О голодоморе и советской символике281

Александр Привалов

О голодоморе и советской символике Россия на постсоветском пространстве,Эстония против памятников

Два постсоветских государства сделали законодательные жесты, прямо затрагивающие нас. Президент Ющенко добился принятия закона «О голодоморе 1932–1933 годов в Украине», трактующего голодомор как геноцид украинского народа. Тремя днями позже эстонское правительство одобрило законопроект, вводящий уголовную ответственность за публичное использование символики оккупационных режимов: демонстрация «официальной символики бывшего СССР и союзных республик, а также символики НСДАП и войск СС» будет рассматриваться как разжигание розни и караться штрафом или тюрьмой на срок до трёх лет. Неделей или двумя ранее эстонцы приняли в первом чтении ещё более мощный закон, дающий право на демонтаж памятников павшим советским воинам. Всё это — события ожидаемые, и мы вроде бы не должны испытывать трудностей с определением собственной на них реакции — и личной, и национальной. Трудности, однако ж, есть — и значительные.

С эстонцами-то проще: слишком уж ясен моральный аспект. Снос памятников павшим победителям Гитлера, уничтожение или цензурование их могил (на могилах-то — разжигающие рознь звёзды), угроза тюрьмой старику-победителю, посмевшему надеть боевые награды, — всё это не оставляет порядочному человеку выбора: настойчивое стремление реваншироваться в войне с беззащитными стариками и с мёртвыми омерзительно. Так что с личной реакцией ясно: ну, не поеду я в Эстонию (хотя вроде и прежде не собирался), ну, если не забуду, не стану покупать эстонских товаров (хотя не очень помню, видел ли их когда)… Да и с реакцией официальной не так уж сложно: не нужно никакой пылкой реакции. Историю XX века норовят переписать и в гораздо более важных столицах — с ними и нужно работать, а не с Таллином. Наш МИД, конечно, выступит с дежурным протестом — и правильно. А ещё что? Ну, положить в очень долгий ящик любые с эстонской стороной переговоры — да и всё, пожалуй. Апеллировать к разным европейским инстанциям — может, и надо, но только в контексте работы с более значимыми столицами.

Другое дело, что эстонские новости жёстко напоминают о нашем долге. Россия давно уже должна назначить ветеранам войны, живущем ныне в пределах НАТО, а равно и в других заграницах, сколько-нибудь ощутимые пенсии — ясно же, что они имели бы не только материальное значение (до сих пор, кажется, старики в Балтии получили от нас только разовую выплату к 55-летию Победы). Но дать пенсии следует независимо от очередных эскапад эстонских властей — и поживее, пока есть кому.

С украинским же законом всё оказывается гораздо сложнее: нет там такой же моральной определённости, поскольку голодомор — и вправду неимоверное несчастье и страшное преступление. Понять Ющенко, делающего из Голодомора свой, украинский Холокост, нетрудно. Понятно, что у центральной украинской власти нет более важной задачи, чем консолидация (а если совсем честно, то построение) украинской нации, причём консолидация срочная — под угрозой всё ещё возможного раскола страны. Понятно, что не только простейший, но единственный путь быстрого решения задачи — это втолковать населению, что у него единый враг. Понятно, сколь ценным подспорьем в таком деле оказывается действительно большая беда, в которой этот враг повинен. И вот первой же статьёй новый закон утверждает: «Голодомор 1932–1933 років в Україні є геноцидом Українського народу». То есть: кто-то 75 лет назад пришёл и сознательно уничтожал украинцев именно как украинцев. Кто? Известно кто — впрочем, в тексте закона он прямо не именуется.

Спорить с этим тоже нетрудно. И спорят, но как-то всё без особого успеха. Доказывают, например, что сама концепция голодомора возникла и семьдесят лет разрабатывалась (кем угодно, включая гитлеровцев) как инструмент антисоветской и антироссийской агитации — и получают ответ: «Какая разница, кем разрабатывалась? Голодомор был, и миллионы погибли». Или указывают, что руководили в то время на Украине сугубые украинцы, Косиор и Чубарь, — и получают ответ: «Сами знаете, чьим они были орудием». Или подначивают: нельзя одновременно клясть москалей и за то, что они не признавали вас нацией, — и за то, что они вас как нацию уничтожали. На это, естественно, ответа не поступает.

