Как карта ляжет

Книги
«Эксперт» №13 (507) 3 апреля 2006
Перекройка этнических ареалов и политических границ на Кавказе еще не закончена
Как карта ляжет

"Атлас этнополитической истории Кавказа" -- очень полезная книга. Он просто необходим тем, кто хочет разобраться в причинах войн и межэтнических конфликтов, терзающих регион уже почти двадцать лет. Более того, работа Артура Цуциева позволяет в общих чертах спрогнозировать возможное развитие ситуации на Кавказе.

Книга представляет собой серию из 50 уникальных карт с развернутыми комментариями автора. Следуя друг за другом в хронологическом порядке, карты отражают динамику изменения государственных, политико-административных, этнических и конфессиональных границ в кавказском регионе с конца XVIII века по настоящее время. В комментариях автор не просто описывает содержание карт, но и отслеживает логику и закономерности российского освоения Кавказа. Из наглядных карт и пояснений Цуциева можно извлечь немало важных и чрезвычайно актуальных уроков.

Главный урок -- говорить об "исконных" территориях тех или иных народов на Кавказе можно с очень большой натяжкой. Дело в том, что "национально-административная атрибуция" большей части территорий по обе стороны Кавказского хребта была осуществлена в имперский период. При этом она никогда не совпадала и не могла совпадать со структурой этнического расселения. Для всего кавказского региона характерна сложная этническая чересполосица. До Гражданской войны монолитных Грузии, Азербайджана и Армении просто не существовало. Вместе с тем автор разоблачает устоявшийся миф о том, что сначала имперские, а затем и советские власти произвольно кроили карту. "Динамика внутрикавказских границ определялась различными стратегиями освоения и интеграции региона в составе единого государства", -- пишет автор. На протяжении всей двухсотпятидесятилетней истории освоения региона сначала имперской, а затем советской Россией параллельно сосуществовали две фундаментальные стратегии упрочения позиций на Кавказе.

Первая стратегия заключалась в максимальном вовлечении местных народов и элит (включая русских) в дела российского государства при относительном невмешательстве во внутреннюю, прежде всего культурную, жизнь народов. Вторая стратегия подразумевала выстраивание отношений в регионе на основе главенствующей роли "русского ядра". Доминирование в политике центра второй тенденции всегда вело к углублению противоречий между имперской/советской властью и горцами, и противоречия эти обязательно прорывались наружу. Во многом итогом именно такой политики и стало усиление националистических тенденций на Кавказе в конце XIX -- начале XX века и временная потеря Россией региона в ходе Гражданской войны. Выход же в начале 90-х годов прошлого века закавказских Грузии, Армении и Азербайджана из-под юрисдикции Москвы -- во многом результат недальновидной национальной политики позднего СССР, когда власти ускоренными темпами создавали единый советский народ, что на деле зачастую оборачивалось все той же русификацией.

Другой важный вывод, который можно сделать после прочтения "Атласа": выход Кавказа или его части из общероссийского политического пр