Ярмарка интеллекта

Всеволод Бродский

С 27 ноября по 2 декабря в Москве прошла четвертая международная книжная ярмарка Non-fiction. Задумана она была как интеллектуальная альтернатива Московской международной книжной ярмарке в ВВЦ, однако всерьез конкурировать с этим мероприятием, давно превратившимся в своеобразный книжный "Рамстор", никто не собирался.

К 2002 году небольшая Non-fiction, целиком умещающаяся в зале на втором этаже ЦДХ, стала чуть ли не главным событием года в книгоиздательском деле. Расширился и состав участников ярмарки. Если первоначально здесь присутствовали лишь небольшие частные компании, не сильно озабоченные прибылями, то теперь из крупных издательств нет разве что "Эксмо".

Изменение статуса Non-fiction ощущается уже на входе: с большого экрана посетителей приветствует "говорящая голова" замминистра по делам печати РФ Владимира Григорьева, сообщающая о большом культурном значении мероприятия. Впрочем, о важности ярмарки можно догадаться и без подсказок.

Название Non-fiction давно уже не обозначает жанровую принадлежность демонстрируемых книг - обычной беллетристики здесь теперь не меньше, чем словарей и разнообразных интеллектуальных монографий. (По сути, единственное отличие Non-fiction от ярмарки в ВВЦ - отсутствие Донцовой, Бушкова и прочего ширпотреба.)

Набор книжек вполне предсказуем: Ad Marginem устилает свой прилавок Сорокиным, "Иностранка" - Бегбедером, "Симпозиум" - многочисленными томиками Умберто Эко. Есть, впрочем, новинки, специально припасенные для ярмарки: особым успехом пользовался "Неизданный Хармс", выпущенный "Академическим проектом". Некоторые издатели решили привлечь внимание к своим стендам специальными средствами: Ad Marginem, например, устроил видеопоказ небезызвестной акции "Идущих вместе" по утоплению книжек Сорокина в унитазе. Неплохо выступило малоизвестное издательство "Гардарики" - его стенд предлагал набор из трех в равной степени загадочных предметов: бюста Вольтера, больших песочных часов и учебника по философии.

Небольшие издательства, не склонные к столь радикальным инсталляциям, по соседству с шикарно оформленными стендами монстров книжного бизнеса явно чувствовали себя обделенными общественным вниманием. Лучше всех решило проблему издательство "Пальмира" - устроило шумную пресс-конференцию по поводу вручения учрежденной им премии "Российский сюжет". Никому доселе не известные лауреаты, найденные где-то в глубинке, рассказывали о своем трудном пути к славе: Николай Шадрин заявил, что теперь он будет гораздо меньше пить, Светлана Борминская извинилась, что за два года и два месяца написала всего три романа, зато "прочитаете - обхохочетесь", Виктор Строгальщиков сообщил, что пишет о том, что знает, - то есть о Тюмени. В результате заинтригованная публика раскупила все книжки лауреатов.

Прочие мероприятия Non-fiction были не столь развлекательными, зато куда более содержательными, - многочисленные международные семинары, на которых выступали отечественные и зарубежные критики и издатели, презентации новых книг, встречи с авторами. Однако на центральное событие обратили внимание далеко не все посетители. На Non-fiction приехал Фолькер Нойман - директор Франкфуртской книжной ярмарки, на которой в следующем году Россия будет выступать в качестве почетного гостя. Похоже, Non-fiction, бывшая поначалу интеллектуальной тусовкой, становится лицом отечественного книгоиздательского бизнеса.

Статьи на тему: «Книжный бизнес»