А ведь голодомор и вправду не был геноцидом украинцев; если звать его геноцидом, то геноцидом крестьян — по Украине с Кубанью он ударил сильнее, чем по другим зерновым регионам в точности потому, что именно они были основной житницей, а власть давила пропорционально количеству производимого хлеба. (Кстати, на Украине голод страшнее всего поразил восточные и юго-западные области, и тогда этнически никак не однородные.) В Поволжье, на Дону, на Южном Урале и в Казахстане тогда же погибли миллионы совсем не украинцев, и точно так же в сёлах мёрли многократно гуще, чем в городах. Об этом есть немало — и должно быть гораздо больше! — серьёзных публикаций, но впечатления на оппонентов они не производят ни малейшего, пока у тех есть простой контраргумент: вы на своих погибших махнули рукой — вот мы и понимаем, кого нам винить за наших.

Этой карты нам пока крыть нечем. Ни новое российское государство, ни общество пока не собрались сформулировать своё отношение ни к советскому прошлому вообще, ни к преступным его страницам в особенности. Так, по поводу Сталина и сталинизма в медийном пространстве сосуществуют полярные, а в истеблишменте прижились уклончивые точки зрения: мол, ни восхвалять особо не стоит, ни поносить — история ещё разберётся. Между тем, как бы ни была сложна задача выработать внятную позицию по их поводу, эту задачу пора решать. Возможно, и начать стоило бы как раз с рукотворного голода 1930-х: его можно было замалчивать, но по его поводу нельзя длить дискуссии. Морить миллионы своих граждан, одновременно наращивая экспорт зерна по демпинговым ценам, — преступление в какой угодно системе человеческих координат. И об этом нужно сказать громко и внятно. До тех пор пока на Украине против русофобского подтекста закона о голодоморе протестуют большей частью люди, обличающие в нём «антироссийскую и антикоммунистическую» направленность, добра не будет — да и не только же ради украинских настроений нам нужно разобраться с самими собой.

Статьи на тему: «Россия на постсоветском пространстве»

печать Эксклюзивные книги и подписка на журналы 2012

Нравится

Рейтинг материала: 0

Комментарии281

Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

александр ефимин
1 апреля 2009 5:30

Статья довольно лаконична и отражает церковно партийный акцент кремлевской пропаганды. Аторское поклонение и литературное священно действие в поддержку еще не похороненных на красной площади современных брежневых ставит в тупик своей однообразностью желтой прессы голодной до всяких прокремлевских слофоформ и являющийся много неоднообразным шаблоном нашего современно - политического литературного творчества. Тема голодомор здесь приукрашается злобным завыванием на все анти кремлевское и привычной уже истерической критикой всех новоиспеченных вселенских соборов оранжевых и розовых оттенков нашей политической действительности. Хотя отличия от этих махровых революций найти трудно в сравнении с всякими движениями в защиту режимов с обеих сторон баррикад. Они настолько обнообразны что привносят раздражение и недоумение в умы всех нормально думающий граждан из более свободных стран.
Полнейшее хаяние и моразм всех этих статей отдающих церковно блатным жаргоном свойственен для таких новоиспеченных критиков с обеих сторон и ни какого разумного обьяснения и выхода из этого круга невежества не предлагают. Разобратся во всем этом балагане словестности очень трудно и привносит впечатление что эти все литераторы выплыли с какой то низшей сферы даниила андреева «розы мира». От них так сильно дует ущербной трущебностью и трупным смердом. Их литературное дыхание настолько вредоностно что вгоняет каждого читателя в круги пепостижимого мракобесия. Темнота и мрак их достояние. Как в блатной песне желание возвысить низкое под брянцание простых звенящих аккордов плохо настроенного непознанного инструмента.

