Кумиролюбие

Культура
Москва, 24.04.2006
«Эксперт» №16 (510)
В Москве состоялось вручение премии "Золотая маска", из года в год формирующей отечественное театральное пространство. Тенденция не изменилась -- у нас по-прежнему умеют любить только мэтров

Театральная премия есть в любой стране, в которой присутствует сколько-нибудь интересный театр, но только у нас она стала торговой маркой, брендом, трендом и черт знает чем еще. Кто за пределами Польши знает название польской театральной премии, за пределами Австрии -- австрийской, за пределами Италии -- итальянской? Между тем волшебное словосочетание The Golden Mask обрело международную известность. Это давно уже не просто премия и не просто фестиваль. Это некий символ русского театра постперестроечных лет. Навязчивое свидетельство его жизнеспособности.

Даже сама церемония, проходившая на сей раз в Большом театре и затмившая пышностью все церемонии, виденные мною в жизни, указывала на особый статус мероприятия. Церемонию поставил Дмитрий Бертман, в котором склонность к авангардным сценическим выходкам мирно уживается с любовью к гламуру. Глаз к концу вечера буквально изнемог от созерцания костюмированной массовки и многочисленных плазменных экранов, на одном из которых красовалась эмблема национальной театральной премии. Пафосная красота то и дело оттенялась иронией. Дигитальная Маска у Бертмана заговорила, отчего сразу же оказалась похожа на Уста Истины. Вручанты уже не вскрывали конверты с заветным именем, а вместе с залом узнавали судьбу номинантов от оракула времен цифровых технологий, чей голос казался гласом свыше.

По окончании церемонии я подвозила в гостиницу прекрасного немецкого режиссера Михаэля Тальхаймера, чей спектакль "Эмилия Галотти" получил премию в номинации "Лучший зарубежный спектакль, показанный в России". Тальхаймер трепетно прижимал к груди увесистую бархатную коробку с наградой. "А как вам церемония?" -- допытывался он, то и дело роняя: "It was so bizarre" (это было так причудливо), "It was so interesting" (это было так интересно) и еще несколько раз не нуждающееся в переводе слово "kitsch". Тальхаймера можно понять. Где еще увидишь такие церемонии? Вот совсем недавно в Турине вручали престижнейшую награду "Европа--театру". Скука, признаться, была смертная. На сцене огромный стол президиума. За ним 14 человек. Все произносят речи. Поговорили -- разошлись. Вот вам и праздник. Но в России театр все еще больше, чем театр. Церемония больше, чем церемония. А "Маска" уже научилась говорить сама за себя.

Спектакль для стрекозы

Национальная премия с момента своего возникновения не только осваивала театральное пространство (сначала в поле ее зрения попал драматический театр Москвы, потом драматический театр всей России, потом опера и балет, потом мюзикл и оперетта). Она, что важно, его формировала. Именно с легкой руки "Маски" модерн-данс стал полноправным участником театральных соревнований. Именно "Маска" обратила внимание на то, что есть -- помимо драмы, оперы и того же самого модерн-данса -- нечто, что не является ни тем, ни другим, ни третьим, и назвала это нечто не самым удачным словом "Новация" (уж какие там новации в начале XXI века). В стране, долгое время чуравшейся любого театрального экспериментаторства, как чумы, назв

У партнеров

    «Эксперт»
    №16 (510) 24 апреля 2006
    Валюта
    Содержание:
    Подъем-переворот

    Период роста процентных ставок Федеральной резервной системы США закончился. В ближайший год все ожидают падения доллара и интенсивной ревальвации валют развивающихся стран, в том числе России

    Обзор почты
    Культура
    Реклама