Пора строить Кремль

• Александр Ивантер
• Андрей Виньков

Более шести лет назад Владимир Путин назначил петербуржца Владимира Кожина управляющим делами президента. На этом посту Кожин сменил небезызвестного Павла Бородина, деятельностью которого до сих пор обеспокоена швейцарская прокуратура. Скандал с "кремлевской позолотой" тянется шлейфом за бывшим управляющим. Вступив в должность, Владимир Кожин сознательно занялся практическими вопросами, дистанцируясь от всего, что делал его предшественник. Он реже стал общаться с журналистами, поставил задачу разобраться с огромным хозяйством управления. И ему это, похоже, удалось. Сейчас Кожину подчиняются десятки тысяч людей, в его распоряжении находится собственность, цену которой затруднятся определить даже самые серьезные специалисты. Но "Эксперту" удалось узнать -- из первых рук -- некоторые подробности реструктуризации УДП России.

Неоценимая ценность

-- Что вам удалось сделать на посту управделами президента? В каком состоянии вы приняли это хозяйство, что получилось сдвинуть, а что -- нет?

-- С чем столкнулись, не хочу вспоминать. Можете посмотреть мои старые интервью. Ситуация была, наверное, всем достаточно понятная. Много времени ушло на то, чтобы построить новую модель управления. Она сегодня пока не идеальна. Мы освободились от десятков и сотен всяких фирм, организаций, от всяких прилипал, которые пользовались именем президента России, -- от Камчатки до Мурманска.

Внутри структура абсолютно не соответствовала выполняемой задаче. Поэтому была проведена очень серьезная реорганизация, модернизация и реструктуризация медицинского и транспортного комплексов. Так, к примеру, по части транспорта: в управлении было несколько маленьких гаражей, автобаз с десятками моделей машин, с разными системами обслуживания, эксплуатации, заправки. Мутная обстановка.

Сегодня мы постарались в целом создать прозрачную, эффективную и целостную систему. У кого мы покупаем, что мы покупаем, как мы обслуживаем, куда мы завтра пойдем -- все это сейчас прогнозируемо.

-- Из чего же сегодня состоит ваше хозяйство? Как эта собственность структурирована?

-- Из чего состоит? Ну во-первых, это комплексы зданий, в которых располагаются все высшие органы законодательной и исполнительной власти Российской Федерации, -- Московский Кремль, Белый Дом, здания Федерального собрания, Счетной палаты, судов (Конституционного, Верховного, Арбитражного), комплекс Старой площади, администрации президента и ряд других комплексов в Москве и по всей стране, которые так или иначе связаны с деятельностью высших органов власти. В регионах, к примеру, это те здания, где располагаются полпреды российского президента. Кроме того, сюда же относятся такие сооружения, как, например, Дворец конгрессов под Санкт-Петербургом, в Стрельне.

Во-вторых, в ведении нашего управления медицинские учреждения в Москве и других городах (например, в Кисловодске и Сочи).

Кроме того, мы контролируем деятельность транспортной инфраструктуры, обслуживающей органы власти, -- автотранспорт, авиакомплекс в виде спецотряда, речные средства передвижения и так далее.

И последний наш комплекс имущества -- это заграничная собственность, которую мы делим сегодня с Министерством иностранных дел. Посольства, торгпредства и здания, которые используются непосредственно для исполнения наших дипломатических функций, находятся в ведении МИДа. Та же часть зарубежной недвижимости, которая не используется для этого, -- в ведении нашего управления.

-- Что же получается, основной ваш актив -- это недвижимость, а как же, например, авиакомпания "Россия"?

-- Авиакомпания "Россия" теперь не в нашем ведении. В течение последних полутора лет шла ее реорганизация. Сегодня мы находимся на завершающем этапе: эта авиакомпания как юрлицо передана Министерству транспорта, из нее выделен спецотряд, который юридически оформлен в качестве подразделения нашего управления. Оставшаяся часть "России" сейчас сливается с авиакомпанией "Пулково". Благодаря чему, я надеюсь, в этом году появится новая крупная российская авиатранспортная компания.

-- А какова рыночная стоимость всего имущества, находящегося на балансе управделами?

-- У нас есть оценка балансовой стоимости с точностью до рубля. Но рыночную стоимость мы не подсчитывали и не собираемся этого делать. Это дорого и не нужно. Знание рыночной цены необходимо для того, чтобы оперировать активами на рынке недвижимости. Но мы таких операций проводить не собираемся. Оценки балансовой стоимости нам достаточно, чтобы вести учет имущества, платить налоги и так далее.

Профиль-непрофиль

-- Но какие-то отдельные непрофильные активы, от которых управделами будет избавляться, вы, наверное, все-таки должны оценивать в рынке?

