- «Эксперт» №27 (521) /
- 17 июл 2006, 00:00
Рублями, пожалуйста10
На заседании правительства в конце июня были отменены сохранявшиеся ограничения по валютным операциям. Эта мера нацелена на создание условий, необходимых для конвертируемости рубля.
Задача эта давно стоит на повестке дня. И сейчас, когда положительные тенденции в экономике в целом преобладают, действительно можно подумать о конкретных шагах, необходимых для ее реализации.
Путь к валютному олимпу
Очевидно, что реальная конвертируемость — это длительный процесс, связанный не только с внутриэкономической ситуацией, но и с положением страны в мировой экономике, востребованностью ее валюты другими государствами.
Позиции США после Второй мировой войны обусловили и силу их валюты, ее главенствующую роль. Но в последние годы это первенство все больше оспаривается — евро, иена, другие валюты начинают теснить доллар с привычных площадок.
Припоминают доллару и его небезупречную «кредитную историю», приведшую в свое время к краху Бреттон-Вудской системы. Существовавшие до 1971 года механизмы предполагали, в частности, обеспечение долларовой массы соответствующими золотыми резервами, а также обмен долларов на золото. Когда ряд стран, в первую очередь Великобритания и Франция, решили воспользоваться этим правом и предъявили свои долларовые авуары для обмена на золото, США эти требования удовлетворить не смогли, поскольку более 70% долларов не имело золотого обеспечения. Тогда мировая экономика столкнулась с крупномасштабным дефолтом, который заставил отменить золотодевизный стандарт.
Сейчас некоторые страны намереваются перевести биржевую торговлю отдельными товарами, в частности нефтью и золотом, на расчеты в национальной валюте (традиционно они ведутся в долларах). Руководство Банка Китая — страны, от которой многое зависит в мировой торговле, — в конце июня заявило, что «чрезмерную опору на одну валюту в международной торговле, расчетах и резервах необходимо постепенно убирать». По этому пути начинает постепенно двигаться Россия, принимая решение о биржевой торговле в рублях некоторыми традиционно «долларовыми» товарами.
Сложившиеся правила и традиции — вещь очень инертная, особенно в валютной сфере. Поэтому все эти шаги потребуют много времени. Но нужно с чего-то начинать.
Рубль — это не стыдно
Как известно, все расчеты за наш экспорт осуществляются в иностранных валютах. Между тем в практике развитых стран расчеты по их экспорту, как правило, проводятся в валютах национальных. И это вполне логично, ведь экспортер уже понес издержки, связанные с производством своей продукции (зарплата, сырье и т. д.), а потому он гораздо более уязвим к перепадам валютного курса и заинтересован минимизировать свой риск, устанавливая и цены, и платежи в своей валюте.
Еще в 1970-е годы до двух третей экспорта в международной торговле фактурировалось в валюте экспортера, четверть — в валюте импортера, остальное — в валюте третьих стран
Шведский экономист С. Грассман, считающийся классиком в данной проблематике, указывал, что еще в период формирования устойчивых торговых отношений 1970-х годов до двух третей экспорта фактурировалось в валюте экспортера, четверть — в валюте импортера, а остальное — в валюте третьих стран. В более поздний период главенство экспортеров также в целом сохранилось.
Более того, чрезмерная зависимость от одной валюты, будь то доллар или евро, в целом нежелательна. В связи с этим стоит вновь вернуться к рассмотрению предложения об осуществлении расчетов за российский экспорт в рублях. На первом этапе рубль можно было бы использовать в расчетах со странами СНГ, а на более позднем этапе — и с остальным миром.
Каковы возможные последствия?
Во-первых, курсовой риск снимается с экспортеров и переносится на иностранных импортеров. Теперь уже покупатели наших экспортных товаров должны беспокоиться о том, каков будет курс их валюты и рубля, и, соответственно, нести издержки по хеджированию.
Во-вторых, таким образом будет постепенно формироваться мировая практика расчетов в рублях, причем рубль будет все больше рассматриваться как международное средство расчетов (пусть на начальном этапе и в небольших масштабах).
В-третьих, все расчеты в результате будут переводиться в «рублевую зону» — для проведения расчетов иностранным покупателям придется открывать рублевые счета в российской банковской системе, что в целом увеличит ликвидность в российской экономике. Даже в тех случаях, когда речь идет о поручении иностранного импортера своему банку купить рубли, этот иностранный банк будет вынужден открыть корсчет в российском банке-резиденте, куда будут зачислены купленные им рублевые средства. Валютные средства, конвертируемые иностранными покупателями в рубли для закупки нашего экспорта и размещаемые в российской финансовой системе, будут уже работать на российскую экономику.
В-четвертых, эта мера будет способствовать формированию у иностранных центральных банков валютных резервов в рублях, поскольку в случае устойчивых и масштабных расчетов им придется иметь какие-то запасы нашей валюты. Это обеспечит постепенное вхождение рубля в мировую валютную систему, что крайне важно при достижении конвертируемости.
В-пятых, как следствие, возрастет эффективность налогового и иных форм контроля. Все платежи будут осуществляться с рублевых счетов, находящихся в рублевой финансовой системе, и могут, таким образом, легко контролироваться нашими регуляторами. Так, при необходимости можно ввести специальный режим этих счетов, делая более прогнозируемым движение средств. В результате повысится собираемость налогов, поскольку вся доходная база станет гораздо более прозрачной.
