Жестяной киноман

• Всеволод Бродский

Вот уже полтора с лишним года в России происходит невиданный кинобум. Продюсеры в поисках режиссеров и сценаристов под микроскопом изучают российское народонаселение, запуская в производство все проекты, у которых есть хотя бы минимальный коммерческий потенциал. Снимать нынче можно практически все, что хочется. Что же хочется снимать российским режиссерам? Российским режиссерам хочется снимать Гошу Куценко, спецназовцев-автоматчиков, поля с лошадками и взрывающиеся автомобили. В прокат вышел фильм "Жесть", создатели которого -- режиссер-клипмейкер Денис Нейманд и продюсер Юсуп Бахшиев -- попытались из этого оригинального кинематографического конструктора собрать первый полноценный отечественный триллер.

Собственно говоря, "Жесть" -- это два фильма, неявно совмещенных в один. Один из них крепко сколочен, даже отчасти осмыслен и с идейной стороны несколько напоминает "Бартона Финка" братьев Коэн: интересующаяся жизнью простых людей творческая личность (у Коэнов -- драматург, в "Жести" -- девушка-корреспондент "Комсомольской правды") очень хочет вплотную познакомиться с этими самыми простыми людьми, узнать их простые радости и заботы. Попытка подобного опрощения приводит к погружению в натуральный, вовсе не метафорический ад, в котором обитают относительно человекообразные маньяки, пахнет серой и полыхают инфернальные костры. У Коэнов ад располагается в голливудской гостинице, у Нейманда -- на территории заброшенного ввиду прихода дикого капитализма садово-огородного товарищества: здесь прячется сбежавший из дурдома опасный псих-убийца, обитает целая свора мелких деклассированных демонов, пускающих на запчасти уворованные машины, а также на черном коне, в сопровождении черной собаки, с черной тряпкой на лице разъезжает таинственный всадник по кличке Терминатор.

Из всего этого вполне мог бы выйти симпатичный, хоть и несколько излишне символичный гротеск; однако, к сожалению, в "Жести" присутствует и второй фильм. Его действие начинается с демонстрации голой задницы Гоши Куценко; продолжается открыточными видами идиллического Русского Поля с Лошадью, в следующем же кадре совмещенного с крымскими горами, невесть как заведшимися в Подмосковье; затем нас ждет много пиротехники и автомашин в различных ракурсах -- некоторые из них падают с неба, другие долго, очень долго, дольше, чем вы могли бы подумать, гоняются друг за другом по южному серпантину, плавно переходящему в Садовое. Камера привычным образом болеет болезнью Паркинсона и в диалогах резиновым мячиком прыгает от одного крупного плана к другому; актеры явно сами удивляются, что за реплики им приходится произносить.

Абсурд, задуманный как средство художественной выразительности, похоже, обрел собственную жизнь и поселился в голове у создателей фильма "Жесть". А все оттого, что им не хочется снимать никаких гротесков -- им хочется снимать, как и было сказано выше, актера Гошу Куценко, лошадей и автомобильные погони. Единственное, чем обогатил национальную культуру фильм "Жесть" -- образом безумного садового товарищества: это прекрасный символ нынешнего отечественного кино, в котором и впрямь поселились маловменяемые демоны, разбирающие на запчасти понравившиеся им образцы заграничного кинематографа.