Футбол на поле предков

Всеволод Бродский

На российских экранах появился фильм Алексея Германа-младшего "Гарпастум", участвовавший в основном конкурсе последнего Венецианского кинофестиваля, где никаких призов не получил, хоть и выглядел ничуть не хуже большинства конкурентов. По некоторым сведениям, он даже всерьез рассматривался в качестве претендента на "Золотого льва" - не хватило лишь нескольких голосов.

"Гарпастум" выпущен в так называемый ограниченный прокат, то есть малым количеством копий и в малом количестве кинотеатров. Это уже второй фильм сына великого режиссера. Первый, "Последний поезд", тоже засветился в Венеции (в прошлом году, в дополнительном конкурсе) и тоже в России особо не прогремел, разве что дал повод поговорить о проблемах наследственности в российском кинематографе.

Если бы какой-нибудь советский любитель кино чудом перенесся из 70-х годов в нынешнее время, общий культурный шок ему изрядно бы смягчила киноафиша. В самом деле, имена здесь практически те же - Бондарчук, Кончаловский, Тодоровский, Евстигнеев, Янковский, Хржановский, Герман. Преемственность совершенно поразительная, нигде более в мировом кинематографе не зафиксированная; казалось бы, можно радоваться подобной родственной, прямой связи старой и новой киношкол. На деле же скорее получается механизм, очень наглядно демонстрирующий четкую грань, которая отделяет старый советский кинематограф от нынешнего российского.

В обоих своих фильмах Герман-младший, казалось бы, весьма активно использует отцовский киноязык: блеклую, монохромную картинку, суматошное мельтешение в кадре людей и предметов, странную разноголосицу, состоящую из малопонятных фраз, будто бы случайно затесавшихся в звуковую дорожку фильма. У Германа-старшего, однако, в этом сумбуре кроется удивительная мощь: хаотически разбросанные детали с помощью какого-то невидимого магнита соединяются в совершенный механизм, который, конечно, долго приходится отлаживать - не случайно Герман-старший отличается невероятно продолжительной работой над каждым фильмом. Последний его проект "Трудно быть богом" делается уже пять лет, и до сих пор конца-краю ему не видно. Герман-младший придерживается более современных графиков - в год по фильму.

Продюсер и сценарист "Гарпастума" Александр Вайнштейн - большой любитель мюзиклов и футбола. Собственно, и фильм, условно говоря, посвящен футболу (garpastum - название какой-то загадочной античной игры в мяч) поры его появления на российских полях. Два брата-студента слоняются по питерским улицам, вступая в футбольные поединки со всеми желающими: гимназистами, семинаристами, работягами, обычными уличными гопниками. Вокруг рушится империя, идет Первая мировая, потом революция, Гражданская война. Аутичные братья демонстративно не обращают внимания на исторические катастрофы, тщетно пытаясь осуществить грандиозную мечту - оборудовать собственное футбольное поле, на котором можно безнаказанно бегать с мячиком в свое удовольствие. Действительность проплывает мимо бледной тенью - студенты забредают в декадентские салоны, где мелькают, как зритель выясняет впоследствии из титров, Ахматова, Мандельштам, Ходасевич и так далее. Периодически в самых неожиданных местах с героями пытается побеседовать Блок, играть которого, похоже, шутки ради, позвали Гошу Куценко. Один из братьев крутит роман с декадентской дамочкой, другой, насколько можно понять, с сестрой Гаврилы Принципа; так что с эпохой их связывает разве что случайная эротика. Остальной окружающий мир тонет в вязком желтоватом мареве, в котором по большей части видны лишь бегающие ноги и прыгающий по кочкам кожаный мяч.

Даже самый невнятный, сумбурный фильм Германа-старшего "Хрусталев, машину!" на самом деле монолитен: из страннейшего набора историй про генерала-врача и его двойника, про испорченные подштанники полумертвого Сталина, про изнасилование в тюремной перевозке получился очень цельный и впечатляющий портрет времени. По примеру отца Герман-младший случайным образом монтирует эпизоды фильма, смутно надеясь, что они как-нибудь сами соберутся в единую кучку. Сами по себе не собираются. Склеивает их - хоть и несколько искусственно - только единообразная цветовая гамма и общий нехитрый, современный и плоский замысел: эпоху куда лучше характеризует частное пространство человеческой жизни, чем публичное. Футбол, которым младший Герман два часа мучает зрителя, лишь метафора; чтобы ее высказать, вовсе не обязательно было красить пленку в желтый цвет.

Похоже, нынешние российские режиссеры воплощают заветы отцов исключительно формально, мимикрируя под старую киношколу и используя ее в качестве винтажной шкатулки, в которую можно вложить подходящее под нынешний фестивальный формат содержание.

Статьи на тему: «Синематография»