Удивительно, на первый взгляд, человек с украинской фамилией “мочит” “хохлов”. Поясню. Украинской фамилией “обзавелся” “благодаря” Никите Хрущеву, который передал мой район из Курской области в Сумскую, а меня угораздило в это время родиться. Вот и записали: “Колотило”. Пока существовал СССР, это было “до лампочки”. После окончания суворовского военного училища поступил во Львовское ВВПУ. Потом - служба в ВДВ, Афганистане, академия. Перед выпуском из академии приезжает в Москву начальник одной из кафедр ЛВВПУ и “сватает” меня преподавать на кафедру, но существует одно “но”: “Ты русский? - он меня спрашивает. - А то у нас на кафедре одни украинцы, так что Главное управление кадров в Москве уже возмущается”. “Да русский я, русский, - отвечаю, - половина родственников имеют русскую фамилию, это меня записали на украинский манер. Вот свидетельство о рождении, где четко и ясно написано: ”русский“. Вроде бы сошлись на этом. Меня взяли на кафедру, хоть я туда и не рвался, но уж если пообещал приехать, то слово сдержал. ”Купили“ ведь тем, что нажали на мое афганское прошлое, на то, что я - питомец Львовского ВВПУ: ”Ты - боевой офицер, наш выпускник, такие люди нам нужны.“ Ну, помня Львов образца 1972-1976 гг., - культурный, интересный город, - я и согласился, и то под нажимом жены - уж очень Львов ей понаравился, когда она невестой приехала на мой выпуск из военного училища. Впрочем, это предисловие. Основное - впереди.
Еще в начале семидесятых годов я заметил одну неприятную особенность: в нашем районном центре поселке Глушково Курской области (спасибо покойному Леониду Ильичу Брежневу - вернул поселок в состав Российской Федерации) дефицит продуктов страшный - молоко, и то продают в государственных магазинах по удостоверениям ветеранов Великой Отечественной войны. А во Львове есть все - все продукты, колбасы и все-все, чего ни пожелаешь. Лишь потом я понял: ”подкармливали“ неблагополучный ”бандеровский“ регион. Подкармливали за счет нас, русских, за счет моего пограничного района, где были и колбасный цех, и маслозавод, и ”Заготскот“ - только не коренным жителям шли эти продовольственные блага, а в столицу и в союзные республики. Обидно говорить, но за маслом мы ездили в Сумы или Киев. И вот прошло время. После академии приезжаю в 1988-м в Львов - прилавки пусты, сахара нет и даже нет варенья, джемов в плодоовощных магазинах, чтобы попить чаю. Все по талонам, а мне, без прописки, и моей семье их не дают. И я думаю: куда же делись ваши продукты, братья-украинцы! Еду к бывшему однокурснику по училищу в Судовую Вишню под Львов, там в каждом доме варят в сентябре варенье. Когда я рассказал, что во Львове чай пить не с чем, мне его бесплатно стали предлагать. И не только друг, но и его соседи, которые зашли ”на огонек“. Чья вина здесь? СССР? А, может, местных властей, которые по-просту не смогли закупить у населения необходимый продукт и не смогли организовать его продажу хотя бы через кооперативы?
Далее. Началась ”бандеризация“ Львова. Нам, ”москалям“, в июне и сентябре 1991 года назначали ”день икс“, обещая резать ”москалей“, если мы не поставим вечером свечки на подоконники квартир. Я свечки не ставил, а два молотка держал наготове - как говорят, у десантника любой предмет в руках - это оружие. Страшно было слышать, когда твой семилетний сын приходит домой и говорит: ”Папа, а дети из соседнего подъезда говорят, что скоро будат резать москалей“. Я думал, как спасти двоих детей, и не находил выхода. Впрочем, речь не о том, и совсем не о том, когда в эти июньский и сентябрьский дни ”Икс“ патрулировать по Львову назначили меня, русского с украинской фамилией, причем, в комендатуре отобрали оружие. И ”выгнали“ в форме на маршрут патрулирования в центр города. А в час ночи отказались на машине отвезти на квартиру, в новостройки на Сихов. И шел я, сжимая в кармане отвертку-выколотку из кобуры пистолета, ведь я уже говорил, что: ”В руках десантника любой предмет - оружие“.
Впрочем, опять же, речь не о том. Началась ”бандеризация“. Начали бить офицеров, тест был прост: встречают на улице, скажи слова ”паляныця“, русский обязательно скажет ”паляница“. ”Ах, так ты москаль, ну, получи!“ И получали. Я, выросший рядом с Украиной, немного знал украинский язык, но слово ”паляныця“ говорить не приходилось - наверное, лицо у меня было не такое, как у других… Пошли разговоры о том, что Украина - три Франции (по площади, читай: так неужели мы будем жить хуже, чем Франция?) Начали улицы называть именами Бандеры, ”генерал-хорунжего“ УПА Романа Шухевича - подручного фашиста Оберлендера по 14-й гренадерской дивизии СС ”Галичина“, начали улица переименовывать - улицу Суворова захотелось вдруг переименовать в улицу Вашингтона. Моя жена пошла устраиваться на работу и написала в анкете ”русская“. Тут же чиновник-националист возмутился: ”А почему она пишет “русская”, если у нее фамилия украинская?“ Сейчас бы этому узколобому ”бандеровскому дебилу“ я бы ответил: ”А почему Крым украинский, когда он завоеван и был до 1954 года русским?“