-- Мы действительно избавляемся от кучи лишнего, но не от недвижимости, а только от конкретных предприятий и организаций, которые считаем непрофильными. Недвижимость -- это всегда самое ликвидное и дорогое, и этим надо распоряжаться очень бережно.

Абсолютно непрофильных объектов недвижимости у нас нет -- все они профильные. Другое дело, что меняется жизнь, и меняются профили деятельности. Была одна система обеспечения высших органов власти, скажем, продуктами питания при советском власти, и тогда в рамках управления делами бывшего ЦК КПСС существовал огромный агропромышленный комплекс. Сегодня тот огромный агрокомплекс нам не нужен. Сейчас идет его реорганизация, но не путем избавления от него, а путем переориентации на другие направления деятельности, более востребованные.

-- А вот на вашем сайте управделами указано, что в вашей собственности есть в том числе и мебельная фабрика, и фабрика народных ремесел. Зачем вам все это?

-- Что касается мебельной фабрики, то сейчас мы ее перепрофилируем. Мощности выводим из центра столицы. Оставшиеся пока продолжаем сохранять, потому что это необходимо, чтобы иногда можно было изготовить что-то нестандартное.

Что касается так называемого центра "Русские ремесла" -- вы, вероятно, его имели в виду, -- то предприятие это находится в Ярославле. Оно занимается уникальными вещами, делает редкие украшения и прочее. Мы размещаем на нем заказы на изготовление государственных наград.

На ремонт и то не хватает

-- Если позволите, хотелось бы поговорить о принципах бюджетирования. Есть ли у вас какие-то стимулы экономить?

-- У нас бюджет складывается из двух составляющих. Основная часть -- государственное финансирование. Она готовится нами и защищается в Думе. Эти деньги мы стараемся тратить рачительно, но они фиксированы по предмету и по расходам. Что это означает? Вот есть, к примеру, статья по обеспечению всех наших комплексов средствами на коммунальные траты -- значит, только на это мы соответствующие деньги и сможем израсходовать. Расходы по всем статьям бюджетной квалификации персонифицированы -- мы не можем с одной статьи, если у нас там что-то осталось, перебросить на другую -- это сложный процесс, практически неосуществимый. По каждой статье мы отчитываемся перед Министерством финансов, перед Счетной палатой, которая нас постоянно проверяет.

Вторая часть поступлений -- это внебюджетные средства, которые зарабатывают наши подведомственные организации и предприятия. Как правило, они находятся в пределах самоокупаемости. Скажем, дачные комплексы сегодня из бюджета практически не финансируются. Они себя содержат лишь за счет коммерческой деятельности, а кроме того, за счет этой деятельности фактически дотируются путевки на проживание госслужащих. То же самое касается отдельных министерских учреждений -- санаториев, пансионатов и так далее.

Какими бы ни были доходы, всегда, знаете ли, денег мало. Огромный комплекс зданий и сооружений требует колоссальных средств. Многие, как бы помпезно ни выглядели, очень давно не ремонтировались и не обновлялись. Тот же комплекс на Старой площади, где мы с вами сидим, никогда не знал капитального ремонта. А 14-й корпус Кремля, где сосредоточены все основные службы администрации президента, вообще никогда не реконструировался и не ремонтировался с тех пор, как был построен.

-- Выходит, что пока приоритетом для УДП является ремонт и обновление недвижимости?

-- Не совсем. Кроме ремонта недвижимости мы, например, начинаем программу обновления авиапарка. Уже заказали Ту-214. Кроме того, готовимся к подписанию контрактов по заказу самолетов серии Ту-204-300 -- это современные среднемагистральные самолеты. В дальнейшем предполагаем заказывать несколько региональных самолетов RRJ. Планируем заказывать примерно по два самолета каждого типа. Может быть, и больше.

Скоро мы развернем и первое за многие годы масштабное строительство. Будем строить Парламентский центр в районе Красной Пресни.

"На чем тут можно экономить?"

-- А кто вас контролирует? Дают ли проверяющие вам какие-то рекомендации касательно того, как повысить эффективность вашей деятельности?

-- Во-первых, мы заставляем наши предприятия в обязательном порядке проходить аудит -- без этого годовой баланс принят не будет. Проходят проверки Счетной палаты, отдельные направления работы проверяет контрольное управление администрации президента, Министерство финансов по своей линии. Безусловно, возникают и вопросы, и замечания со стороны этих органов. Мы принимаем это не просто к сведению, а к исполнению. Но рекомендации направлены в первую очередь не на поиски, где можно чего-то сэкономить, а на то, чтобы этот бюджет был прозрачным, четким и самодостаточным.

