Другая Европа - другой мир

• Павел Быков

Евросоюз -- это не Европа. Во всяком случае, совсем не та Европа, которую мы долгое время знали и знаем сегодня. Благополучная, изящная, немного провинциальная и такая разная -- и раньше-то этот стереотип "постаревшего Света", гигантского Диснейленда для американских и японских туристов не вполне соответствовал действительности. Теперь же, после того как принято решение о расширении ЕС, как запущен процесс его политической централизации, об этом образе и вовсе следует забыть. Чем скорее, тем лучше.

Евросоюз становится опасным -- это главное, в чем надо отдавать себе отчет. Не злонамеренным, но именно опасным. Просто хотя бы в силу объективных причин, тех людских и материальных ресурсов, которые он контролирует. Тем более опасным, что при всей его реальной мощи ЕС пока никак нельзя назвать зрелой организацией и уж тем более зрелым государством. Безусловно, в том, что касается внутренних проблем, конфликтов при согласовании интересов разных стран структуры Евросоюза неизменно демонстрируют завидную эффективность. Однако в том, что касается вопросов внешней политики, европейцы все еще ведут себя подчас слишком недальновидно, зачастую даже безответственно.

Именно это сочетание мощи и недостатка дальновидности, сквозящее во многих принимаемых в ЕС решениях, и таит в себе главную угрозу. Причем основная опасность -- это не опасность в привычном ("физическом") смысле этого слова, которая могла бы угрожать соседям, России или кому-либо еще. Главный риск кроется в том, каким образом поведение набирающего ход Евросоюза повлияет на новую модель мироустройства, которая придет на смену постбиполярному миру.

Новый миропорядок будет складываться при активном и непосредственном участии ЕС -- это ни у кого сомнений, наверное, не вызывает. А вот то, что именно происходящее с Евросоюзом станет критически важным для формирующегося нового мирового порядка, не столь очевидно. Но, по-видимому, это именно так. И вот почему.

Во-первых, проект "Единая Европа" не только наиболее четко заявленный из всех конкурентных с ним проектов (китайским или панисламским). Он еще и находится в стадии, наиболее близкой к реализации, охватывает собой один из трех наиболее развитых в экономическом плане регионов и не имеет себе равных по масштабу вовлеченных в него ресурсов.

Во-вторых, имеется определенная историческая закономерность. Конфигурация Европы на протяжении столетий являлась определяющей для остального мира. Разделенная на государства-нации Европа делила мир в колониальных войнах. Мировые войны в Европе -- а по сути, одна мировая война с двадцатилетним перемирием -- потому и были мировыми, что ставкой в них был мир, как ни банально это прозвучит. Разделенная же пополам Европа была символом и местом наиболее напряженного противостояния между державами-победительницами -- СССР и США. Именно подъем Западной Европы, превращение ее в самостоятельный субъект, изменил характер холодной войны, а в конечном итоге и предопределил ее конец. Каким будет мир с единой Европой? Главное -- характер мировой системы, ее динамика будут органично связаны с процессами, идущими в самом Евросоюзе.

Как считает большинство серьезных аналитиков, будущее ЕС определит крупный кризис, не важно какой, но обязательно крупный внешне- или внутриполитический кризис. Совершенно очевидно, что если Европе удастся избежать волны дезинтеграции (поддастся ей Европа -- хаос захлестнет и другие регионы мира), то политический режим в ЕС будет жестче, чем в европейских странах сегодня: без большей централизации и ужесточения такое крупное государство просто не сможет сформироваться. Вопрос в том, удастся ли Евросоюзу избежать скатывания в тоталитаризм. На волне борьбы с международным терроризмом подобные тенденции проявляются в Европе все четче. Соблазн велик: например, борьба с терроризмом -- идеальное прикрытие для создания жесткой общеевропейской властной вертикали.

На превращение Европы в мощное супергосударство принято отводить 10-15 лет. Однако наиболее значимые события произойдут в течение ближайших лет пяти. Эти пять лет, по-видимому, и определят, каким будет мир с Единой Европой. Как пела в конце восьмидесятых годов известная шведская группа "Европа" в своей лучшей -- единственной по-настоящему "крутой" -- песне: "It`s a final countdown".

• Караджича выдали Гаагскому трибуналу
• Венгрия отвязала курс своей национальной валюты — форинта — от евро. Таким образом, правительство Венгрии отложило на неопределенный срок перспективы вступления страны в еврозону
• Польша и Великобритания провалили важнейший саммит ЕС, не пожелав договориться