офисы приличными столами и шкафами. "Я никак не мог купить подходящие гарнитуры, - вспоминает Кондратьев. - То, что мне нравилось по дизайну, было слишком дорого. Если же подходило по цене, отпугивало ужасным качеством. Я тогда разозлился и решил организовать собственное мебельное производство".

Однако после тщательного исследования рынка Кондратьев понял, что производить в России мебель невыгодно. Неказистые шкафы отечественной сборки не получалось сделать дешевле импортных красавцев. Поэтому в начале девяностых иностранная продукция занимала до 90% всего российского рынка конторской мебели. На продаже итальянской или немецкой обстановки в те времена можно было неплохо заработать. Торговые наценки достигали 80-90%. Внимательно изучив положение дел в российской мебельной отрасли, Кондратьев отказался от идеи собственного производства и решил пополнить армию импортеров.

В торговле импортными гарнитурами он добился успеха. По данным маркетингового агентства "Креон", в прошлом году "Феликс" был лидером розничной торговли в Москве (см. график 1). В столице компании принадлежат шесть магазинов-салонов. В них продается порядка тридцати тысяч разных предметов: стульев, вешалок на ножках, сейфов, бюро, книжных шкафов и другой офисной обстановки.

Так бы и возил Илья Кондратьев мебель из Финляндии, Италии, Германии и Польши до скончания веков, если бы не случился августовский кризис. В стране вдруг появился спрос на отечественные гарнитуры. Кондратьев сразу же вложил заработанные на торговле деньги в строительство фабрики в Подольске, покупку современного оборудования и в дизайн своей офисной мебели. Сколько все это стоило, он не рассказывает.

Зато известно, что полгода ушло на реконструкцию полуразрушенного цеха электромеханического завода, покупку станков и запуск в массовое производство четырех гарнитуров: три модели были предназначены для рядовых сотрудников ("Классика", "Стиль", "Бумеранг") и одна - для руководителей ("Стратегия"). "На европейских мебельных фабриках в течение года успевают придумать только одну-две новые модели. А мы смогли разработать сразу четыре. Получается, что мы работаем в два раза лучше иностранцев", - хвалится Кондратьев.

Вложив деньги в производство, Кондратьев не прогадал. Офисная мебель от "Феликса" расходится, как горячие пирожки (см. график 2). Подольская фабрика работает круглосуточно. Мебельщики, не останавливаясь ни на минуту, вырезают из ДСП столешницы и полки, клеят кромки и привинчивают ручки, а число покупателей все растет и растет. По расчетам Кондратьева, даже если увеличить выпуск гарнитуров в три раза, их все равно не хватит всем желающим. Поэтому он решил построить еще одну фабрику.

Как решил, так и сделал. Прошлой зимой он отыскал среди заснеженных кукурузных полей заброшенную воинскую часть в деревне Кожухово, и сейчас на месте бывшей казармы стоит современная мебельная фабрика. Вставлены окна, стены покрашены в голубой цвет, забетонирован пол, установлена новейшая система воздухоочистки и отопления, смонтировано оборудование с компьютерным управлением.

Станки заказывали у ведущего немецкого машиностроителя IMA. Один специальный агрегат для обработки кромок обошелся "Феликсу" в 1,2 млн немецких марок. "Производительность этой машины в два раза выше, чем у стандартных, - оправдывает дороговизну агрегата директор по производству кожуховской фабрики Геннадий Курдюков. - К тому же с помощью компьютерного управления мы повысим точность обработки кромок и улучшим качество нашей мебели. Думаю, что станок стоит уплаченных денег". Помимо затрат на специальное оборудование и голубую краску "Феликсу" пришлось раскошелиться на установку дорожного указателя с надписью "Кожухово" и лестницы к деревенскому роднику. Без этого местные жители воспринимали строительство мебельного производства в штыки.

Пока рабочие наводили порядок в бывшей воинской части, дизайнеры "Феликса" корпели над проектом новой офисной мебели. За полгода они сумели разработать принципиально новую для российских контор обстановку, назвав ее "Аксиомой". Продукт интеллектуального труда сотрудников "Феликса" представляет собой светленький гарнитур из ДСП с двумя длинными столами и одним закругленным, в комплект также входит небольшой шкафчик для бумаг. "Конкурировать с российскими производителями нам уже скучно, - заявляет Илья Кондратьев. - Мы хотим бросить вызов немцам, итальянцам и испанцам. Для этого мы разработали 'Аксиому' и оснастили новую фабрику по последнему слову техники".

