Ground zero и вокруг

• Евгений Бай

Майкл Джордан возвращается в большой баскетбол! Это произошло после нескольких месяцев разнообразных слухов, которые сам Майкл аккуратно опровергал. Суперзвезда NBA, три года назад вышедший в отставку, подписал контракт с принадлежащей ему же столичной командой Washington Wizards. Теперь мы два года будем видеть его на площадке. Свершилось!

Для миллионов американцев, даже тех, кто не очень увлекается баскетболом, это была главная новость прошедшей недели. Она вытеснила с первых полос и разрыв отношений Саудовской Аравии с талибами, и разгром истеричными афганскими толпами опустевшего здания посольства США в Кабуле, и даже поддержку российским президентом Путиным антитеррористической кампании США. Майкл Джордан для Америки - это символ прежней жизни, и, если он вернулся, значит, все будет хорошо.

Топографы на руинах

Едкий дым на развалинах Всемирного торгового центра рассеивается. Торговцы противогазами не успели извлечь сверхприбыли - в Нью-Йорке люди задышали сами. Первым группам туристов разрешили осмотреть руины вблизи. Тут же защелкали фотоаппараты вездесущих японцев - вот кто не боится летать самолетами. Выглядело это довольно кощунственно, чего не мог не почувствовать мэр Нью-Йорка Руди Джулиани, который появляется в секторе, официально названном ground zero ("уровень ноль", или, если хотите, "выжженная земля") по нескольку раз на день. "Там же под обломками покоятся останки людей, - говорил он, обращаясь к нью-йоркцам и гостям города. - Это же вам не Диснейленд".

Вперемежку с любознательными туристами ходят люди в касках и с топографическими приборами в руках. Пыль от двух близнецов-небоскребов еще не осела, а члены сразу нескольких комитетов архитекторов пытаются придумать, что бы им такое соорудить на месте трагедии. Дэвид Пискускас, творец многих американских монументов, поспешил спуститься в дымящееся чрево бывшего торгового центра, как только полицейские сняли оцепление. "Мы должны построить на этом месте что-нибудь такое же грандиозное. Такое же высокое и монументальное. Террористы напали не только на наш город и на нашу страну, они пытались сразить нашу цивилизацию. Мы построим новые небоскребы, и это поможет нам победить страх", - говорит он.

Городские власти объявили, что независимо от того, какой проект победит на конкурсе, они оставят на месте чудовищной трагедии одну из гигантских металлических конструкций, оставшихся от торгового центра. По соседству пусть строятся новые офисы и рестораны, а в центре будет мемориал.

Между тем нью-йоркские архитекторы и дизайнеры уже придумали, чем заполнить вакуум на тот период, пока будет идти строительство. Они предложили поставить внизу два мощнейших прожектора, которые будут освещать небо строго вертикальными и объемными лучами. Издалека ночью людям будет казаться, что это стоят прежние небоскребы, только без содержимого, словно сотканные из лунного света. Дизайнеры надеются, что сотворенные ими башни не будут напоминать призраков-мертвецов.

Руди Камень

Мэр Джулиани, которого в Нью-Йорке зовут Руди Камень, объявил, что намерен вновь баллотироваться на пост городского главы. В дни после трагедии он стал героем не только своего города, но и всей страны. Никто за это время не спал так мало и не сделал так много, как Джулиани. Ему приходилось руководить раскопками руин, обеспечивать бесперебойную жизнь города-монстра, открывать первые после теракта торги на Уолл-стрит, хоронить погибших под обломками полицейских и пожарных, встречать лидеров иностранных государств и по нескольку раз в день общаться с журналистами.

В конституции США записано, что политик не может находиться на выборном посту более двух сроков подряд. Для того чтобы Джулиани был переизбран на третий срок, необходимо согласие двух третей состава законодательной ассамблеи штата. Теоретически это возможно на волне немыслимого рейтинга мэра - его деятельность в дни, последовавшие за нападением террористов, поддерживает 91% нью-йоркцев. Однако вряд ли это случится: даже сейчас лишь 33% опрошенных считают, что Руди должен остаться на третий срок.

"Джулиани был отличным мэром во время войны, - говорит, прямо глядя в телекамеру один из избирателей. - А мы надеемся, что в будущем нас ждет мир".

