Капитал застрял на опушке

• Андрей Виньков

В ряде отраслевых журналов, пишущих про и для нефтяников, появилась вызывающая реклама. В дорогом для рекламодателей издании про нефть и капиталы, к примеру, целую полосу занимают нехитрые пиктограммки, призывающие инвестировать в лесной бизнес. Поставщик деревообрабатывающего оборудования в Россию - компания Global Edge - обещает читателям, что инвестиции в деревообработку окажутся более прибыльными, чем в нефть. Несмотря на яркие рекламные образы, неинституциональные инвесторы в отрасль пока не спешат. Причин тому много - от более выгодной конъюнктуры других рынков, где они работают, до осторожности иностранных инвесторов, на которых оглядываются россияне. Главная же причина одна: российское правительство очень медленно работает над проектом под условным названием "Стимулирование лесопромышленного комплекса России".

Несбывшиеся мечты

То, что в последние годы лесная индустрия пользовалась у инвесторов огромным интересом, - это факт. То, что за два последних года было объявлено о десятках инвестиционных проектов в отрасли, - тоже факт (см. таблицу). Но факт и то, что в результате инвестиционного бума лесная промышленность не получила желаемого - возможности производить высококачественную продукцию высоких переделов с большой добавленной стоимостью. Тогда во что же вкладывались деньги?

Большая часть новых проектов связана со строительством лесопильных заводов типа тех, что строит финский холдинг Stora Enso в Карелии и Новгородской области (см. таблицу). Строят их главным образом для того, чтобы обходить таможенные барьеры при экспорте сырой древесины. Меры правительства по экономическому ограничению экспорта кругляка и увеличению производства продукции более высоких переделов по-прежнему неэффективны - теперь вместо кругляка за рубеж будут гнать дешевый распил. По словам замглавы представительства Stora Enso в России Константина Хмырова, то, что будут производить заводы, которые компания строит в России, - это полупродукт, его будут вывозить на фабрики в Финляндию и там дорабатывать. То есть на строящихся предприятиях будут производить только пиломатериалы естественной влажности, которые только уже в Финляндии пройдут процесс сушки и окончательную доработку до конечного продукта.

По данным Минпромнауки, за последние четыре года прямые иностранные инвестиции в лесопромышленный комплекс (ЛПК) России составили "всего" 400 млн долларов. Общий объем инвестиций в ЛПК, правда, растет: в этом году он составит 1,3 млрд долларов - в два раза больше, чем в прошлом году. Тем не менее большинство экспертов и аналитиков сходятся во мнении, что этих денег недостаточно для быстрого развития отрасли.

Председатель совета директоров инвесткомпании ОФГ, бывший топ-менеджер российской лесопромышленной корпорации "Илим Палп" Михаил Мошиашвили считает, что "массовый приток капиталовложений основных стратегических инвесторов из Европы неизбежен, так как там запасов хвойной древесины хватает лишь для поддержания имеющихся перерабатывающих мощностей. Чтобы им дальше развиваться и выходить на наш рынок и рынок Азии, естественным стратегическим движением европейцев должны стать инвестиции в Россию, где запасы хвойных лесов огромны. Огорчает только, что они очень медленно это делают".

Осталось заметить, что из 25 крупнейших заявленных инвестиционных проектов только шесть связаны с инвестициями именно в высокий передел древесины - производство фанеры, плит MDF, шпона и прочей технологичной продукции.

Леса стало мало

Засилье на рынке экспорта круглого леса и почти необработанных сырых досок пагубным образом отражается на решении об инвестициях в проекты с высокой добавленной стоимостью. И вот почему. Цена заготовленного леса в России очень низка: он продается по 12-17 долларов за кубометр (а в среднем по Европе - по 45-50 долларов). Столь низкая цена на российскую древесину сложилась в силу интегрирования лесодобывающих и лесоперерабатывающих компаний. Реальная же рыночная цена сырого леса в России явно должна быть выше. Ориентированным на экспорт компаниям не выгодно обслуживать внутренний рынок с его запросами цены в 10 долларов за кубометр. С другой стороны, прибыль от высоких экспортных цен "съедают" высокие транспортные расходы при перевозке на дальние расстояния. В силу этого лесодобывающие компании аккумулируют незначительные суммы для своего развития и сами в обрабатывающее производство инвестировать не могут. Им, может, и было бы выгодно продавать лес на внутреннем рынке, но потенциальные его потребители, как выяснилось, предъявляют повышенные требования к законности вырубки покупаемого леса, так что деревообработчикам проще самим заняться рубкой, нежели покупать незаконно рубленную древесину (подробнее - в статье "Построй все сам, и тебя не тронут").

Рубить лес становится в России все менее популярным занятием: объемы лесозаготовок с 1990-го по 2002 год уменьшились с 303,8 до 90,2 млн кубометров, то есть более чем в три раза. Действует эта тенденция и в нынешнем году. Отечественные лесоперерабатывающие предприятия как 2002-м, так и в 2003 году испытывают острую нехватку в древесине: качественный лес для лесопиления вдоль дорог в значительной мере вырублен, а новые дороги сегодня практически не строятся. Более того, в лесу нет современной техники и машин, да и низкая оплата труда не стимулирует развитие лесозаготовок.