В-шестых, для самих экспортеров уменьшатся экстерриториальные риски, связанные с возможностью применения санкций к их финансовым ресурсам (замораживание средств, мораторий по платежам и т. д.), как это может быть в случае хранения средств в иностранных банках. Мы знаем, что подобные санкции в последнее время используются все чаще.
В результате экспортеры будут в большей степени заинтересованы в нынешнем удорожании рубля, поскольку им выгоднее получать платежи в более крепкой валюте.
При этом укажем, что крепкий рубль, среди прочего, является тормозом инфляции, способствует росту доверия к российской валюте и в целом делает ее более привлекательной для сбережений и инвестиций (как это уже было в 2002–2003 гг., когда население и бизнес более широко начинали использоваться укрепляющийся рубль, постепенно уходя от доллара). Однако при этом необходимо расширять рублевые инструменты для инвестирования. Их еще не очень много.
Все это закладывает более прочные основы «рублевой экономики», укрепляет позиции российской национальной валюты и увеличивает возможности для ее более широкого использования, что крайне необходимо при решении масштабных задач, которые стоят перед нашей экономикой.
Что касается международной торговли в рублях, то предсказуемый и устойчивый рубль будет означать и постепенное расширение практики ценообразования в российской валюте. Причем в секторе домашних хозяйств первые признаки рублевых предпочтений уже начинают просматриваться. Так, по данным опросов, проведенных ВЦИОМ, если в июле 2003 года 29% опрошенных считали рубль валютой, в которой безопасно хранить сбережения, то в мае 2006-го в рублях предпочли бы хранить средства 76% опрошенных и 87% хотели бы получать зарплату в рублях.
При сохранении указанных тенденций можно ожидать, что установление цен в рублях будет практиковаться все более широко по таким активам, как недвижимость, автомобили и т. д., постепенно вытесняя доллар и еще больше укрепляя внутренние позиции рубля, что важно и с точки зрения перспектив рубля как валюты цены в международных операциях.
Еще одно последствие носит более системный характер. Следует ожидать постепенного переноса центра тяжести с внешнего финансирования экспортных поставок (и других видов деятельности) на внутреннее, что приведет к постепенному увеличению доли внутренних заимствований (кредитов и т. д.), осуществляемых российскими экспортными компаниями. Как известно, в настоящее время значительная часть кредитов берется российскими экспортерами на внешних рынках в валюте. Затем эти кредиты гасятся по мере осуществления экспортных продаж и поступления валютной выручки. И если экспортная выручка будет в рублях, то для экспортеров это будет означать валютные риски. Чтобы их уменьшить, необходимо будет больший акцент делать на привлечение рублевых ресурсов с внутреннего рынка. Последнее же предполагает, что, во-первых, наш внутренний финансовый рынок должен стать более емким и обеспечить возникающий дополнительный спрос и, во-вторых, что должны в полной мере начать действовать механизмы формирования денежного предложения (в том числе рефинансирования), в первую очередь на основе внутреннего спроса участников рынка.
Более системная задача — формирование некоторых сегментов рынка российских экспортных товаров, где рубль выступал бы в качестве валюты цены
В итоге возникнут дополнительные стимулы для развития финансового рынка и дальнейшего совершенствования инструментов денежно-кредитной политики. Все это будет способствовать укреплению финансового положения страны.
Любая новая система требует понятных стимулов. Почему бы и в нашем случае не рассмотреть механизмы налоговых и иных регулятивных послаблений для тех, кто ее использует, — наподобие более низких нормативов при расчете достаточности капитала в случае работы с национальной валютой, как это делается в некоторых странах?
Риски проекта
Конечно, глобальная экономика и открытость таят в себе немало рисков, поэтому каждый шаг по либерализации нужно тщательно выверять. Видный экономист М. Мусса, который был одним из экономических советников президента США Рейгана, а затем в течение десяти лет занимал пост директора департамента исследований МВФ, указывал: «Высокая открытость к международным движениям капиталов, особенно краткосрочных, может быть опасна для стран, проводящих непоследовательную макроэкономическую политику, а также для недостаточно капитализированных или неадекватно регулируемых финансовых систем». Это тем более актуально, если учесть, что по уровню монетизации (отношение денежной массы к ВВП) российская экономика занимает одно из последних мест в мире (этот показатель составляет менее 30%). В связи с этим нам нужно четко представлять, какие механизмы будут использоваться в случае кризисного развития ситуации, бегства капиталов и т. д.
Понятно, что решение проблемы экспортных расчетов в рублях будет предполагать изменение многих сложившихся правил. Таких, например, как расчеты в долларах за нефть и некоторые другие товары (что выгодно в первую очередь самим Соединенным Штатам). Хотелось бы, однако, оценить, какие есть реальные доводы кроме того, что «так принято», которые действительно делали бы такую практику не подлежащей никаким изменениям.
Более системная задача — формирование некоторых сегментов рынка российских экспортных товаров, где рубль выступал бы в качестве валюты цены. Эта проблема имеет не только «технологический», но и геоэкономический, а также политический аспект. Ее решение зависит и от того, какое место занимает Россия на тех или иных международных рынках или в интеграционных механизмах (например, СНГ, которое могло бы заложить основы указанных процессов), сколь в принципе востребован рубль третьими странами, какова в конечном итоге макроэкономическая ситуация в самой России и чего ожидать в будущем.