В Нью-Йорке пока проходят праймериз - выборы в партиях. В стане демократов, а Нью-Йорк традиционно является их вотчиной, победил известный бизнесмен Майкл Блумберг. Ему и пророчат победу на выборах, хотя он завалы торгового центра не разбирал. Зато обещает нью-йоркцам снять многие введенные Джулиани ограничения.

Этот пасьянс отчасти содержит в себе ответ, который задают себе сами американцы: а изменится ли наша жизнь после всего случившегося? Предполагается, что если и изменится, то не сильно: ценящие превыше всего личную свободу граждане Соединенных Штатов не пойдут на поводу у лидера, который предлагает нации закручивать гайки.

Патриотично быть самим собой

После 11 сентября в Америке оказалась парализованной индустрия развлечений. Первой большой жертвой стал телесериал "Секс и город". Невозможно стало представить, что кто-то будет продолжать смотреть на беспечную жизнь американских эмансипалок на фоне процветающего Манхэттена (особенно его нижней, совершенно нетронутой части). Однако и других, более пристойных сюжетов коснулась карающая рука общественной морали. Мини-серии "Закон и порядок" полетели в корзину из-за того, что в них рассказывалось, как некие злоумышленники готовятся разбросать в Нью-Йорке бациллы сибирской язвы (этого больше всего сейчас боится население Америки). Microsoft отказалась от запуска в промышленное производство своей чрезвычайно популярной среди детей и подростков компьютерной игры, в которой симулируется нападение террористов именно на небоскребы-близнецы Нью-Йорка.

Больше всего пострадали американские пародисты-сатирики. "Все наши старые приколы вмиг оказались никому не нужными, - говорит Грег Хиральдо, комик из Нью-Йорка. - Кому сейчас интересно, что произошло три недели назад?" Другой ведущий, Марк Марон, который специализировался на жанре "крутой политической сатиры", тут же ощутил себя антипатриотом. "Похоже, сейчас это не лучшее место, чтобы зарабатывать деньги", - бормочет он.

Однако уже в двадцатых числах сентября на сцены Бродвея стали возвращаться комедии и мюзиклы. Залы начали наполняться. Американцам, которые, по их собственным словам, порой ведут себя, как малые дети, понадобилось некое официальное признание (не со стороны политиков, а из уст общепризнанных кумиров), что смеяться в этой ситуации - патриотично.

Но вопрос о сущности патриотизма вышел за рамки сатиры и юмора и оказался в сфере глубокого философского осмысления. Известный комментатор из журнала Newsweek Роберт Самуэльсон был одним из первых, кто сказал, что "американцам отказаться от их правил, традиций и привычек, от всего выработанного годами стиля жизни - значит признать победу террористов". К концу сентября лозунг был сформулирован предельно четко: "Быть патриотом - значит быть самим собой".

Дискуссия о свободах

В первые дни после трагедии в стране стала расхожей фраза: "Америка уже не будет такой, какой она была прежде". Сразу после случившегося звонили многочисленные друзья и знакомые из России. Кое-кто интересовался, правда ли, что на прилавках американских магазинов пусто, как это утверждают некоторые московские СМИ. Американцы действительно серьезно почистили прилавки, но в основном - магазинов огнестрельного оружия. Повышенным спросом пользовались также батарейки, свечи и нижнее белье.

"Американцы вели себя очень достойно, - сказала мне одна из наших соотечественниц, долгие годы работающая в США. - Сначала помолились, потом пошли сдавать кровь, потом - продавать акции". В ее словах не было иронии - такова жизнь. Кстати, совсем скоро в Америке было признано патриотичным покупать акции компаний, и многие в первый день открытия торгов подкупили себе немножечко ценных бумаг Coca-Cola или General Motors. Даже не очень веря, что это даст какую.то прибыль.

Ведущая тема публичных дебатов - не приведет ли происшедшая трагедия к ущемлению гражданских свобод? Однако здесь всерьез никто не задумался над тем, ударит ли по свободе введение некоего идентификационного удостоверения личности, - для американцев это нонсенс. Люди интересовались главным образом положением иммигрантов, национальных меньшинств, проблемой возможной расовой дискриминации.

