Свобода надгробного слова3

• Николай Силаев

Государственная дума приняла в третьем чтении проект поправок в Закон об основных гарантиях избирательных прав. Хорошая новость: досрочное голосование, настоящий кладезь для административного ресурса, отменено. Новость неопределенного качества: минимальный порог явки, при котором выборы признаются состоявшимися (20%), тоже отменен. И наконец, плохая: кандидатам фактически запрещена критика оппонентов в телеэфире. В частности, под запрет попадает «распространение информации, способствующей созданию отрицательного отношения избирателей к кандидату, избирательному объединению, выдвинувшему кандидата, список кандидатов», «описание возможных негативных последствий в случае, если тот или иной кандидат будет избран, тот или иной список кандидатов будет допущен к распределению депутатских мандатов».

Баланс по понятиям

Сторонники нового законопроекта упирают на то, что нормы о минимальной явке нет в законодательстве зарубежных стран. Она, как и недавно отмененная графа «против всех» в избирательных бюллетенях, — наследство ушедшей советской эпохи. К тому же за последние пятнадцать лет в России было совсем немного случаев, когда выборы признавались несостоявшимися из-за низкой явки. Причем на федеральных выборах такая угроза не возникала никогда и едва ли возникнет.

Защищать норму о минимальной явке трудно, поскольку логика, лежащая в основе ее существования, по сути внеправовая. Это положение, подобно графе «против всех», в существующей российской практике выборов отражает негласный общественный договор между населением и политической элитой. Благодаря данным нормам выхолащивание выборов (или через совсем неприличное использование административного ресурса, или через подмену выборных механизмов теневыми внутриэлитными договоренностями) ограничивается правом избирателей сорвать такие выборы, не придя на участки или проголосовав против всех. К демократии и правовому государству такой «общественный договор» имеет слабое отношение. Зато он избавляет и элиту, и избирателей от ответственности за реальное содержание института выборов, позволяя в то же время не отказываться от него совсем. Этот странный «общественный договор» в большой мере и обеспечивает легитимность российских выборов.

Последние поправки (особенно в совокупности с недавней отменой графы «против всех») нарушают российские избирательные «понятия». У поправки об отмене порога явки есть свои сторонники (вне правящей элиты). Их точка зрения такова: действительно, наличие порога явки является ограничением демократии, потому что гражданин должен идти на выборы не для того, чтобы они не сорвались и в стране не установилось безвластие, а из желания оказать через выборы влияние на политику в стране. И вообще говоря, опыт российских выборов показывает, что народ к этому гражданскому волеизъявлению не просто готов, но жаждет его, поэтому нечего на него навешивать дополнительную «норму».

Иначе говоря, сторонники отмены обязательной явки говорят, что нам пора отказаться от «понятий» и в избирательной системе. Однако настораживает вот что: отмена порога явки лишает избирателей возможности «проголосовать» против власти, сорвав выборы, и через этот срыв/кризис попытаться изменить политическую конфигурацию; при этом никаких мер, ограничивающих использование административного ресурса (который будет куда более эффективным в случае отмены порога явки), не предлагается. Таким образом, баланс избирательного права смещается в пользу властей.

Что касается новации о запрете на критику оппонентов, то она выглядит просто одиозной, потому что совершенно очевидно, что провести предвыборную кампанию без такой критики не смогла бы даже «Единая Россия». Закрадывается даже подозрение, что авторы законопроекта прекрасно понимают, что норма эта на практике не будет работать.

Что-то подобное в нашем избирательном законодательстве уже было. Незадолго до думских выборов 2003 года российским СМИ фактически запретили публиковать о выборах что-либо за исключением рекламных материалов кандидатов. Сделано это было при помощи нормы закона, которая требовала от журналистов уделять равное внимание всем кандидатам и запрещала как бы то ни было выражать свое отношение к ним. И что же? Во время предвыборной кампании какая-то региональная избирательная комиссия пыталась применить эту норму к некой местной газете, однако дело было спущено на тормозах, остальные СМИ продолжали работать как обычно, а после выборов закон вернули к реальности. Ничего не произошло, если не считать того, что во время кампании все масс-медиа ходили «под статьей» и любое из них можно было наказать за несоблюдение закона о выборах. Как после принятия новых поправок любого кандидата можно будет снять с выборов за нарушение нормы о критике оппонентов.

Маловероятно, что эта норма закона будет применяться на практике. Она избыточна — ведь у действующей федеральной власти нет оппонентов, против которых потребовалось бы столь тяжелое и разрушительное оружие. Да и явка едва ли опустится до такого уровня, при котором могут возникнуть сомнения в легитимности выборов. Власть просто обзавелась большой дубинкой — на всякий случай.

Вопросов лишь два. Теоретический: а стоило ли ради «всякого случая» создавать угрозу разбалансирования избирательной системы (при всем несовершенстве имеющегося баланса)? Практический: а точно ли большая дубинка достанется именно тому, кому она должна достаться по замыслу ее создателей?