В любом случае вопросы, естественно, будут возникать. Но главное — начать профессиональный технический анализ всех положительных и отрицательных последствий, трезво оценить все возможные риски и пути их уменьшения, скоординировать данный шаг с другими мерами экономической политики в их взаимосвязи. Только тогда можно надеяться, что глобальные правила игры дадут нам реальные преимущества и укрепят позиции страны в мире.
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
Ответ на поставленный вопрос прост!
Я люблю наши “законодательные инициативы” за их умение своевременно решать актуальные вопросы современности. Вот как!
Особенно мне понравилось ЭТО в отношении неупоминания их “проклятущего доллАра”. ЭТО особенно замечательно получилось.
После них (а может и параллельно с нашими ребятками) и президент Ирана что-то подобное придумал.
И запретил произносить слово ПИЦЦА!
В фарси ИХ ученые мужи поискали. И нашли свое словцо.
Точно также поступили и представители нашей власти исполнительной.
Теперь г-н Греф называет ЭТО НЕрубли.
Г-н военный министр просто “ТО, что в слух произносить нельзя” (примерно так).
Отлично работаем!
Отлично веселимся!
Ответ на поставленный вопрос прост!
Я люблю наши “законодательные инициативы” за их умение своевременно решать актуальные вопросы современности. Вот как!
Особенно мне понравилось ЭТО в отношении неупоминания их “проклятущего доллАра”. ЭТО особенно замечательно получилось.
После них (а может и параллельно с нашими ребятками) и президент Ирана что-то подобное придумал.
И запретил произносить слово ПИЦЦА!
В фарси ИХ ученые мужи поискали. И нашли свое словцо.
Точно также поступили и представители нашей власти исполнительной.
Теперь г-н Греф называет ЭТО НЕрубли.
Г-н военный министр просто “ТО, что в слух произносить нельзя” (примерно так).
Отлично работаем!
Отлично веселимся!
Интернет банкинг, по крайней мере для небольших платежей, уже позволяет избавиться от многих наших «нафталиновых» ограничений, часто существующих даже не в законах, а в головах чиновников.
Полный текст:
http://www.utro.ru/articles/2006/07/21/567599.shtml
Здесь привожу фрагмент:
“”Y“: Как вы относитесь к идее полной конвертируемости рубля: насколько сегодня это нам нужно, и реально ли превращение рубля в мировую резервную валюту?
В.Г.: Мне кажется, что при тех объемах и тех видах торговли, которые мы имеем, нам эта полная конвертируемость ничего не дает и резервной валютой мы не станем. И потом, я не вижу в этом какого-то особенно большого плюса. На мой взгляд, это больше политический лозунг. Когда снимаются те или иные валютные ограничения внутри нашей страны и для резидентов, и для нерезидентов, это уже показывает в определенной степени открытость экономики и уверенность в правильности проводимой курсовой политики. Вы спокойно можете купить иностранную валюту, валютный счет в банке открыть и т.д. Это уже делает рубль в значительной степени конвертируемым. А тут говорят о полной конвертируемости. Что под этим имеют в виду?
”Y“: А что вы думаете по поводу идеи ввести рублевые расчеты за российский экспорт, в первую очередь, разумеется, нефть? Чтобы страны ЕС, например, покупали наши товары за рубли так же, как мы расплачиваемся евро за их продукцию?
В.Г.: Глупая идея. Это какой-то подход, я бы сказал, домашний: я тебе свой пирог, ты мне свой – чей лучше? Все же зависит от объемов и от спроса. Его можно пытаться создать искусственно, но что это нам даст? Я здесь не вижу никакой большой экономической выгоды.
”Y“: Насколько вероятно появление в ближайшее время новых региональных валют, в частности, валюты Азиатско-Тихоокеанского региона?
В.Г.: Вполне возможно.
”Y“: Каковы их перспективы?
В.Г.: Все зависит, опять же, от уровня развития экономики этих регионов и субъектов торговли. В том, что на базе АСЕАН старого или АСЕАН расширяющегося будет создаваться какая-то региональная валюта, ничего плохого нет. Но еврозона ведь шла к созданию своей собственной наднациональной, если можно так сказать, валюты очень долго, много лет. А введение ее ударило по жизненному уровню европейцев, в основном, в сильных странах, таких как Германия, Италия, Франция – цены сразу подскочили, потому что им пришлось все проблемы вешать на себя. Так и там. Особенно если кто-то, скажем, Индия или Китай, захочет играть активную роль стабилизирующего центра этого региона, исходя из объемов своего внутреннего продукта, а также импорта и экспорта, тогда может появиться какая-то другая региональная валюта. Говорили, по-моему, о возможной единой валютной зоне и в Латинской Америке. Могут преобразовать союз Канада, США и Мексика. Хотя у каждой из этих стран своя национальная валюта, но привязанность экономик ближе, чем у других стран. Так что этого нельзя исключить.
”Y“: А могут эти ”новобранцы“ стать мировыми резервными валютами?
В.Г.: Я не теоретик, но года три-четыре назад в журнале Euromoney было предположение, что со временем будет три наиболее используемых мировых валюты: доллар, евро и китайский юань. Исходя из тех размеров экономики, которая у них будет складываться, и размеров внешней торговли.”