У нас не стоит задача кругом экономить. Самое главное, чтобы бюджет исполнялся целенаправленно, чтобы не было перерасхода, чтобы деньги, выделяемые на одно, не направлялись на другое.

-- Так что же получается -- у вас особо-то и стимулов экономить нет?

-- Нет, к сожалению, пока ничего подобного нет. Конечно же, всегда есть необходимость поиска более эффективных и рациональных схем использования в том числе и бюджетных средств, и этим мы занимаемся постоянно. Но это не самоцель. Мы стараемся хотя бы бюджет представить достоверным. Если нам на статью "медицинское обеспечение сотрудника высшего органа власти" необходимо столько-то, мы докажем, что нужно именно столько. Если на этом экономить, значит, медицинские услуги кому-то будут не оказаны или оказаны плохо. То же самое, я уже говорил, очень крупная статья сегодня -- пресловутая коммунальная реформа, коммунальные расходы. Она абсолютно фиксирована, подсчитано, сколько необходимо, чтобы весь этот огромный комплекс жил, отапливался, освещался. На чем тут можно экономить? Выключить, что ли?

-- Лампочки поставить энергосберегающие, например...

-- Это, безусловно, делается. Но по сути это -- латание дыр. От замены лампочек хоть и будет экономия, но не та. Вот если, скажем, провести масштабную реконструкцию 14-го корпуса Кремля, которую мы запланировали, где будут предусмотрены все современные, в первую очередь энергосберегающие, технологии, то это даст более серьезный экономический эффект, чем просто смена лампочек.

Незалежная опять вредничает

-- Долгое время ходили упорные слухи о том, что якобы что-то из зарубежных активов бывшего Советского Союза пропало. Это действительно так?

-- Все, что было у Советского Союза за рубежом в виде имущественных комплексов, на сегодняшний день сохранено на сто процентов. Другой вопрос, в каком состоянии сохранено. Это -- проблема. Начиная с того, что мы сегодня не можем оперировать этой недвижимостью в полном соответствии с буквой закона из-за позиции наших соседей -- украинцев. Они заняли абсолютно неконструктивную позицию в этом вопросе и препятствуют перерегистрации на Россию имущества в виде недвижимости за рубежом, что создает нам огромные политические и экономические проблемы.

В каких-то государствах власти пошли нам навстречу и провели перерегистрацию имущества на Российскую Федерацию, а где-то до сих пор все остается в подвешенном состоянии: Советского Союза нет, а имущество числится на нем.

-- А как же нулевой вариант, когда все долги Советского Союза перерегистрировали на Россию?

-- Да, вот так... Россия платит все долги всего бывшего Советского Союза, как это было записано во многих соглашениях, но и все зарубежное имущество СССР ей отходит. Все страны бывшего СССР с этим согласились, подписали и признали. Только украинская сторона то сначала признала все эти договоренности, то потом не признала, потом опять признала, потом снова отказалась признавать. Сейчас она занимает такую позицию: вы, россияне, долги платите, а вот имущества и нам дайте немножко.

-- Вы заговорили о нынешнем состоянии советского зарубежного имущества...

-- То, чем располагал Советский Союз, действительно было огромным имуществом, разбросанным по всему миру. И сегодня оно в таком количестве для выполнения дипломатических, политических и экономических функций не требуется. Много имущества стало высвобождаться, и, соответственно, его перестали финансировать. Оно стало разрушаться. Сегодня мы имеем большие проблемы с его содержанием. Особенно в странах бывшего соцлагеря.

-- Чем из этой недвижимости управляете вы, а чем -- МИД?

-- Мы "рулим" тем, что стало избыточным для дипломатов. У Советского Союза было огромное количество различных представительств, почти у всех: у рыбаков, у пограничников, у колхозников, у профсоюзов, у журналистов. Вот все это мы сейчас собрали и всем этим сегодня управляем.

-- Почему бы это не продать, это же такая головная боль?

-- Вы знаете, этот вопрос неоднократно ставился. Позиция очень простая: продать проще всего. Недвижимость всегда есть, была и будет в цене, поэтому продать-то можно, а вот купить потом за ту же цену не купите, в лучшем случае приобретете в десять раз дороже. Нам видится, что лучше было бы сдать это имущество в аренду, чтобы потом, когда появятся интересы у государства в каком-то направлении, у него было где разместить свое представительство.

-- И сколько у нас этой недвижимости в квадратных метрах?

-- Это не военная тайна. Мы провели за последние три года полную инвентаризацию. Сегодня мы владеем информацией по каждой стране, по каждому квадратному метру. Всего у нас 965 объектов недвижимости в 75 странах. Из них 764 здания и сооружения общей площадью более 677 тысяч квадратных метров и 201 земельный участок площадью более 80 гектаров.