Делу венец

Культура
Москва, 17.09.2001
«Эксперт» №34 (294)
"Другие" претенденты на царей зверей

В Венеции на каждом шагу продают маски. Это как у нас "водка-матрешка". У нас хоровод, у них карнавал. Венецианский кинофестиваль тоже грешен - любит в маске щеголять.

Рахат лукум

Несколько лет Венеция носит маску фана восточного кино. Носит упорно, снимать отказывается, как-никак первой нацепила. В нынешнем году тоже решила отправить парочку своих "Львов" на Восток, дело нехитрое. Приз за режиссуру отписали иранцу Бабаку Пайами за "Тайное голосование". В прошлом году, правда, Ирану больше обломилось: "Золотой лев" за "Круг" Джафара Панахи, нынче он в одном из жюри заседал. Но и третья по значению награда тоже на дороге не валяется. К тому же фильм совсем не скверный. Не откровение, нет, но и не преступление против искусства. Девушка-горожанка, этакая учительница-народница, колесит по селениям, желая приобщить дремучий иранский народ к торжественной процедуре голосования за его, народа, избранника. Народ, понятно, приобщаться не желает. У него своя жизнь, не тревожь ее всякими глупостями понапрасну - вот мораль. Она оказалась любезна чувствительному сердцу начальника большого жюри Нани Моретти, специалиста по сладким пузырям вроде "Комнаты сына", над дверью которой в мае зачем-то прибили пальмовую ветку.

Но широк Моретти, я бы сузил. "Свадьба во время муссона" Амиры Наир вообще не предмет для разговора. Все индийское на американскую продажу со скидкой для европейских фестивальных покупателей - вот что такое это кино. Покупатели нашлись. У нас ориентальный товар, у вас венецианский купец. Я думал, что "Золотыми львами" не кидаются, ан нет. Правда, там модный мотивчик зазвенел, педофилический. Индия на такое еще ни разу не решалась, и вот вам пожалуйста. Дядюшка, некогда отъехавший в края чужие, прибывает на свадьбу и начинает за малолеткой ухлестывать. Выясняется, что за ним этот грешок и раньше водился. Не место ему в доброй индийской семье, отлучают его от дома, недаром этот извращенец отбыл когда-то в дальние страны: чужой он, другой.

Николь и другие проигравшие

Вообще "другие" стали главными героями Венеции-2001. Алехандро Аменабар так прямо свой новый фильм и назвал. "Другие" сказывают сказку про то, как в Британии во время второй мировой в одном особняке поселились мертвяки и ничего хорошего из этого не вышло. Из фильма тоже не вышло ничего хорошего: такой культур-мультур, нас пугают, а нам по фигу. Хотя блондинка Николь Кидман хороша, чудо как хороша. Живьем, кстати, еще краше, чем на целлулоиде. От всех интервью отказалась, а на пресс-конференцию пожаловала.

"Одна из чеховских героинь, - просветила ее одна из наших журналисток, - говорила, что больше всего на свете любит яблочный пирог, имя Ролан и высоких мужчин. Что из этого комплекта предпочитаете вы?" - "Высоких мужчин" - был ответ. Разве не чудо? Про русское Николь расспрашивали не зря: она не только "Других" на фестиваль привезла, но и "Именинницу" Джеза Баттерворта, а это отдельная песня. В том, что ее купят, я не сомневаюсь, поэтому мой вам совет: не пропустите. Там бывшая жена выс

У партнеров

    «Эксперт»
    №34 (294) 17 сентября 2001
    Трагедия в америке
    Содержание:
    Конец американской мечты

    Террористический акт в Нью-Йорке уничтожил западную систему ценностей

    Обзор почты
    Наука и технологии
    Реклама