Я абсолютно согласен с предложенной Вами схемой. Валютный союз в перспективе действительно не помешает - хотя сложностей на этом пути у нас несоизмеримо больше будет, чем даже у той же Европы в своё время. Ну да ладно.
Но - согласитесь - валютный союз, как Вы его описали, вовсе не приведёт к автоматическому становлению рубля как резервного актива и даже как валюты цены. Ведь что такое этот самый валютный союз? Это согласованные изменения курсов валют относительно основных мировых валют и узкие рамки колебаний валют в рамках этого самого валютного союза. Мало того, что это в каждый конкретный момент может оказаться просто невыгодным той или иной экономике, но это и не предполагает отказа от использования традиционных резервных валют - как видно на примере того же валютного союза в Европе в середине прошлого века.
Сделать рубль адекватным весу российской экономики - это, пожалуй, задача весьма реалистическая (другой вопрос, насколько выгоды от этого будут стоить издержек и вообще будет ли игра стоить свеч). Но более амбициозные цели - скажем, торговля в рублях основными экспортными товарами - тут перспективы туманны и слишком уж отдалённы, на мой взгляд.
Александр, считайте заголовок моего поста дополнением к Вашей идее “эксклюзивного товара”. Одно другому как минимум не мешает. Начну по порядку.
Я на все 100% согласен с Вашей оценкой ситуации. В связи с этим нам надо правильно ставить задачи. Рублю бодаться с долларом на мировом рынке сейчас - всё равно, что юному боксёру из клуба “Трудовые резервы” драться на ринге с Майком Тайсоном. До такого рода вещей (бой в финале) при успешном развитии экономики дойдёт лет этак через 20 или 50, а до этого нас ждёт ещё тяжкий труд и множество терниев и катаклизмов.
Задача на данный момент другая (точнее, их две):
1. Привести в некоторое соответствие, скажем так, вес рубля с реальным весом российской экономики. Грубо говоря, пусть российская экономика “весит” Ваши 2-4%, но рубль-то весит меньше 1% (а то и 0,1%). Задача - приподнять его до более адекватной величины (пусть пока хотя бы до тех же 2%).
2. Какие бы усилия мир ни прикладывал против обвала доллара, он, обвал, с дефолтом США по своим обязательствам, довольно - таки реален. Но, если он произойдёт сегодня (да даже через 5-10 лет) рубль всё равно не станет одной из мировых валют. Усилится евро, юань, и всё это - на фоне общего бардака. Мы при этом пострадаем сильнее, чем ЕС или Китай (которые в перспективе могут даже здорово выиграть) из-за нашей большей долларовой зависимости и менее сильной экономики. Так что надо потихоньку освобождаться от власти доллара, дабы смягчить этот удар. Тут на соседней ветке про “пакет” спор идёт на случай обвала цен на сырьё. Думаю, что не менее (а то и более) актуален и “пакет” на случай обвала доллара и дефолта США.
Решать обе задачи вместе с партнёрами по СНГ - наиболее естественно, тем более, тут у нас общие проблемы. То, что напрашивается в первую очередь. Всё равно единственный разумный вариант развития наших отношений - реинтеграция, условно говоря, “по типу ЕС”. Когда-то единой валюты евро не было, но ей предшествовала согласованная валютная политика, и их марки, франки, лиры, гульдены, песеты всё равно работали в одной связке на общее благо.
Поэтому переходить на рубли надо в первую очередь со странами СНГ. Но не обязательно впадать в некий “неоимпериализм”, так сказать, “навязывая” им рубли в одностороннем порядке. Пусть они покупают у нас наши товары за рубли, мы же будем покупать их товары за гривны и тенге. Это и будет своего рода “Dollar - free space” в рамках СНГ. Мы все от этого выиграем.
Понятно, что тут нужен целый комплекс мероприятий. Надо также договориться о регулировании курсов. И т.д. И, прежде всего, такие отношения надо строить с сильными участниками СНГ. Понятно, что страны СНГ на данный момент слишком разнородны. Принимать грузинские лари или таджикские сомони было бы откровенной благотворительностью.
Но если взять, для начала, трёх наиболее крупных после России игроков в СНГ - Украину (по завершении там политического бардака), Казахстан и Белоруссию (с которой мы, возможно, и вовсе перейдём к одной валюте) - то это достаточно мощные экономики, которые в совокупности тянут почти на пол-России. Добавить сюда Узбекистан (также сильная и стабильная страна; во всяком случае, на данный момент) - совсем хорошо. Вчетвером - впятером мы уже в полтора раза сильнее, чем одна Россия.
В общем, если крепить рупь во внешнем мире - то, в первую очередь, в СНГ. И делать это можно даже не через “рублёвый неоимпериализм”, а через союз валют самых крепких стран СНГ. Рубль - гривна - тенге. Плюс белорусский рубль, если Белоруссия останется при своей валюте. Плюс, возможно, узбекский… сум, кажется, у них.
Понятно, что это рассуждения “навскидку”, но, по-моему, обдумать стоит.
Согласен с Вами по поводу того, что у РФ - широкий спектр возможных экспортных товаров. Но это лишь потенциальная возможность. Дело в том, что создать резервную валюту можно, только став монопольным экспортёром чего-то либо же заняв существенную долю мирового экспорта. В противном случае мы просто станем страной, которая много экспортирует, а не страной-эмитентом резервного актива.
