О двойном скандале

Разное
Москва, 01.07.2002
«Эксперт» №25 (331)

Еще за две недели до большой пресс-конференции президента Путина никто бы не угадал, что главными ее темами окажутся Белоруссия и Б. Н. Ельцин. Но вышло именно так.

Как раз за две недели на одной из встреч с трудящимися президент Путин внезапно высказался по белорусскому вопросу. Сказал, что экономика Белоруссии - всего три процента от экономики России; что Минску надо "понять для себя", чего он хочет: либо чего-то "вроде Советского Союза" - либо права вето; что "котлеты отдельно - мухи отдельно".

На все это белорусский президент А. Г. Лукашенко страшно обиделся: нас, мол, тянут в девяностые субъекты РФ, но мы на это никогда не пойдем, а вот "делать из нас нахлебников неправильно, это оскорбление белорусского народа, которого себе еще никто не позволял". Многие, верно, удивились: чем же оскорбляет белорусский народ предложение разделить мух и котлеты? Да ничем, конечно. Обида случилась на двое суток раньше фразы про котлеты: Россия договорилась с Украиной и Германией об управлении украинским газопроводом. У Лукашенко разом пропала надежда играть с Россией, давя на нее обходной веткой через свою территорию. Тогда же стало известно, что "Итера" не снизит для белорусов цену на газ. Все это бьет в одну точку: никаких вам особых условий; хотите быть равными - ну так будьте! При том, что около половины белорусских предприятий убыточны, такой поворот темы равенства и впрямь неприятен - вот Лукашенко и сгрубил.

Хотя, если уж начистоту, то и Путин сказал Лукашенке горькую правду про три процента, и серия сигналов о неотвратимом равенстве ударила по Минску - не случайно. Произошло все это, я думаю, в ответ на очередной обман: в конце мая обещано было подвести итоги конкурса на продажу шести нефтехимических предприятий. Заинтересованные в них тузы российской нефтянки (Богданов, Алекперов, еще кто-то) были в марте поочередно приняты Батькой и наслушались посулов. А в мае Лукашенко перерешил: не будем пока продавать эти маетности! Придумаем лучше способ настругать их щепками и рассовать по своим. Ну, наши обиделись - вот и пошло...

Эти ли поводы, другие - скандал был неизбежен. Безграмотная и прямо убыточная для России конструкция лукашенковской интеграции (с одной стороны, "что наше, то наше", а с другой стороны - "а вот об вашем-то поговорим"), как и явно никчемный нарост надгосударственных чинуш (с характернейшим кадровым составом), наверно, могли бы еще сколько-то посуществовать, кабы никто о них не напоминал. Но ведь Лукашенко давил, давил, закатывал истерики - вот и рвануло.

И тут в сюжет за каким-то дьяволом вписался первый президент России. Прилетев в Минск, Б. Н. Ельцин практически открытым текстом заявил, что прибыл мирить двоих молодых политиков. Что-то из произнесенных им фраз можно, понатужась, признать смутным пересказом позиции Москвы, но гораздо более явно Ельцин поддержал Лукашенку - поддержал, повторюсь, безграмотную и вредную для России конструкцию "союзного договора", - что Лукашенко (в свое время вдосталь нахамивший Ельцину) с юношеским в

У партнеров

    «Эксперт»
    №25 (331) 1 июля 2002
    Чемпионат мира по футболу
    Содержание:
    Свисток против мяча

    Скандальные попытки FIFA программировать и контролировать спортивный ход чемпионата мира по футболу привели к глубокому кризису и самой федерации, и всего футбольного бизнеса

    Наука и технологии
    Реклама