Третья огибающая

Тема недели
«Эксперт» №44 (444) 22 ноября 2004
Новое российское образование будет либеральнее и рыночнее прежнего. Сохранит ли оно при этом свою глубину и интеллектуальность - такой вопрос мало кто сегодня себе задает

Девятого декабря на заседании правительства РФ будут рассмотрены приоритетные направления развития образования. Сама дата - 9 декабря 2004 года - знаковая, в этот день исполнится ровно девять месяцев с момента создания Министерства образования и науки и назначения министром Андрея Фурсенко. По истечении этого естественного срока министерство и доложит свою выношенную позицию о том, как оно собирается преобразовать образование в России.

Всю осень бурлили дискуссии по поводу предстоящих перемен. Инициатором этих баталий выступало министерство, привлекая к обсуждению широкие экспертные круги. Острые споры, резкие высказывания, противостояние различных группировок - пожалуй, такого накала страстей не наблюдалось с конца 80-х. Но, увы, только в экспертных кругах. В отличие от полемики пятнадцатилетней давности серьезной общественной коммуникации не было. Телевизионный экран к теме остался равнодушен. Возможно, это отражает присущую нашему времени изолированность реформаторов от реформируемых.

Немного истории

В конце 80-х годов наша система образования сначала слегка пошатнулась, лишившись внешнего контура своего существования - обеспечения плановой экономики и мегапроектов типа космического, а затем впала в период разброда в поисках как осмысленности, так и зачастую просто возможности выжить. Не стоит переоценивать роль недофинансирования 90-х годов: в то время в образование перестали поступать и интеллектуальные ресурсы, и кадровые, и организационные. Все вместе - резкое падение ресурсообеспечения вкупе с исчезновением внешнего заказа - привело к отставанию образования от других социально-экономических институтов страны лет на десять-пятнадцать.

Значимость же самого института образования переоценить трудно - это общественная машина, через которую проходит все население страны в течение как минимум десятилетия. И то, какие установки, какие программы, какие компетентности и квалификации будут освоены людьми в это время, во многом и определяет судьбу обществ и государств. Недаром в развитых странах образование является обязательной частью геополитических и геоэкономических государственных доктрин.

В этом смысле волна демократических преобразований, прошедшая в конце 80-х - начале 90-х годов, была вполне глобальной по замыслу и по последствиям. Ее апогеем стал принятый в 1992 году Закон об образовании, который заслуженно считается одним из самых либеральных в мире. Он дал право на существование разных форм учебных заведений, и в результате появились колледжи, гимназии, лицеи, учебно-научно-производственные комплексы и проч.; появилось множество разных учебников и учебных программ; возник экстернат; появились новые типы учредителей и негосударственные образовательные учреждения, чаще называемые частными. Появилась возможность самостоятельно зарабатывать деньги, реинвестируя прибыль в учебную деятельность.

В конце 90-х началось экономическое реформирование отрасли, которое еще не закончено. В целях финансовой рационализации образования начал прорабатыватьс

Внешние вызовы:

  • мощная динамика развития мирового рынка образовательных услуг;
  • необходимость сохранения российской идентичности, целостности страны и государства;
  • мировой системный кризис индустриального общества, обессмысливший индустриальную парадигму образования;
  • необходимость удержания управленческого баланса между разными субъектами образовательной политики (государство, бизнес, общество).

Внутренние проблемы:

  • отсутствие институтов, связывающих развитие человеческого капитала с ростом благосостояния граждан страны, с развитием общества и государства;
  • растущий разрыв между образованием (содержанием, технологиями, инфраструктурой) и потребностями новой экономики;
  • несоответствие системы управления образованием многообразию форм образовательной деятельности, сложившихся в результате демократических реформ.