Ловушка для партии власти

• Евгений Иванов
• Иванов Евгений

Не так давно "Ведомости" опубликовали результаты исследования двух израильских экономистов, сопроводив статью оптимистичным заголовком: "Избирателя не купишь. Это теперь экономически доказано". Согласно исследованию, наращивание бюджетных расходов политиками не гарантирует им ответной поддержки со стороны избирателей.

К сожалению, трудно согласиться со столь категоричным выводом. И не только потому, что, например, исследования экспертов МВФ и Мирового банка говорят об обратном, сколько по той причине, что в России практика "бюджетного подкупа" избирателей прекрасно работает и приносит весомые политические дивиденды. Прекрасное подтверждение этого -- результаты последних парламентских и президентских выборов. Расчеты показывают очень высокую корреляционную зависимость: уровень поддержки правящей партии в регионах страны тем выше, чем выше доля федеральных средств в их бюджетах (см. график).

Когда я говорю "к сожалению", я сетую на то, что если бы выводы израильских ученых были релевантны для России, то оставалась бы надежда на слом неуклонной тенденции к все большему полевению российского правящего класса. Но растущая зависимость уровня электоральной поддержки парламентского большинства от дальнейшего наращивания бюджетных расходов (о чем свидетельствуют данные по выборам в региональные законодательные собрания последних двух лет) не дает оснований для подобных прогнозов. В следующей Думе "Единая Россия" вполне естественным образом может оформиться как левая партия.

Этому будет способствовать и избирательная реформа, заменившая смешанную систему выборов парламента на сугубо пропорциональную. Ведь "экономически доказано", что страны с немажоритарной системой выборов тратят больше государственных средств, а правительства, даже возглавляемые правыми, склонны проводить левую бюджетно-фискальную политику. Об этом свидетельствуют результаты более десятка статистических исследований, выполненных такими учеными, как Милеси-Феррети, Перотти, Ростанго, Ла Ферарра, Алесина, Перссон, Табеллини, Эстерли, Бакир, Глейсер и другие.

Объясняется данный феномен тем, что универсальная политическая практика "расплаты" за электоральную поддержку увеличением бюджетных расходов реализуется по-разному в государствах с мажоритарной и пропорциональной системой выборов. В первом случае это происходит в основном в форме локальных программ финансирования конкретных избирательных округов, что накладывает определенные ограничения на размер субсидий. Во втором -- через формирование общегосударственных программ или общенациональных проектов (так называемые pork barell programs), что, соответственно, ведет к значительному росту общего масштаба бюджетных расходов. Это как ставить забор на даче, не прибегая к помощи чернорабочих, а арендуя для этого свайную машину. Результат один, а затраты несопоставимы.

Таким образом, с точки зрения бюджетной дисциплины следующая -- "пропорциональная" -- Государственная дума будет еще более склонна к эгалитарно-распределительным решениям, чем нынешняя.

Но и это еще не все. Расчеты показывают, что уровень электоральной поддержки правящей партии в регионах растет не только пропорционально объему федеральных трансфертов, но и по мере увеличения доли государственного сектора в их экономике. Зная это, нетрудно сделать ряд выводов. Отмечу лишь три.

Во-первых, объяснение ныне идущего процесса возвращения в государственную собственность крупных российских компаний происками "плохих парней" в Кремле слишком поверхностно. В основе этой тенденции лежат более сложные макросоциальные процессы, чем просто банальное желание отдельных лиц "порулить и заработать". В частности, согласно данным социологов, постоянно растет доля населения, не желающего работать в частном секторе, а мечтающего видеть в качестве работодателя государство (тут, впрочем, надо заметить, что растет и число тех, кто хотел бы заниматься собственным бизнесом). Весьма заметную часть этой доли составляет молодежь не старше 30 лет. Добавьте к этому тех, кто работает на частных предприятиях, бизнес которых прямо или косвенно зависит от бюджетного и/или административного ресурса (а таких все больше), и вы поймете, что доля "этатистского электората" составляет около половины россиян.

Во-вторых, нынешние политменеджеры предпочитают идти на поводу настроений таких избирателей, вместо того чтобы эти настроения формировать.

Парламент, сформированный по партийным спискам, объективно будет более левым, чем избранный по мажоритарным округам

В-третьих, при очевидном банкротстве "старых" правых "соседями" левеющей ЕР в следующем парламенте окажутся неизбежно такие же левые, хотя и "оппозиционные" партии. Это означает, что та часть российского электората, которая экономически независима от государства и, по сути, является так называемым средним классом, может оказаться без представительства в парламенте. Стоить отметить, что именно такие "независимые, но безголосые" становились движущей силой большинства цветных революций на постсоветском пространстве. Будучи по своему мировоззрению консерваторами в западном понимании данного термина (приверженность либеральным идеям в экономике и национал-традиционалистским взглядам в политике и государственном строительстве), представители среднего класса отвергают как "рыночный социализм" бывших первых секретарей, так и "либеральный космополитизм" бывших диссидентов.

В этих условиях судьба правоконсервативного направления "Единой России" перестает быть уделом отдельных представителей правящей партии, а является заботой всех сторонников негосударственной модели экономической модернизации страны, независимо от их партийной принадлежности и отношения к действующей власти. При этом любые разговоры о "новом партийном проекте" -- очевидная маниловщина. Хотя бы потому, что до парламентских выборов осталось неполных два года.

Архитекторам (публичным и теневым) нынешней партийной системы страны необходимо взглянуть в лицо реальности и перестать обманывать самих себя. Страна не готова к переходу на принципы "партийного" правительства, о чем буквально на днях публично сказал и глава государства. Соответственно, бюджет и экономическая политика страны должны оставаться в исключительной компетенции исполнительной власти. Правящей же партии необходимо заняться созданием организационных условий для реальной, а не формальной внутрипартийной демократии, действительной конкуренции идей и лидеров. Это и есть главный национальный проект для тех, кто претендует на политическое лидерство. Занимаясь перераспределением государственных ресурсов в выборных целях, правящая партия посадит себя на "бюджетную иглу", ставя под угрозу не только собственное будущее, но и судьбу российского государства в целом. Тем более что в условиях свободного общества и открытых границ темпы роста социальных ожиданий (и без того высоких) будут всегда опережать динамику роста нефтяных цен. А это значит, что практика "бюджет в обмен на голос" исчерпает ресурсную базу российской казны достаточно быстро. Возможно, при нынешнем поколении политиков.

Вышесказанное в полной мере относится и к так называемым оппозиционным парламентским партиям. Преследуя цель стать парламентским большинством, они должны понимать, что в случае достижения этой цели они окажутся перед той же альтернативой: быть политическим фундаментом государства или поддаться искушению стать его нахлебником.

От того, какой выбор сделают российские партии, будет зависеть судьба не только либерально-консервативного проекта, но и всей партийно-политической системы страны.