Что касается второй возможности, то выйти в лидеры с современных долей Росссии в мировом экспорте (что-то там порядка 2-4% было, по-моему… точно не помню) в ближайшем будущем вряд ли получится. Что касается первой возможности, то монопольным экспортёром мы сегодня можем стать по очень ограниченному перечню товаров - если особенно учесть, что некоторые наши потенциальные экспортные товары пока не имеют развитых рынков сбыта или же мы прочно и давно оттеснены от этих рынков неэкономическими барьерами (типа рынка атомной энергии).
И это я ещё умолчал о том, что для того, чтобы сегодня валюта стала резервной, надо торговать этими самыми экспортными товарами с использованием широкого спектра финансовых инструментов типа фьючерсов, форвардов и опционов, а тут-то у нас и проблема. Я намекнул о ней в самом конце своего первого поста. Сейчас разверну пошире.
Кто сейчас главный поставщик нефти? Правильно, страны ОПЕК. Они обладают на этом рынке существенной монопольной властью. Но эта власть распространяется лишь на цену и объём поставок тому или иному потребителю. В чём торгуется нефть сегодня? Правильно, в долларах. А почему? А потому что рынок финансовых нефтяных инструментов в денежном выражении значительно превосходит рынок нефти как товара, притом, что этот рынок оказывает значительное влияние на рынок самой нефти, вполне сопоставимое с влиянием стран ОПЕК. А кто влияет на рынок финансовых нефтяных инструментов, кто на нём - основные игроки? Правильно, крупнейшие транснациональные нефтяные компании. Чьи это в основном компании? Правильно, это в основном компании США. Так в чём будет торговаться нефть, в чём удобнее её продавать, а также не только саму нефть, но и опционы или форварды на неё? Правильно, в долларах. Потому и не в арабских тугриках (или что там и них), а именно в долларах. И даже Уго Чавес в Венесуэле - члене ОПЕК - при всём своём антиамериканизме ничего с этим поделать не может. Не говоря уже о прикормленных финансовой системой США арабских шейхах…
Аналогично может получиться и с газом. Неважно, что РФ его добывает и экспортирует, неважно, что Газпром - крупная газовая компания. Но продаёт-то Газпром газ всяким там энергетическим компаниям Италии и Германии. Соответственно, газовые финансовые инструменты будут номинированы либо в валюте России. либо в валюте этих самых стран. А чей финансовый рынок сегодня лучше? Сами можете ответить…
Таким образом, для становления рубля как резервной валюты и даже как валюты цены на газ вовсе недостаточно, что Газпром - это российская компания и газ тоже российский. Может быть, будет недостаточно и возникновение газовой биржи (хотя для становления рубля как резервной валюты это просто жизненно необходимый шаг). Поэтому я и говорю, что риски огромны.
А что касается других экспортных товаров - то, несмотря на то, что, как Вы верно указали, у нас огромные экспортные возможности - но у нас намного меньше монопольной власти и намного менее развит финансовый рынок в отношении других товаров и других компаний. И весьма небольшая доля экспорта в общем объёме. Так что тут проблем несопоставимо больше будет - проблем для целей становления рубля как валюты цены.
Васильев Яков Юрьевич
Есть еще одна страна с богатыми ресурсными и человеческими возможностями, это США.
Мировая финансовая система заточена под интересы золотого миллиарда и если мы планируем создать мощный инструмент игры в этой системе то надо четко понимать что это мжет обернуться против нас. Финансы не любят институцинальной и политической нестабильности.
Кого может привлечь валюта страны в которой каждые выборы суть судьбоносные?
Сначала по источникам информации. В принципе, можно заглянуть на сайт Госкомстата www.gks.ru. Но там данные по внешнеторговому обороту ненамного детальнее, чем в указанных Вами источниках. Далее хороший сайт www.euromonitor.com. Там у них есть раздел information resources (или data sources, не помню), щёлкаете, там ссылки на сайты статистических ведомств большей части стран мира. По СНГ - госкомстат Украины (возьмём её как самую крупную после России страну СНГ) - http://www.ukrstat.gov.ua. Там есть данные и по внешнеторговому обороту.
Какой у Украины расклад (видел там данные за январь - май 2006)… Доля стран СНГ в экспорте Украины - где-то 28%, в импорте - 48%. В т.ч. доля России в экспорте Украины - 20%, в импорте - 32%. Доля Европы в экспорте Украины - около 30%, в импорте - 35%. В общем, Вы попали в точку.
С другой стороны, можно попробовать совместить Вашу идею - “эксклюзивный товар” с региональным аспектом - “страны СНГ”. Всё-таки, доля России во внешнеторговом обороте стран СНГ велика, почти или даже столь же велика, сколь и доля ЕС во внешнеторговом обороте России. При этом у всех стран СНГ довольно высокое отрицательное внешнеторговое сальдо с Россией - короче, покупают они у нас больше, чем нам продают. При этом уж для стран СНГ мы уже являемся эксклюзивными продавцами некоторых товаров, и не только сырьевых, но и кое-какого оборудования, я думаю. При этом товара дешёвого, так что, даже если повесить на них валютные издержки, они не проиграют; у других стран дешевле они не купят.
Так что, быть может, начинать надо с этого - для начала - превращения рубля в валюту цены при продаже определённых товаров в страны СНГ.