Всем в одночасье стало известно, что трех американцев арабского происхождения высадили из самолета, направлявшегося из Миннеаполиса в Солт-Лэйк-Сити. Высадили потому, что у них была подозрительная внешность и другие пассажиры не захотели с ними лететь. В Нью-Джерси водитель автобуса позвал полицейских и показал им на двух странных юношей, которые, как он сказал, плохо говорят по-английски. Юношей извлекли из автобуса под дулами пистолетов, но четверть часа спустя копы отпустили их восвояси.

В стране, где в течение многих лет обсуждается проблема: является ли запрет на сожжение (или другое осквернение) государственного флага нарушением Первой поправки к конституции, - вопрос о том, насколько теперь будут ущемлены права некоренных американцев, отнюдь не праздный. Американец не столь широк, как русский человек, он идет через всю жизнь по установленным в этой стране коридорчикам. Но то, что здесь принято и узаконено, должно быть свято на вечные времена. Поэтому президент Буш, который готовит свою страну к войне, нашел время посетить мечеть и принять у себя в Белом доме делегацию лидеров мусульманских общин.

Американцы уже смирились с тем, что какие-то свободы будут ущемлены. Законопослушные люди, они готовы теперь часами ожидать в аэропортах, пока таможенники переворошат их багаж. Не вызвало протеста и сообщение, что ФБР предоставлены широкие полномочия по проверке электронной переписки граждан. Надо так надо. Компания Hertz, предоставляющая автомобили в аренду, без особой надобности отправила властям всю информацию о своих клиентах. Так же поступили и некоторые банки, передавшие закрытые сведения о счетах тысяч людей.

И тем не менее средний американец абсолютно уверен, что никто и никогда не запретит ему заниматься бизнесом, покупать или продавать дома, не лишит права на адвоката, не посадит за решетку без суда и следствия, не покусится на его банковский вклад. А если он выиграет многомиллионный джек-пот в лотерею, он не сомневается, что государство будет исправно выплачивать ему выигрыш в течение двадцати шести лет, даже если половину Америки накроет морская волна.

Все ли изменилось?

Патриотизм по американскому образцу в полной мере проявил себя в дни трагических событий. Обозревателя компании ABC Питера Дженнигса поставили в разряд "врагов народа" только потому, что он позволил себе критически оценить действия президента в первые часы после случившегося. Да, собственно, никакой особой критики и не было. Дженнигс просто сказал, абсолютно деперсонифицированно, что есть президенты, которым нужно тут же демонстрировать, что они "у штурвала", а есть те, кому это не так уж и необходимо. В его кабине автоответчик зафиксировал двадцать тысяч звонков разгневанных слушателей, которые хотели немедленно линчевать Дженнигса за антипатриотизм.

К конгрессвумен Барбаре Ли, представляющей один из самых либеральных округов в стране (он находится в цитадели демократов Калифорнии) властям пришлось срочно приставлять телохранителей. Г-жа Ли единственная проголосовала против того, чтобы предоставлять президенту Бушу право использовать военную силу. Иными словами - объявлять войну врагам Америки. На следующий же день после голосовании в адрес Барбары Ли поступили угрозы физической расправы.

Подобные случаи уже имели место в американской истории. Некоторые сенаторы голосовали против вступления Штатов в первую и вторую мировые войны, против Тонкинской резолюции 1964 года, которая развязывала руки президенту Джонсону для начала войны во Вьетнаме. Однако тогда Америка объявляла войну врагу, у которого было лицо. Нынешний ее враг невидим, он - как радиация или болезнетворные бациллы. Он может проявиться через неделю, месяц, год. Америка боится, что эта угроза теперь постоянно будет с нею.

Президент Буш заявил о том, что террористов ждет справедливое наказание. Американцы свято верят, что так оно и будет. Но диссонансом словам лидера звучит предостережение обозревателя газеты Washington Post Майкла Кинсли. "Терроризм благодаря своему бесконечному арсеналу средств не является тем врагом, который может быть повержен раз и навсегда, - пишет он. - Другой враг может быть уничтожен, а терроризм, возможно, не будет выкорчеван никогда. Он может быть только обезоружен". Статья Кинсли озаглавлена "Все ли изменилось? Может, и нет".