Интервенция изнутри

Тема недели
«Эксперт» №34 (434) 13 сентября 2004
Сосредоточившись на создании легитимных органов власти в Чечне, Москва упустила военно-стратегическую инициативу в регионе

Августовско-сентябрьское наступление террористов, завершившееся (надо надеяться!) кровавой бойней в Беслане, российские правоохранительные органы довольно долго отказывались признать таковым. Все началось со взрыва 24 августа в 19.45 на автобусной остановке на Каширке, на трассе, ведущей в Домодедово, менее чем в ста метрах от здания управления милиции Южного округа Москвы. Безоболочечная бомба мощностью не более 400 г в тротиловом эквиваленте, начиненная гвоздями и другими металлическими предметами, сработала с опозданием, уже после того, как от остановки отъехал автобус, и пострадало всего четыре человека. Решили, что это сделали хулиганы или мелкие бандиты в связи с разборками на местных рынках. Поэтому расследование дела взяла на себя городская милиция, а не ФСБ, как положено, если речь идет о терроре. В столице были усилены меры безопасности - милиция взяла под особый контроль места массового скопления людей, объекты жизнеобеспечения города и станции метрополитена.

Через три часа с интервалом всего в девять секунд взорвались два самолета, вылетевшие из аэропорта Домодедово в южном направлении. "Скорее всего, причины этой двойной катастрофы носят технический характер", - поспешил заявить представитель ФСБ Сергей Игнатченко уже на следующий день после взрывов. Однако уже 27 августа имена двух пассажирок-чеченок - Сациты Джебирхановой на Ту-154 и Аминат Нагаевой на Ту-134 - запестрели в прессе: журналисты выяснили, что никто из родственников этих девушек по телефонам "горячей линии" не звонил. В этот же день на одном из исламистских сайтов ответственность за захват - именно за захват, а не за взрывы - этих двух российских самолетов взяли на себя "Бригады Исламбули", ассоциированной с "Аль-Каидой".

Утром 31 августа газеты сообщили, что Аминат Нагаева и Сацита Джебирханова были подругами и прибыли в Москву в компании с еще двумя женщинами - сестрой Аминат Розой Нагаевой и подругой Сациты Марьям Табуровой. Видимо, еще накануне спецслужбам были известны их имена и приметы. Однако предотвратить новый теракт они все равно не смогли - в восемь вечера между станцией метро "Рижская" и универмагом "Крестовский" Роза Нагаева привела в действие свой "пояс шахида". На месте погибли десять человек, еще около тридцати получили ранения. И лишь тогда взрыв на Каширке назвали терактом - тем самым власти наконец нехотя признали, что Россия подверглась новому террористическому наступлению.

Скорее всего, "слепота" российских спецслужб объяснялась политическими причинами, ведь 28 августа в Чечне состоялись президентские выборы, и федеральным властям не хотелось омрачать запланированную блистательную победу на них своего ставленника Алу Алханова. Между тем еще 21 августа боевики предприняли масштабные атаки на Грозный, обстреливали российские воинские части и отделы милиции, на улицах города несколько часов продолжались ожесточенные бои. И начавшееся через три дня террористическое наступление было вполне логичным продолжением этой грозненской вылазки - своего рода о