Короче, не принял я украинскую присягу и уехал служить в Поволжье. Оно у меня ассоциировалось с историческим ”голодным Поволжьем“. И что я вижу? В Повольжье все есть. Через полгода еду во Львов в отпуск (семья пока оставалась во Львове), жена просит: привези чего-нибудь поесть. Я понял… Я все понял. Загрузил два чемодана крупами, консервами, растительным и сливочным маслом, еду. Помогли военные, где-то донесли, где-то подвезли. Приезжаю. 19 декабря 1992 года, праздник религиозный - Николай. Открываю холодильник в квартире - пуст и чист. У детей синяки под глазами. Я все вывалил из чемоданов: ”Кушайте!“. Дети съели баночку кильки в томатном соусе, баночку шпротного паштета и подходят: ”Папа, а можно еще?“ Я прошел войну, видел многое, но тут чуть не заплакал: ”Ешьте, говорю, ешьте все, что хотите“. А сам глаза прячу. Вспоминаю, как полгода назад, стоит только в автобусе заговорить по-русски, тут же прозвучит чей-то ”озабоченно-бандеровский“ комментарий : ”О, понаихалы сюды, москали, наш хлиб исты“. Однажды я взорвался: ”Ты!.. - говорю. - Где у тебя в Львовской области хлеб растет? Да я ее с вертолета осмотрел вдоль и поперек - не видел ни одной хлебной нивы“.
Приближался Новый, 1993 год. Нужно было купить яиц. У главного универсама я за ними стоял в очереди на Сихове около четырех часов. Стоял и слушал разговоры о России. А потом вспылил: ”Какая Россия, кто ваши продукты вывозит? Я только что из Самары, из “голодного Поволжья”, так вот, там все есть. И в Курской области все есть. А у вас - ни хрена. Вот теперь и видно, кто кого кормил.“ Странное дело, но промолчали - наелись независимости. Я стою, закуриваю самарскую сигарету ”Полет“ - обычная, без фильтра. Тут же - ко мне мужики: ”Дайте закурить!“ Угощаю. Крутят головами: ”Добрый табак, а бумага какая хорошая, а у нас промасленная, дымится, воняет“. Разговорились, поговорили по-человечески, по душам. ”Вот бы був нимыць, вин бы порядок навив“, - с ностальгической тоской проговорил один из пожилых мужиков. Я и говорю: ”Вот так и всегда - немец, русский, поляк или австриец - любой, кроме украинца, навел бы порядок. А сами-то что, не можете?“ ”Да у нас, - отвечают, - где два хохла,там три атамана“. Я чуть не умер со смеху - очень и очень самокритично.
Семью я перевез в Россию летом 1993 г., а квартиру приехал сдавать во Львов в апреле 1994 г. Аккурат перед пасхой. На Украине особо чтят религиозные праздники. И вот еще один случай. Еду на 29-м маршруте автобуса на Сихов, на остановке Чукарина входит в автобус маленький плюгавенький человечишко, в очках, сгорбленный, но с горящими диким блеском глазами. И с ходу начинает вещать: ”Россия нас грабит, вывозит все - золото, алмазы, продукты“… Я подхожу и говорю ему чисто по-русски: ”Ты чего тут выступаешь? Где у вас алмазы и золото? В Карпатах? Ты чего добиваешщься, гад, чтобы русские с украинцами резали друг другу глотки?“
В автобусе было немало людей. Все притихли. Я еще помнил:”О, понаихалы сюды, москали, наш хлиб исты“. Думаю, сейчас затопчут. И что же я вижу - все молчат. Пропагандист бандеровский вдруг стушевался и выбежал на первой же остановке. Как раз и я должен был выходить здесь. Я иду к двери, сбоку сидят три дородные женщины, смотрят на меня одобрительно и вдруг одна из них говорит: ”Да дайтэ вы ему gs//s!@
И последнее. Мой отец-фронтовик рассказывал, что в 1947 году не ел семь дней - голод был в стране. Так что, СССР и Курскую область специально “голодоморил”? Вы, ребята-украинцы, вскормленные в советское время на средства всего СССР (которые распределялись, увы, кому во благо, а кому в ущерб), выученные на советские деньги, уж молчали бы “в тряпочку”. Это же ваши украинцы-руководители бежали к Сталину быстрее собственного визга, чтобы быть хорошенькими, это они драли с вас три шкуры, это их вините в своих бедах. Впрочем, вам и сейчас есть, кого винить в своих бедах - правы были те мужики во Львове, которые говорили мне 31 декабря 1992 года у суперсмаркета на Сихове, что: “Там, где два хохла, та три атамана”. Вот к этим атаманам и предъявляйте претензии - бывшим и настоящим, они вас и без СССР, и без России уморят. Всего вам доброго, земляки!
P.S. Что же вы теперь, ребята, едете на заработки в Москву? У вас же “три Франции”?! Политрук Клочков говорил: “Велика Россия…” А я хочу добавить: “Но в Москве всем места не хватит”.

