Своя игра

Культура
«Эксперт» №25 (426) 5 июля 2004
XXVI Московский кинофестиваль стал триумфом российского кино. К сожалению, это явилось свидетельством его кризиса

Очередной Московский кинофестиваль завершился сокрушительным торжеством отечественного кинематографа, на первый взгляд загадочным, а на самом деле - совершенно предсказуемым.

Дмитрий Месхиев, режиссер фильма "Свои", на церемонии закрытия поднимался на сцену с завидной регулярностью - ему достался и гран-при - "Золотой Георгий", и "Серебряный Георгий" за лучшую режиссерскую работу. Один из месхиевских актеров - Богдан Ступка - получил при этом приз за лучшую мужскую роль. Отличился, впрочем, не только Месхиев со товарищи. Престижная премия международной кинопрессы - ФИПРЕССИ - досталась фильму Марины Разбежкиной "Время жатвы", а специальный приз жюри был присужден пусть не российскому, но все же вполне нам дружественному "Бунту свиней" эстонцев Яака Кильми и Рене Рейнумяги. Даже приз зрительских симпатий, как это ни поразительно, достался нашему фильму - "Папе" Владимира Машкова, слезливой мелодраме локального значения, невесть какими закулисными путями пробравшейся в основную программу фестиваля. Иностранным участникам конкурса пришлось довольствоваться жалкими остатками торжества - призом за лучший фильм второстепенного конкурса "Перспективы", где демонстрировались дебютные картины молодых режиссеров ("Отель 'Венера'" японца Хидеты Такахаты), и премией за лучшее исполнение женской роли (ее получила престарелая аргентинская актриса Чина Зорилья, сыгравшая старуху в малоприметной картине "Разговоры с мамой").

Маленькие Канны

Триумфа отечественного кино, подобного нынешнему, не было на ММКФ никогда - если, конечно, не считать первых лет его существования. Впрочем, тогда, в 30-е, фестиваль не претендовал на международность. Что касается главного приза, то последний раз нашему фильму он достался в 91-м - тогда его получил ныне прочно забытый "Пегий пес, бегущий краем моря" Карена Геворкяна. Впрочем, если говорить о девяностых, это вообще было самое черное время для ММКФ - интерес мировой общественности к постперестроечной России начал сходить на нет, а иных способов привлечь международное внимание мы тогда еще не разработали.

На нынешнем, XXVI ММКФ, казалось, с мировым контекстом все было в порядке. Впервые, пожалуй, уровень организаторского пафоса соответствовал реальности. В качестве фильма открытия - "Kill Bill-2"; действительно, чем мы хуже Канн. В качестве председателя жюри - один из самых значимых режиссеров современности - Алан Паркер. В качестве почтенных гостей - не фальшивые свадебные генералы, как в прошлые годы (когда мы регулярно наслаждались обществом пожилой Лоллобриджиды и бравого, хоть и тоже не вполне юного Стивена Сигала), а вполне действующие знаменитости - Квентин Тарантино, Мерил Стрип, модный красавчик Руперт Эверетт, восходящая японская кинозвезда Кусанаги Цуеси. Сам Эмир Кустурица почтил нас своим присутствием, самолично представив свой новый фильм "Жизнь - это чудо" - и рассказав на пресс-конференции об особенностях восприятия братьями-славянами поэтического образа женской задницы. В конкурсе были фильмы со всего света - из