Горе-кредитор

• Борис Замараев

На протяжении всего последнего десятилетия статистика платежного баланса бесстрастно фиксировала отток финансовых ресурсов из России по сектору нефинансовых предприятий и домашних хозяйств. И вот в начале 2003 года российские компании привлекли больше финансовых ресурсов, чем экспортировали, - в целом за первое полугодие на 2,8 млрд долларов, тогда как за тот же период прошлого года чистый отток составил 3 млрд долларов. Изменение направления движения денежных потоков вызвало восторженное единомыслие в экономических комментариях. Оправданны ли эти восторги?

Как правило, развивающиеся страны характеризуются чрезвычайно низкой нормой накопления, не способной обеспечить инвестиции для экономического роста. В этом случае необходимо обеспечить приток внешних инвестиций, источником которых являются сбережения зарубежных стран. Это единственно возможный способ оживления экономики и запуска роста производства без покушения на текущий уровень потребления домашних хозяйств.

Такова ли ситуация в российской экономике, низок ли уровень ее сбережения и накопления? Нет и еще раз нет. На всем протяжении 90-х годов (за исключением кратковременного периода, предшествующего рукотворному кризису 1998 года и непосредственно следующего за ним) норма сбережений не опускалась ниже 25-30% ВВП. Конечно, можно желать более значительных объемов сбережений, но то, что они не были критически низкими, не вызывает сомнений. Особенно это характерно для последних лет. В 2000-2003 годах сбережения, то есть располагаемые российской экономикой ресурсы, не использованные на текущее потребление, составляли 30-35% ВВП. Между тем на накопление направляется только 18-22% ВВП. Таким образом, российская экономика постоянно имеет излишек ресурсов в размере 8-17% ВВП, который не используется внутри страны ни на потребление, ни на накопление, а направляется за рубеж. Этот излишек ресурсов формируется в том числе и за счет устойчиво высокого положительного счета текущих операций платежного баланса в размере не менее 10% ВВП на протяжении нескольких последних лет. Поэтому для российской экономики приоритетным является не приток инвестиций из-за рубежа, а проблема эффективного размещения имеющихся внутренних ресурсов как в отечественные, так и в иностранные активы. А вот здесь особо восторгаться нечем.

Ярким признаком неэффективного использования нашей экономикой финансовых ресурсов является перенакопление официальных валютных резервов. Резервы - это страховка на случай непредвиденного стремительного оттока валюты из страны. Нынешний объем золотовалютных резервов в 65 млрд долларов значительно превышает все, даже самые жесткие критерии разумной достаточности, включая критерий Редди (в соответствии с ним иностранные активы должны покрывать объем трехмесячного импорта товаров и услуг плюс весь объем необходимых платежей по основному долгу и процентам как суверенного, так и частного внешнего долга текущего года).

Далее. Судя по отчетным данным платежных балансов, к концу 2002 года финансовые требования и обязательства российских юридических и физических лиц по отношению к нерезидентам оценивались в 125 млрд долларов. Тем не менее сальдо инвестиционных доходов по ним начиная с 1996 года почти всегда было отрицательным, а его размер составлял порядка 0,2-0,6% ВВП. Например, в 2002 году инвестиционные доходы иностранных контрагентов, полученные ими от российских банков и предприятий, превосходили аналогичные доходы, перечисленные последним, на 0,6 млрд долларов (0,2% ВВП). На своих иностранных активах отечественные банки и корпорации зарабатывали в последние годы в среднем около 3% годовых, зато по обязательствам платили более 4%. Таким образом, будучи чистым кредитором остального мира, Россия тем не менее имеет отрицательный чистый инвестиционный доход. И это не случайно. Если 95% всех вложений иностранцев - это прямые и портфельные инвестиции, ссуды и займы, то аналогичные российские инвестиции едва достигают 45%. Зато более 40% инвестиций, размещенных резидентами в иностранные активы, - это наличная иностранная валюта и депозиты, то есть низкорентабельные или вообще не приносящие дохода активы.

В подобной ситуации наиболее целесообразным способом использования внутренних ресурсов страны было бы их инвестирование в основной капитал отечественной экономики. А вот с этим не все обстоит благополучно. Российские нефтегазовые и металлургические гиганты нацелены на перспективные покупки нефтяных и газовых активов, перерабатывающих заводов и АЗС, сырьевых и металлургических предприятий в Восточной Европе, Азии, а также в странах СНГ и Прибалтики, не говоря уже о такой экзотике, как приобретение иностранных футбольных клубов.

В среднесрочной перспективе ничто не будет препятствовать сохранению относительно высокого положительного сальдо текущих операций. Пусть и не такого рекордного, как на протяжении последних лет (1999-2003), когда активный баланс текущих операций российской экономики составляет 25-47 млрд долларов, или 10-18% ВВП. Избыточные доходы в этом случае вновь не найдут лучшего применения, чем вложения в зарубежные активы.

Итак, деньги внутри страны есть. Проблема в другом. Ощущается острый недостаток привлекательных проектов вне энергетического и сырьевого секторов, обеспечивающих приемлемую норму рентабельности, а также чрезвычайная трудность нахождения финансирования для создания новых активов, заполнения пустующих ниш рынка. Надо решать эти проблемы, а не восторгаться конъюнктурными изменениями в движении финансовых потоков.