А политика вообще крайне грязное и плутоватое дело…
Совершенно очевидно, что обвинять русских в голоде в Украине всё равно, что англосаксов в истреблении индейцев! Вопрос - Какие РУССКИЕ и … какие АНГЛО_САКСЫ? Вспомним попутно татар и иго…Счёт выставим - пущай компенсируют!
Весь этот шум был бы справедлив если бы русские сказочно обогащались за счёт Украины. Но ведь этого не было, cами в это время пухли с голодухи…

И вот ещё…

“Дело АЭРОФЛОТА” тлело десять лет, а подиж ты - вытащили его как только БАБ что-то себе позволил лишнего.

КАсьянов стал плох только когда президентством озаботился…Землю увёл из-под носа следующего казнокрада! Вот глупенькой - продавал бы кусочки землицы хапнутой - эдак тыщ по 100 за сотку,
да жил бы безбедно…

НЕСОГЛАСНЫХ разогнали, но с демократией у нас всё отлично. Все стали орать - как смеют АМЕРИКАНЦЫ!!!??? - никто не спросил: а есть ли проблема по сути… Заболтав стройным хором имперско-подданных…

Продолжать? За каждым словесным демаршем есть конкретная политическая заявка…
В конкретном месте и в конкретное время…

Цитировать
Сергей Райт
8 апреля 2007 16:30

Михаил Михальчук:

Михаил, спасибо за ответ. Чтобы не прибегать к многословному цитированию, дам Вам вот эту ссылку:

http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/ECCE/MAMUT.HTM

Еще лучше, если Вы сможете прочитать книгу Ясперса, на которую ссылается Мамут.

Удачи.

Сергей Райт
Александр,

с Голодомором все понятно. Вы правы, расширяя тему до ПОКАЯНИЯ в сталинизме, которого в России никогда не будет.

Сергей, боюсь, эту тему никто не поймёт. Чтобы каяться, надо осознать. Надо знать, кому и перед кем каяться и в чём. Обсуждаемое событие содержит намёк-претензию в покаянии России перед Украиной. При том, что:
1. У нас была общая судьба и едва ли кто-то перед кем-то виноват больше.
2. Событие объективно не расследовано не только относительно фактов, но и относительно причин, побудительных мотивов и возможного вредительства.
Покаяние в сталинизме вызывает ещё больше вопросов. Есть такое течение - марксизм. У него есть идеологи, идеология, теория, последователи. Было такое явление - нацизм с теми же самыми атрибутами. Было такое течение - большевизм с тем же самым и большой практической деятельностью. А “сталинизм” - это что такое? Подозреваю, что это слово не имеет цельного содержания, и смысла в покаянии, тем более коллективном, нет. В этом случае каждый за свои дела должен каяться сам, что больше соответствует духовному смыслу покаяния. Если же каяться за своих родственных предков, то эта задача в первую очередь для тех, кто в результате тех или иных дел получил те или иные преимущества.
И, может быть, сначала Европа перед нами за 20-й век покается? А то одна Германия покаялась, а остальные как бы ни при чём.