В принципе вопрос нехватки древесины можно было бы решить. В отрасли есть компании, которые готовы вкладывать средства в строительство лесных дорог и в технику. Однако в России нет четкого законодательного регулирования условий работы в лесу. Сейчас лесные угодья можно арендовать на пять лет. Небольшой срок аренды - один из существеннейших факторов, сдерживающих строительство лесовозных дорог. Компаниям нет смысла вкладывать деньги в транспортно-лесовозную сеть, так как очень скоро собственником их "леса" может стать кто угодно.

Нужны инициативы государства

Исправить ситуацию в лесной промышленности, превратить ее в динамично развивающуюся отрасль можно. Все без исключения участники рынка и опрошенные нами независимые эксперты указывают, что главное препятствие - нерасторопность чиновников, они никак не могут договориться, как именно надо проводить промышленную политику государства в лесной индустрии.

Всем, кроме чиновников, это очевидно.

Во-первых, нужно повышать экспортные пошлины на кругляк. Аналитик Национальной лесоиндустриальной компании Никита Муравьев говорит, что "необходимы, к примеру, запретительные пошлины на вывоз древесины, а не заградительные, как уже два года планирует правительство". Но и заградительными пошлинами российские чиновники разродиться не могут. Уже несколько лет назад Минпромнауки разработало комплекс мер, связанных с отменой таможенных льгот на все виды продукции глубокой переработки древесины и повышением экспортных пошлин на круглый лес. Но реализовать эти меры так и не смогло. Сейчас ставка экспортной пошлины на круглый лес по некоторым видам древесины составляет 6,5%, а ставка на продукцию глубокой переработки - 10%. В предложениях Минэкономразвития было предусмотрено выравнивание ставки экспортной пошлины на круглый лес и переработанную продукцию до 10%. Сначала думали сделать это летом 2003 года, потом перенесли на осень. Осень уже на исходе, а решение так и не принято. Важно повысить ставку экспортной пошлины на круглый лес - считает и директор по развитию группы компаний "Титан" (компания, управляющая Архангельским ЦБК) Наталья Пинягина. Это позволит переориентировать значительные объемы необработанной древесины с экспортных поставок на переработку внутри страны.

Во-вторых, необходимо законодательно разблокировать развитие рыночных отношений в лесопользовании. В частности, нужны положения о преимущественном получении лесов в аренду для тех структур, у которых есть соответствующие мощности для ухода за лесом, его рубки и переработки и которые гарантируют реальные инвестиции в лесной комплекс. Вероятно, потребуется и законодательное оформление таких форм привлечения крупных инвестиций в лесной комплекс, как концессии.

Медлительность чиновников, вероятно, обусловлена их чрезмерной осторожностью: в правительстве опасаются, что после нововведений резко сократятся валютные поступления от продажи круглого леса на экспорт. А они немалые - примерно треть от российского экспорта товаров лесопереработки.

Инвесторы идут к потребителю

"Что касается внутренних инвесторов, то их движение в леспром иначе чем осторожным не назовешь, - говорит Михаил Мошиашвили. - Нынешние условия развития в других отраслях промышленности подтверждают: лес пока не столь выгоден, как та же нефтянка. Операционная маржа в нефтяной отрасли сейчас 200-250 процентов. В леспроме же - всего 40 процентов. Но как только государство начнет правильно взимать с нефтяников природную ренту, инвесторы потянутся в лесной бизнес". Понятно, что при таких условиях инвесторы направят свои деньги в лесную отрасль в рамках диверсификации собственных капиталовложений.

"Если говорить о перспективных направлениях в российском ЛПК, то рост инвестиций в наш леспром закономерно начинается с наименее капиталоемких секторов", - говорит Роман Романовский, консультант компании Jaakko Poyry Managment Consulting. Потребление мебели в России растет довольно быстро, поэтому строительство производств по выпуску древесных плит и экономически привлекательно, и неизбежно. Есть в отрасли и другие секторы с низкой капиталоемкостью и растущим местным спросом. Они наверняка станут объектами для инвестиций - это упаковка, санитарно-гигиенические изделия, комплектующие для мебели. Говоря о перспективных для инвесторов сегментах, Роман Романовский назвал и развитие массового недорогого деревянного домостроения.

Михаил Мошиашвили считает, что даже инвестиции в капиталоемкие сегменты ЛПК не станут "великими финансовыми усилиями". По его словам, "целлюлозно-бумажная промышленность условно доведена до предела мощностей. Но там есть узкие места, на которые можно потратить значительно меньше денег, чем на строительство новых комбинатов, и это может привести к росту производства примерно на двадцать процентов".

Наиболее перспективная продукция деревообрабатывающей промышленности, с точки зрения как внутреннего спроса, так и экспорта, - фанера. На сегодняшний день в этой подотрасли и производственные мощности загружены более чем на 90%, и уровень рентабельности - 65-70% за счет высокой доли экспорта.

Велик потенциал и у рынка плит средней плотности - MDF, которые используются в производстве мебели, напольных и настенных покрытий. MDF активно вытесняет из мебельного производства традиционные ДВП и ДСП, при этом 85% MDF мы импортируем из Германии, Швейцарии, Австрии и других стран. В ближайшей перспективе потребности российского рынка оцениваются по меньшей мере в 500 тыс. кубометров MDF, российские же предприятия производят всего 90 тыс.