Несогласные и ОМОН

Тема недели
«Эксперт» №16 (557) 23 апреля 2007
Сделав ставку на жесткое силовое противодействие радикальной оппозиции, власть выбила из ее рук главное оружие — шантаж и провокацию
Несогласные и ОМОН

В прошлые выходные в Москве и Санкт-Петербурге прошли очередные «Марши несогласных». На эти мероприятия вышло хорошо если по две тысячи человек в каждом городе, однако они стали главным политическим и общественным событием месяца и всю прошлую неделю бурно обсуждались даже теми, кто очень смутно помнит (если помнит вообще), что был некогда такой премьер-министр Касьянов. Впрочем, ни Касьянов, ни Каспаров, ни остальные лидеры «Другой России», ни даже «несогласные» граждане к «успеху» марша особого отношения не имеют. Главным действующим лицом обоих маршей стал ОМОН и прочие сотрудники правоохранительных органов, которые мало того что численно превосходили «несогласных» как минимум в пять-шесть раз, так еще и действовали весьма активно.

День ОМОНа

В 12 часов дня в субботу на Чистых прудах, где должен был начаться санкционированный митинг «Другой России», можно было наблюдать уникальное зрелище: всюду, куда хватало взгляда, стояли плотные ряды сотрудников милиции и ОМОНа, ими были набиты припаркованные рядом автобусы — даже в машине «скорой помощи» сидело человек семь. При этом ни одного митингующего ни внутри отцепления, ни где-нибудь поблизости не было и, судя по всему, не предвиделось. Впрочем, и Пушкинская площадь, где собирались «несогласные» на несанкционированное шествие, в те же 12 часов дня производила сильное впечатление. Цепи ОМОНа — и между ними бродят небольшие группки из двух-трех человек. Ну а там, где собирались группы человек в пятнадцать-двадцать, концентрация людей в серо-голубой форме достигала рекордных величин. Причем они не стояли, они действовали — забирали всех, кто, по их мнению, пришел на марш, и решительно не церемонились с теми, кто оказывал сопротивление или бурно выражал недовольство. То же происходило с теми, кто пытался развернуть флаги, транспаранты или просто выкрикивал что-то про свободу и Путина. Потом в «независимых» СМИ это назвали началом бойни.

На какое-то время ОМОН ушел в тень, когда кое-как собравшиеся колонны «несогласных» двинулись по направлению к Чистым прудам, однако уже на Рождественском бульваре их движение перекрыла цепь бойцов особого назначения: голова колонны предприняла попытку прорыва (кстати, удачную) — ОМОН не бездействовал. Об этом эпизоде тоже потом говорили в жанре «жестокого избиения безоружных граждан». Далее было еще несколько подобных эпизодов, связанных с пресечением уже рассеянного марша, о которых тоже очень много говорили и писали. Да и на самом митинге, который все-таки состоялся на Чистых прудах, ОМОН и численно, и фактурно был доминирующей силой. Люди (тем более журналисты и фотокорреспонденты) не столько слушали ораторов, сколько смотрели по сторонам на людей в униформе. Некоторую конкуренцию ОМОНу составляла разве что группа нацболов, отчаянно машущая флагами и позирующая фотокорреспондентам, но это был очевидно не их день.

За прошедшую неделю в различных СМИ и в интернете появилось бесчисленное множество фотографий с марша, при этом те, на которых нет омоновцев (или на худой