Цитировать
Сергей Райт
8 апреля 2007 0:19

Александр,

с Голодомором все понятно. Вы правы, расширяя тему до ПОКАЯНИЯ в сталинизме, которого в России никогда не будет. Вы только представьте себе музеи с документами о сталинских репрессиях по России, как это есть в Германии относительно нацизма. Я не представляю, что это возможно. Только жалкая рефлексия российской интеллигенции, никогда не достигавшая народной глубины.

Геннадий Михайлович Беляев
Мужики!!! Как здорово - теперь демократия и можно четко охарактеризовать всех и все, что происходило 50 или еще лучше 100-150 лет тому назад. можно спокойно и с большой долей принципиальности разнести их нехороших по всем кочкам. Правда, я думаю, что если бы Вы жили в те времена, Вы бы молчали в тряпочку или бы ничего не поняли , что происходит.Как Мы грешные молчим в тряпочку по поводу того, что происходит сегодня и тоже ничего не понимаем, потому что если бы понимали, то того что происходит сегодня НЕ БЫЛО БЫ. Вот в чем вопрос ? А что кто знает, сколько народу погибло от голодомора и других таких же причин в 90 годы, когда народ кинули без средств к существованию и сейчас за чертой бедности более половины населения России. По моему , кто обо всем этом столетней давности болтает, преследует свои личные цели и вестись на эту удочку, вместо того, чтобы заниматься делами насущными просто глупо.Пусть занимаются этим историки. это их удел - копаться в архивах и пытатться установить истину.

Отправить историю к историкам - хорошая идея. Но нереальная. Эту историю не отпустят политики. Потому и раздуваются масштабы последствий голода, что кое-кому хочется затушевать свою несостоятельность в управлении государством (если не хуже - сознательное вредительство). Я так и не увидел фактов, говорящих о том, что число жертв “голодомора” приблизилось к миллиону. Похоже, нет тех миллионов. Нет этого “голодомора” и в памяти моих знакомых с Украины. Похоже, история раздута. Да, был год “великого перелома”, был большой недород детей, жилось несладко. Но всё быстро закончилось. Это вам не 15 лет затяжных реформ.
Насчёт молчания в тряпочку. А нет никаких признаков, что в то время люди молчали в тряпочку (окромя московской интеллигенции). Чего было бояться на селе, кроме своих же односельчан?

Мужики!!! Как здорово - теперь демократия и можно четко охарактеризовать всех и все, что происходило 50 или еще лучше 100-150 лет тому назад. можно спокойно и с большой долей принципиальности разнести их нехороших по всем кочкам. Правда, я думаю, что если бы Вы жили в те времена, Вы бы молчали в тряпочку или бы ничего не поняли , что происходит.Как Мы грешные молчим в тряпочку по поводу того, что происходит сегодня и тоже ничего не понимаем, потому что если бы понимали, то того что происходит сегодня НЕ БЫЛО БЫ. Вот в чем вопрос ? А что кто знает, сколько народу погибло от голодомора и других таких же причин в 90 годы, когда народ кинули без средств к существованию и сейчас за чертой бедности более половины населения России. По моему , кто обо всем этом столетней давности болтает, преследует свои личные цели и вестись на эту удочку, вместо того, чтобы заниматься делами насущными просто глупо.Пусть занимаются этим историки. это их удел - копаться в архивах и пытатться установить истину.

+++Этой карты нам пока крыть нечем. Ни новое российское государство, ни общество пока не собрались сформулировать своё отношение ни к советскому прошлому вообще, ни к преступным его страницам в особенности.+++
Вам, возможно, и нечем. Но это не значит, что ответить нечем. Разумеется, на уровне, предложенном автором. Это, во-вторых.
Во-первых, в статье много эмоций и личного. Где ее обоснование? Так ли все обстояло на самом деле, или были какие-то существенные обстоятельства? Где причинно-следственная связь событий? Без всего этого, выступление получилось антирусским.