Отель "Заудербос"

Общество
«Эксперт» №48 (308) 24 декабря 2001
Стремление к свободе - одна из основных потребностей человека. Поэтому за побег из тюрьмы в Голландии не наказывают

В живописном месте неподалеку от Амстердама расположена тюрьма Заудербос (Южный Лес). Три красные башни, похожие на корпуса какого-нибудь нашего НИИ, окна без решеток. Территория обнесена высоким опрятным забором. Приглядевшись, можно заметить наверху провода, по которым, видимо, пропущен ток. У ворот нас встречает улыбающийся начальник тюрьмы Петер Баккер, любезно согласившийся дать интервью и провести нас по своему заведению.

Первая неожиданность внутри здания - нет специфического запаха тюрьмы, запаха сырости, затхлости и хрестоматийной баланды. В голландской тюрьме воздух свежий, единственный аромат, витающий по коридорам, - аромат мяса и овощей: сейчас время обеда.

На стенах, выкрашенных в светлые тона, висят картины. В коридорах стоят автоматы по продаже прохладительных напитков, шоколадок, горячего бульона. Ни лязга ключей, ни скрипа несмазанных решеток, ни одного вооруженного человека либо человека в военной форме.

Двери камер выкрашены в красно-вишневый цвет - он, по мнению голландских психологов, вызывает максимум положительных эмоций. Вместо традиционного "глазка" - маленькое окошко: если за заключенным наблюдают, он об этом знает. С 8.00 до 21.30 камеры не запираются, заключенные могут свободно перемещаться по тюрьме, общаться.

За каждой вишневой дверью - помещение площадью примерно двенадцать квадратных метров: душ, туалет, умывальник, небольшой холодильник, телевизор, радиоприемник. У широкого окна из небьющегося стекла - стол, над ним большая книжная полка. У стены обычная кровать - не "шконка", в углу комнаты шкаф. В общем, назвать эту комнату камерой язык не поворачивается - скорее номер в двух-трехзвездочном отеле. Сидят здесь по одному. (Вспомним, как российские заключенные завидовали опальному олигарху, сидевшему в Бутырке "всего лишь" с тремя соседями по камере, где помимо "шконок" и зарешеченного окна имелись вентилятор и холодильник.)

Осмотрев отсек с "номерами", заходим в просторную комнату. В углу за столом добродушный человек читает газету. По комнате расставлены еще пять столов со стульями, отдельно - два небольших столика с игрушками. Г-н Баккер поясняет, что мы находимся в комнате для свиданий с заключенными, столики с игрушками предназначены для детей, которых родители приводят с собой на свидания, а добрый человек в углу - надзиратель.

Дальше - больше. Спортивному залу голландской тюрьмы может позавидовать Российская академия физкультуры, а количеству тренажеров, площадок для баскетбола, мини-футбола, тенниса, бильярдных столов - многие московские фитнесс-центры. Словом, если бы нашу экскурсию без комментариев показали по российскому телевидению, зрители подумали бы, что дело происходит в начальственном доме отдыха где-нибудь на Валдае.

Кто сидит, сколько, как и зачем

- Господин Баккер, сколько заключенных в вашей тюрьме?

- Сейчас отбывают наказание двести семьдесят мужчин, восемьдесят женщин, и еще сто десять человек в предварительном заключении, ждут суда.

- Есть ли различия в режиме и условиях содержания между те