Что у нас ещё есть интересного… Мы, конечно, не являемся в мировом масштабе продавцами какого-то эксклюзивного товара. Но у нас эксклюзивно другое - широта спектра товаров. Не уверен, что легко найти на карте страну, продающую всё - от сырой нефти до оружия, атомных технологий и разных космических услуг. Хотя увы, на данный момент доля минерального сырья в нашем экспорте - 65%. Но при грамотной политике перспектива дальнейшей диверсификации экспорта имеется. В т.ч. - и за счёт некоторых видов продукции АПК, где мы можем стать эксклюзивными экспортёрами, во всяком случае, для Зап. Европы.
У нас есть ещё одно уникальное свойство - Россия (тем более, Россия+СНГ) практически единственная в мире самодостаточная страна (или потенциально самодостаточная). Минерального сырья, леса, металлов, гидро- и гидроэнергетических ресурсов, земли и с/х угодий - себе вполне хватает, и ещё продаём. При этом есть и развитая промышленность, наука, потенциал для развития высоких технологий.
Каким образом заставить работать на превращение рубля в мировую валюту нашу, так сказать, “эксклюзивную диверсифицированность экспорта (и экономики вообще, пусть пока потенциально)” и “экономическую самодостаточность страны” - конкретных идей на данный момент у меня нет, честно скажу. Но как-то это должно быть использовано! Это не может быть не использовано! И не только для укрепления рубля (это, в конце концов, тоже лишь одно из средств, пусть и очень важных), но и вообще - чтобы нам жилось хорошо в своей стране.
На мой взгляд, в статье описаны далеко не все возможные риски. Рискну прокомментировать некоторые из указанных в статье последствий перевода расчетов за российский экспорт в рублях.
Но сначала кратко посмотрим на торговлю РФ с зарубежными странами. Начнём с доли стран-основных торговых партёнров РФ (смотреть тут: http://www.cbr.ru/search/print.asp?File=/statistics/credit_statistics/ex_rate_ind_05.htm ). И что мы видим? Беларусь - 7,54%; Украина - 7,30%; Казахстан - 3,48%. Итого - 18,32%. И неизвестно ещё, в чём с нами будет торговать Украина после какой-нибудь очередной апельсиновой революции в рамках вступления в НАТО и стремления в ЕС. Но мы возьмём самый оптимистичный сценарий. Допустим, в будущем, когда мы будем вводить рубль в качестве средства расчёта с экспортёрами, доли эти как-то поменяются. Но не думаю, что очень уж сильно в пользу СНГ - всё-таки потенциал торговли с той же зоной евро намного значительнее, тогда как со странами СНГ торговать чем-нибудь, кроме того, чем мы уже торгуем, думаю, будет сложно. Учтём ещё, что, как я понимаю, в доле Казахстана содержится фактически и торговля со всеми странами Средней Азии, входившими ранее в СССР.
А теперь посчитаем торговлю со странами зоны евро - нынешними и в скором будущем туда вступающими, а именно: Германия (11,22%), Италия (6,72%), Нидерланды (6,10%), Польша (3,83%), Финляндия (3,75%), Франция (3,54%), Венгрия (2,07%), Чехия (1,61%), Словакия (1,57%), Литва (1,56%), Испания (1,25%), Бельгия (1,22%), Австрия (1,10%), Эстония (0,93%), Румыния (0,85%), Латвия (0,76%), Ирландия (0,70%), Греция (0,67%), Потругалия (0,10%), Люксембург (0,04%). И в итоге у нас получается 49,59%. И это я ещё не учёл европейские страны, находящиеся вне зоны евро (Великобритания с 3,83%, Швейцария с 3,84% и Швеция с 1,29%), с которыми мы также имеем все шансы торговать либо в евро, поскольку экономики этих стран сильно завязаны на экономику зоны евро, либо в их валютах - и с намного меньшей вероятностью в рублях. Ещё и Турция есть… Итак, на сегодняшний день около 50% торговли у нас - с зоной евро.
Понятно, что в эти цифры входят и экспорт, и импорт. К сожалению, детальных данных по совокупному экспорту и импорту я не нашёл, есть данные по услугам, подробно об этом смотреть тут: http://www.cbr.ru/statistics/credit_statistics/print.asp?file=trade_2005.htm . Видно, что экспорт услуг в страны СНГ в 2005 году составил 4 306 300 тыс. долларов, а вот в страны ЕС - 9 940 320 тыс. долларов. Даже за вычетом этих самых Великобритании (1 675 628 тыс. долларов) и Швеции (294 740 тыс. долларов), всё равно экспорт в зону евро в два раза больше, чем в страны СНГ.
По экспорту товаров есть такие данные: http://www.cbr.ru/statistics/credit_statistics/print.asp?file=trade.htm . Видим, что в 2005 году экспорт в страны СНГ составил 33517 млн. долларов США, или 15,95% от экспорта в страны дальнего зарубежья (210052 млн. долларов) и 13,76% от общего экспорта товаров (243569 млн. долларов).
Теперь я попробую прокомментировать те выводы о возможных последствиях рассматриваемой валютной политики РФ, которые были сделаны в статье.
