Тактика малых шагов

Спецвыпуск
«Эксперт» №40 (300) 29 октября 2001
Власти Северной Осетии передали завод, работающий на ВПК, в частные руки и получили стабильного налогоплательщика

Еще совсем недавно владикавказский завод "Кристалл" являл собой довольно жалкое зрелище. Мало того, что он потерял заказы, как и все предприятия, выпускающие медный прокат для электронной промышленности, так над ним еще особо "потрудилась" команда бывшего директора. "Склады были пусты, а государственный резерв, так называемый НЗ, - разворован, - рассказывает генеральный директор 'Кристалла' Таймураз Бутаев. - Долги составляли восемьдесят два миллиарда рублей, рабочим не платили зарплату семь месяцев, цеха пустовали, и даже отопление было разморожено. Словом, полная разруха".

У новых хозяев не было круглых счетов в банке, за ними не стояли серьезные финансовые силы. Завод с небольшими объемами производства, устаревшим оборудованием, практически потерянным рынком, да еще и расположенный едва ли не в зоне военных действий, для серьезных инвесторов был неинтересен. Он был нужен республике, желавшей сохранить рабочие места и производство. И руководство Северной Осетии пошло на то, чтобы отдать завод, относящийся к ВПК, в частные руки.

"Начинать нам пришлось даже не с нуля, - вспоминает Таймураз Бутаев, а с большого жирного минуса. Для того чтобы расплатиться с долгами, мы продали детские сады, недостроенный жилой дом, базы отдыха. Я пообещал рабочим, что, как только встанем на ноги, все вернем. Правительство республики помогло реструктурировать долги перед госрезервом, часть их просто списали". Первые два с половиной года предприятие работало на отходах цветных металлов, которые были в два раза дешевле катодного сырья.

Используя личные связи, Таймураз Бутаев сумел получить заказ на цветной прокат от "Норильского никеля" по толлинговой схеме и в качестве оплаты за обработку получал качественное сырье. С саранским объединением "Лисма", выпускающим 70% российской светотехники, придумали такую "кривую" схему, что до сих пор удивляются, как же она все-таки срабатывала. "Лисма" поставляла на "Норильский никель" лампы для шахт, а взамен брала медь, которую отправляла "Кристаллу" на переработку и забирала проволоку для своей продукции.

"Словом, выкручивались, как могли, - рассказывает Бутаев. - Революцию на 'Кристалле' устроить было сложно. Вытащить завод из кризиса можно было, только следуя тактике маленьких шагов". Толлинг помог заработать оборотные средства, рентабельность обработки была вполне приемлемой - 12%. Сегодня за живые деньги завод покупает уже три четверти сырья.

Отходы, на которых поначалу работал завод, годились для электротехники, но совершенно не подходили для электроники, где к сырью предъявляются более высокие требования. И "Кристалл" переориентировался на другой рынок, который не только сохранился, но и развивался. Нефтегазовая промышленность процветала во все времена, и ей были нужны кабели, шины, прокат. Конкуренция была жесткой, но, поскольку "Кристалл" работал на отходах, он неплохо вписался в этот рынок за счет низких цен.

Когда же с отходов предприятие перешло на качественное сырье, ситуация изменилась радикально. Цены, по которым п