Неглубокая глубинка

Алексей Володин

В осенних кинопремьерах отечественные режиссеры пытаются разглядеть провинциальную жизнь с московских холмов

Этой осенью в кинопрокате один за другим появляются отечественные фильмы о любви, провинциальной жизни и их взаимосвязи. Еще несколько лет назад экраны полнились отборной чернухой, в которой члены Союза кинематографистов открывали зажравшейся столице умирающую глубинку. Сама возможность возникновения на этом фоне мотива романтического переживания или веселого прелюбодеяния отрицалась по умолчанию, на структурном уровне.

Нынешние две новинки, к счастью, совсем из другого теста: "Я люблю тебя" многоопытных Ольги Столповской и Дмитрия Троицкого передает в ноябрьском прокате эстафету "Марсу" дебютантки Анны Меликян. С формальной точки зрения такая преемственность выглядит забавно: широко известные в узких кругах фирменные производители неразбавленного параллельного кино вручают палочку вчерашней выпускнице вгиковского курса Соловьева-Рубинчика, все еще находящейся под сильным влиянием своих мастеров. Тем не менее и у нее, и у режиссерского тандема любое вторжение провинции в столичный распорядок жизни подается как дурное или блаженное, но - сновидение, а точкой отсчета все равно служит парадоксальная и многоликая столичная жизнь.

В "Марсе" Меликян осуществляет свою творческую мечту - снять Гошу Куценко без пушки на боку и брани на устах, страдающим и дезориентированным. Его герой - боксер с подпольного ринга. Спасаясь от тоски столичной жизни, он устраивает себе однодневную одиссею в маленький городок, где все получают зарплату товаром, производимым на единственном выжившем местном предприятии - фабрике мягких игрушек. Слонами, мартышками, лосями местные жители стучат в окна проезжающих поездов, пытаются всучить их любому, кто на свою беду выйдет из вагона покурить. Оставшись без обратного билета, боксер Борис вынужденно знакомится с обитателями этого места - добродушным блаженным Гришей (Артур Смольянинов), сметливым ребенком Надей (Надя Каменькович) и прекрасной библиотекаршей Гретой (Нана Кикнадзе). В этом городе, слегка напоминающем своего собрата из перестроечной антиутопии "Город Зеро", все немного не в себе: жена местного гинеколога, расставшаяся с рассудком от ревности к пациенткам, буфетчицы, местные красавицы на выданье. Битый жизнью и соперниками герой Куценко за один день, который он воспринимает как самый необыкновенный в своей жизни, успевает наделать дел: потерять и отыскать деньги, понравиться одним и рассердить других, а также встроиться в треугольник несчастной любви. Столица в виде карлика-мафиозо на джипе отыскивает его в этом захолустном Эдеме - праздники прошли, боец, тебя догнали будни.

У Столповской с Троицким, наоборот, провинция атакует столицу, вклинивается в столичный уклад. У молодого копирайтера Тимофея наступает пора перемен - одновременно с нечаянно возникшим романом с телеведущей в его жизнь вторгается еще одно чувство - к случайно сбитому им на трассе юноше-калмыку, симпатичному гастарбайтеру, от рождения наделенному чистой, почти первобытной гомосексуальностью, не замутненной соответствующими этой ориентации субкультурными проявлениями. После нашествия родственников из Элисты и сопутствующих их появлению драматичных приключений возникает нестандартный любовный треугольник, разрешающий свои внутренние противоречия в диковатом, но высокодуховном menage a troi. Столичная толерантность в бою против корневой патриархальности одерживает совершенно спекулятивную, абсолютно невозможную в реальной жизни победу.

Два одинаково фантасмагоричных фильма абсолютно противоположны по методу: Меликян заставляет задушенного Москвой героя открыть для себя простор провинциальной жизни и чистую красоту ее людей, Столповская с Троицким сужают пространство столкновения двух миров до роскошной квартиры столичного рохли-копирайтера. У обеих картин в меру печальные финалы - Грета в "Марсе" кончает с собой, калмыка Улюмчи забривают в армию, - но совершенно разные прокатные судьбы. "Я люблю тебя" - история победы гламурно-телевизионной политкорректности над тьмой полового неведения - съездило в качестве посланца русского кино на Берлинале-2004; у нас фильм прокатывался всего лишь месяц в одном-единственном столичном кинотеатре. Истории о приключениях Куценко в городе Марксе, в названии которого на вокзале уже много лет не горит одна буква, после тихой премьеры на "Киношоке" уготована долгая и счастливая прокатная жизнь по всей стране еще минимум на три месяца - именно на столько выдано прокатное удостоверение. Провинциальный зритель - подобно марсовской Грете, которой вместо Хэмфри Богарта в "Касабланке" (которую она смотрит в местном кинотеатре) видится любимый ею недотепа-боксер, - с удовольствием захочет примерить на себя историю о необыкновенном городе игрушек с красивым обобщенно-трагическим финалом. А вот идентифицироваться со степным дикарем, соблазняющим столицу, и уж тем более разбираться в фрейдистско-культурологических аспектах этой заковыристой метафоры - это ему будет вряд ли по нраву. Хотя, по большому счету, оба фильма - не более чем сказки на ночь, снятые столичными режиссерами для столичных же зрителей.

Статьи на тему: «Синематография»