Во-первых, курсовой риск снимается с экспортеров и переносится на иностранных импортеров. Теперь уже покупатели наших экспортных товаров должны беспокоиться о том, каков будет курс их валюты и рубля, и, соответственно, нести издержки по хеджированию… В-третьих, все расчеты в результате будут переводиться в «рублевую зону»…
В этом случае возникает резонный вопрос: а зачем это надо будет импортёрам? Что, они так сильно заинтересованы в укреплении позиций российских экономических агентов и в увеличении собственных издержек? Ну ладно, со странами СНГ такой вариант, возможно, и прокатит. Но, во-первых, доля СНГ в импорте российских товаров значительно уступает доле зоны евро. То есть мы сильно зависим от торговли с Европой - значительно сильнее, чем от торговли с СНГ. А поскольку евро как резервный актив и так называемая “валюта цены” имеют, как бы это сказать, несколько более длинную историю и опираются на слегка более развитые финансовые институты, чем (потенциально) будет иметь и на что (потенциально) будет опираться рубль, то тут возникает во-вторых: мне кажется, что и Украина, и Белоруссия будут использовать рубль в качестве валюты цены ТОЛЬКО В ТОМ СЛУЧАЕ, если доля торговли с РФ у них у всех значительно превышает долю торговли с Европой (а так ли это?), превышает настолько, что этот фактор покрывает бОльшую привлекательность евро как валюты более развитой эконолмики с более развитыми финансовыми институтами. Аналогично со странами средней Азии, только там вместо Европы, я так понимаю, центром притяжения будет Китай.
Таким образом, импортёры вовсе необязательно согласятся на такое развитие событий. Даже Украина и Белоруссия. Элита первой уже сегодня более настроена интегрироваться с Европой, и даже “пророссийская” Партия регионов в любом случае будет исходить не из постулатов “братской дружбы”, а из прагматической выгоды. Что касается Белоруссии, то и она после ухода батьки Лукашенко (конечно, это будет ещё нескоро, но и рубль не завтра станет валютой цены) тоже вполне может в сторону Европы развернуться. Просто обеим этим странам так выгоднее может оказаться. Как и среднеазиатским странам может оказаиться выгоднее сотрудничать в этом вопросе с Китаем.
Ну а в отношении Европы действовать по принципу “кто их спрашивает” тоже вряд ли получится. Даже на рынке газа - ибо в свете размораживания европейцами африканских газовых месторождений и планов по строительству там же заводов по сжижению газа (перспектива, конечно, долгосрочная - но на мой взгляд, не более долгосрочная, чем превращение рубля в валюту цены) - так вот, на рынке газа легко сегодняшняя ситуация “монополист-покупатели” с Газпромом в главной роли может превратится в ситуацию “монополист-монопсонист” или даже в ситуацию олигопсонии. А в последних двух случаях конечные параметры торговли, в том числе и валюта цены, зависят во многом от неэкономических факторов - а по ним Газпром (пока) однозначно проигрывает тем же европейцам. Что касается других наших экспортных товаров в Европу, то они на сегодняшний день пока далеко не имеют той степени эксклюзивности, которая необходима для того, чтобы на рынке этих самых товаров устанавливать цены в рублях.
Во-вторых, таким образом будет постепенно формироваться мировая практика расчетов в рублях, причем рубль будет все больше рассматриваться как международное средство расчетов (пусть на начальном этапе и в небольших масштабах)… В-четвертых, эта мера будет способствовать формированию у иностранных центральных банков валютных резервов в рублях…
А это будет только в том случае, если Россия, как уже было сказано, будет торговать некими эксклюзивными товарами, или же доля России в торговле будет веьсма значительна. Что касается второй ситуации, то в ближайшее время - и даже не в самое ближайшее - обогнать по доле торговли Китай, США и ЕС будет весьма и весьма проблематично, на мой взгляд.
В результате экспортеры будут в большей степени заинтересованы в нынешнем удорожании рубля, поскольку им выгоднее получать платежи в более крепкой валюте.
Тезис далеко не бесспорный. Примерно такими же соображениями руководствовалась, например, Великобритания, когда в межвоенный период укрепляла фунт для того, чтобы сохранить его в качестве валюты расчётов и резервного актива. Но ведь укрепление валюты - это повышение относительной цены экспортного товара. А в этом случае спрос на этот самый товар не будет падать только тогда, когда либо покупателям не у кого больше этот товар купить (спрос на товар неэластичен по цене), то есть продавец обладает той или иной формой монопольной власти (как, например, спрос на основные экспортные товары США - имеются в виду продукция высоких технологий), либо действующие формальные (как было после Бреттон-Вудса) или неформальные (как было во времена золотостерлингового стандарта) правила торговли делают обязательной торговлю именно в этой валюте. Если такой ситуации нет, повышение курса сделает с нашим экспортом то же самое, что оно сделало с экспортом Великобритании в начале - середине 20-ых.
Однако при этом необходимо расширять рублевые инструменты для инвестирования. Их еще не очень много.
Вот именно! Рубль как валюта цены или резервная валюта - это ведь следствие широкого спектра финансовых интрументов и инструментов для инвестирования, а не наоборот! Так было и с Великобританией, так было и с США. Нельзя забывать об этом.
Хотелось бы, однако, оценить, какие есть реальные доводы кроме того, что «так принято», которые действительно делали бы такую практику не подлежащей никаким изменениям.