Новинка относится к так называемой системе open space. Это направление сейчас очень модно в Европе. Оно позволяет организовывать рабочие места в больших залах, где, как правило, трудятся рядовые сотрудники. От обычной офисной мебели open space отличает отсутствие громоздких шкафов и использование легких перегородок и полок. Несмотря на внешнюю простоту, такая мебель довольно сложна в производстве. Приходится использовать металлические каркасы, большое число крепежей и тщательно продумывать соединительные элементы. В России open space пока никто не производит именно из-за этих технологических сложностей.

"Аксиома" будет дешевле импортного open space в два раза. Благодаря этому, выпустив свою новинку, Кондратьев надеется заметно потеснить с рынка иностранных производителей. "По нашим подсчетам, в следующем году рыночная доля отечественной офисной мебели с сегодняшних тридцати пяти процентов дорастет до пятидесяти, - говорит он. - В этом будет наша заслуга".

Гарнитур "Аксиома" предназначен для рядового персонала, и на нем "Феликс" останавливаться не намерен. В планах компании - производство комплектов мебели для менеджеров среднего звена и расширение линейки гарнитуров для топ-менеджеров.

Проверка на дремучесть

В прошлом году, по официальным данным, отечественные бизнесмены потратили на покупку конторской обстановки от 150 до 200 млн долларов. (Деньги небольшие: к примеру, на мебель для дома в России ежегодно тратится как минимум в пять раз больше.) Две трети этого объема продаж приходится на импорт. Лучше всего продаются офисные шкафы, столы и этажерки из Италии и Германии. Продукция этих двух стран составляет почти половину всего мебельного импорта. В этом году стали расти поставки из Чехии, Польши и Словакии.

В России офисную мебель в больших количествах производят фабрики "Шатура", "ДОК-17" и "Интерьер". Остальные предприятия слишком малы, чтобы их можно было разглядеть в масштабе национального рынка. "У нас офисную мебель делают все кому не лень, - делится впечатлениями директор по маркетингу торговой компании 'Крафт' Георгий Малков. - Ставят устаревшие станки на овощной базе и начинают, как я это называю, рубить дрова".

Официального лидера среди наших производителей нет: ни одна из компаний не разглашает информацию о своем выпуске. Руководство "Феликса" тем не менее с уверенностью заявляет, что с открытием кожуховской фабрики компания станет номером один. объем производства "Феликса" вырастет в три раза и достигнет 520 тыс. столов, шкафов, тумбочек, полок и другой офисной меблировки в год. Впрочем, "Шатура" в прошлом году выпустила, по экспертным оценкам, 580 тыс. изделий.

Но дело не только в количестве. Амбиции "Феликса" оправданы еще и тем, что его новая продукция претендует попасть в "правильную" рыночную нишу. "Наши исследования показывают, что ниша дешевой мебели уже забита до отказа. Очень высокая конкуренция и в сегменте импортной мебели. Слишком уж много появилось желающих заработать на итальянских кожаных диванах и компьютерных столах натурального дерева, - рассказывает Павел Попов, заместитель генерального директора маркетингового агентства 'Креон'. - Зато средний ценовой сегмент совершенно пуст. Сейчас на рынке нет недорогой, красивой и качественной мебели". По мнению специалистов, мебель "Аксиома" должна заполнить существующую пустоту. "Похожая ситуация была года три назад на рынке кухонной мебели, - говорит гендиректор агентства 'Креон' Андрей Двоскин. - Лидерами там стали компании, научившиеся собирать гарнитуры из итальянских комплектующих. Они предложили потребителям кухни, не уступающие ни в дизайне, ни в качестве импортным, но стоящие на двадцать процентов дешевле".

Конкуренты, наоборот, скептически относятся к будущему "Аксиомы". Дело в том, что она будет стоить на двадцать процентов дороже любой другой мебели отечественной сборки, предназначенной для рядового персонала. "Так повышать цены - слишком смелый шаг, - считают в компании 'Шатура'. - Если у российского потребителя есть выбор между дешевым и дорогим с аналогичным уровнем качества, он, как правило, выбирает дешевое".

"А я сомневаюсь, что у 'Феликса' хватит денег на достойную поддержку нового продукта, - говорит Георгий Малков из 'Крафта'. - Увеличивая в три раза объемы производства, компании нужно будет на столько же расширить свою розничную сеть. Поверьте мне, это очень дорогое удовольствие". Г-н Малкин знает о чем говорит: "Крафт" в этом году тоже сосредоточился на расширении своей розницы, увеличив вдвое (до десяти) количество магазинов в Москве.

Есть сомнения и в том, что инициативы "Феликса" помогут российским производителям отобрать у иностранцев лидерство на рынке. "Для такого прорыва одних немецких станков недостаточно, - считает Андрей Двоскин. - Нужна такая же, как у немцев, культура производства. А ее пока нет".