«Единая Россия» против всех

Новые поправки уже вызвали немалый шум. Против нормы об отмене явки публично выступил глава Центризбиркома Александр Вешняков. По его мнению, избиратели могут воспринять это «как попытку власти упростить себе жизнь». Также Вешняков не одобряет появление новых оснований для снятия с выборов кандидатов.

В Госдуме новации в избирательное законодательство не поддержали оппозиционные фракции. Вице-спикер Госдумы от КПРФ Валентин Купцов сказал, что запрет на критику оппонентов по телевидению ведет к «кладбищенской демократии, когда, как о покойнике, говорить можно только хорошо или ничего». Избирательные законы, которые сейчас подвергаются правке, в Думе прошлого созыва находили все же более широкую поддержку.

Благодаря норме о минимальном пороге явки полное выхолащивание выборов ограничивается правом избирателей эти выборы сорвать.

Непонятны перспективы проекта в Совете Федерации. Глава СФ Сергей Миронов также осудил норму закона, касающуюся явки. Он назвал отмену минимального порога явки преждевременной мерой. «Все ссылки на международный опыт, учитывая конкретику российской действительности, мне представляются неуместными», — сказал Миронов.

Он не стал прогнозировать, как пройдет голосование по проекту в Совете Федерации. Но нетрудно заметить, что спикеру СФ, лидеру партии «Справедливая Россия» предоставляется хороший шанс больно уколоть «Единую Россию», добившуюся принятия поправок. Даже минимальные трудности при прохождении законопроекта в Совете Федерации (не говоря уже о вето) резко усилят позиции Миронова и его партии как потенциального конкурента «Единой России» — и в глазах элиты, и в глазах избирателей. Странно отказываться от такого шанса, особенно перед лицом соперника в виде нового объединения пяти левых партий.

Тем более принятие поправок, по некоторым сведениям, сопровождалось процедурными нарушениями. На пленарном заседании Думы в прошлую среду депутат от «Родины» Иван Харченко потребовал снять с обсуждения законопроект, вынесенный на второе чтение. Он объяснил это требование тем, что после первого чтения в документ были внесены концептуальные изменения, а именно: нормы о явке и запрете критики оппонентов по телевидению. Автор законопроекта депутат Александр Москалец так и не ответил «Эксперту» прямо на вопрос, на какой стадии в текст законопроекта были внесены соответствующие статьи. По регламенту концепция законопроекта принимается в первом чтении. Однако Дума с Харченко не согласилась.

Даже если законопроект вступит в силу, далеко не факт, что он окажется выгоден «Единой России». Подобные нормы избирательного законодательства удобны для нее в условиях, когда неизменной остается верховная власть. Как, например, это было в 2003 году, когда общий тренд был понятен и предсказуем и задача сводилась лишь к тому, чтобы его укрепить.

Между тем в 2007–2008 годах в России будет рождаться новая конфигурация политических сил. Множество самых разных игроков уже делают заявку на участие в этом процессе, и не без успеха. Не случайно ведь та же «Единая Россия» предпочла не идти на конфликт с мэрами крупных городов, отвергнув планы подчинить их губернаторам. Ведь именно мэры контролируют и административный ресурс, и финансовые потоки, и в значительной мере политическую жизнь в городах, где живет большинство избирателей. Да и губернаторы, если судить по возросшей политической активности «ветеранов» Минтимера Шаймиева и Муртазы Рахимова, не прочь поторговаться с федеральной властью, причем в этом торге явно не будет обойдена тема предстоящих выборов. Наконец, и в Кремле все сложнее поддерживать образ окружения Владимира Путина как единой команды, лишенной каких-либо противоречий. Последними новациями в избирательном законодательстве «Единая Россия» укрепляет административный ресурс как таковой — не зная заранее, в чьих руках он может оказаться. А это опрометчиво.

Что действительно обеспечило бы спокойное прохождение рубежа 2007–2008 годов и безболезненное создание новой конфигурации власти, так это либерализация избирательного законодательства. К примеру, упрощение порядка регистрации кандидатов и отказ от норм, предусматривающих возможность их снятия с выборов. Это ослабило бы административный ресурс и закрыло все вопросы относительно явки. Действующая власть ничем здесь не рискует, не считать же ее реальными соперниками Гарри Каспарова или Александра Белова. Оппозиция действительно слаба — так пусть она проиграет честно.

• Новости от 4 марта 14.00
• «Сейчас произошел перелом. Люди готовы идти наблюдателями не за деньги. Люди готовы идти наблюдать на избирательные участки, потому что они потеряли всякую веру к организаторам выборов», - Андрей Бузин, руководитель отдела мониторинга выборов Ассоциации «Голос».
• Тема беседы: Изменение парламентской избирательной системы России.