Вкратце я привёл своё мнение по этому поводу и здесь, и в комментариях к редакционной статье две недели назад по поводу рубля как резервного актива. Чтобы не повторяться, хотелось бы ещё отметить, что и торговля нефти в долларах тоже не на пустом месте возникло, не потому, что “так принято”, а потому, что к моменту образования ОПЕК большая часть элиты стран-экспортёров нефти использовало финансовые инструменты США, которые к тому же были эмитентом резервного актива в рамках Бреттон-Вудса, да и после краха этой системы.
По этому поводу хочется сделать следующий вывод. Конечно, я полностью согласен с уважаемым автором, что
все эти шаги потребуют много времени. Но нужно с чего-то начинать.
Абсолютно такая же схема, но в значительно большем масштабе действовала и во второй половине XX века (да и, пожалуй, до сих пор ещё действует) в отношении доллара. Только изначально эксклюзивными товарами выступали золото и американская финансовая система, превратившаяся во время войны в “спасительную гавань” (аналогично, как Великобритания была таковой гаванью во время наполеоновских вонй и буржуазных революций в Европе в XIX веке), а затем, после краха Бреттон-Вудской системы, эксклюзивными товарами стали уже помимо американской финансовой системы, колоссально развившейся за время существования Бреттон-вудской системы, ещё и высокотехнологичная продукция (в рамках противостояния СССР - США) и та же самая нефть, контроль над поставщиками которой США постепенно установили к последней четверти XX века, в том числе и с помощью своей финансовой системы, а также являясь одним из крупнейших покупателей этой самой нефти, а также и крупным её продавцом, особенно в рпредшествующий период. Но суть-то в том, что опять одна страна - США, - являясь чистым импортёром, причём крупнейшим, оплачивала этот самый импорт по сути теми долларами, которые вкладывались в США из-за рубежа. Поскольку доллар был резервным активом, то надо же было его куда-то девать. А куда? - Только в валютные резервы или же на фондовый рынок США. То есть США получали приток товаров и приток капитала, которым они опосредовано оплачивали эти самые товары. А взамен все остальные страны получали американские финансовые инструменты. И опять же, для того, чтобы эта схема работала, необходимо быть именно страной-эмитентом резервного актива.
Конечно, в таком масштабе страной-эмитентом резервного актива России не стать никогда. Но этого никто и не предполагает. А сделать рубль валютой цены хотя бы в относительно небольшом масштабе, думаю, можно - но я убеждён, что при этом придётся учитывать и вышеизложенные риски, которые не нашли отражение в статье. При всём при этом первый, абсолютно необходимый шаг для достижения этой цели, на мой взгляд - это стать продавцом эксклюзивного товара. Последние действия российских властей (введение конвертируемости рубля, попытка открыть биржи в РФ для торговли некоторыми товарами, вывод на рынок акций ряда крупных компаний, строительство нефте- и газопроводов) позволяют рассчитывать на возможный успех в этом направлении. НО: мне кажется, что весь тот анализ, который я до этого встречал по поводу становления рубля как валюты цены, производился без учётов возможных ответов наших партнёров и конкурентов. То есть если все будут сидеть сложа руки, и, хлопая ушами, дожидаться, когда Россия всё задуманное осуществит, или даже если все ограничатся сегодняшней критикой отсутсвия демократии в России - то всё получится. А вот если предположить даже те ответы, о возможности которых у нас имеется информация (например, то же развитие производства СПГ на базе месторождений в Африке) - то тут уже перспективы становятся намного более неопределёнными. А если вспомнить, что мы наверняка не обладаем всей полнотой инсайдерской информации - то перспективы становятся просто туманными.
Таким образом, несмотря на однозначную необходимость попробовать реализовать этот сценарий, мне кажется, что и нашим властям, и нашим компаниям, чьими товарами собираются торговать в рублях на российских биржах, стоит полдумать над дополнительными способами обеспечения в отношении этих товаров статуса эксклюзивных. Газовых конфликтов с Украиной, подобных тому, что был этой зимой, явно недостаточно - такие мероприятия скорее отпугивают покупателей, чем привязывают их. И Великобритания, и США приложили множетсво усилий и потратили много времени, чтобы стать поставщиками эксклюзивных товаров. И, кстати, и в отношении Англии, которая не контролировала крупнейшие золотые месторождения напрямую, и в отношении США, который не контролировал ни месторождеения золота, ни нефтяные месторождения, можно сказать, что они не просто сырьём или товаром торговали. Нет, они выстраивали сложную причинно-следственную цепочку - и во многом блестящие результаты оказались достижимыми и благодаря чрезвычайно удачным внешним стечениям обстоятельств. Это я к тому, что вовсе недостаточно владеть газовыми месторождениями, чтобы обеспечить рублю статус валюты цены на газ. Очень может быть, что таковой статус за счёт нашего газа обеспечить сумеет кто-нибудь другой.
Не соглашусь - идея здравая, реализацию посмотрим.
Про необеспеченность, это к американскому доллару, последние годы нац. долг США ежегодно прирастает на сумму большую ВВП США, и ничего живут, экспортируют фантики и инфляцию.
На банковской системе конвертируемость рубля сказаться не должна, де-факто он и так конвертируемый, валютный контроль есть, но запрета на экспорт-импорт капитала нет.
Золотой стандарт же был отменен в результате простой физической нехватки золота. Ну не смогли США обменять на золото свои доллары, когда Ш. Де Голль им их предъявил, уже тогда не хватало.