Франция сосредотачивается2

Необычно высокая для развитых стран явка, 84% избирателей, показывает, насколько важными были для Франции нынешние президентские выборы. Это значит, что подавляющее большинство французов понимает — их страна переживает сегодня непростые времена. Перемены необходимы, и Франция хочет перемен — на выборах не было серьезных сил, выступавших за то, чтобы сохранить все как есть. Напротив, на президентских выборах как раз и решалось, в каком направлении должна двигаться страна.

Сторонники Саркози выступали за необходимость проведения либеральных реформ, которые придали бы Франции необходимый ей динамизм. Сторонники Руаяль — за более полное участие простых граждан в принятии ключевых управленческих решений. Победили в итоге правые во главе с Саркози. Победили уверенно (53% против 47%), но не разгромно (все-таки 6% перевеса для такого принципиального противостояния совсем немного). Победили потому, что именно Саркози, снискавший себе славу жесткого и последовательного политика, по мнению французов, способен провести необходимые реформы.

Победа Саркози крайне показательна и поучительна. Французы, которые давно и заслуженно имеют репутацию главных леваков Западной Европы, в очередной раз выбрали себе правого президента. Желание иметь на президентском посту сильного человека — традиция, восходящая, видимо, к де Голлю, — иначе как наглядным проявлением народной мудрости и не назовешь. Фрондерствовать и выражать недовольство властью, конечно же, приятно, а зачастую и полезно, но не менее приятно и полезно, чтобы в то же время власть эта находилась в руках жесткого, но реалистичного и ответственного политика.

Это тем более верно в таком централизованном и бюрократизированном государстве, как Франция. Уж если в стране от президента столь многое зависит и страна эта претендует на то, чтобы играть значимую роль в европейских и мировых делах (а Франция постоянный член Совбеза ООН и член ядерного клуба), то и президент должен быть соответствующий. Как показали выборы, французы это понимают, как понимают и то, что страна застоялась и ей необходима встряска, — это хорошо. Еще лучше, что, несмотря на все свое левачество, французы понимают: прекраснодушные рецепты «а-ля мадам Руаяль» до добра не доведут.

Вопрос теперь в том, готовы ли они платить за проведение назревших преобразований. Будет ли Франция и дальше поддерживать Саркози, когда выяснится реальная цена реформ? Ведь уже сегодня многие граждане крайне недовольны планами нового президента и готовы выходить на улицы. Хватит ли у Саркози запаса популярности и решимости, чтобы и дальше жестко подавлять протесты недовольных? Хватит ли у него умения, чтобы провести реформы с минимальными издержками для общества?

Как бы то ни было, уже сегодня очевидно, что Франция готова более плотно включиться в международную конкуренцию. А это означает, что в первую очередь вырастет уровень конкуренции собственно в Европе и в зоне евро. Это очень серьезный вызов для европейских стран с более слабой экономикой, таких, как Португалия, Греция, Испания, Италия. Это очень серьезный вызов и для новичков ЕС. Экономика должна стать приоритетом для Франции на ближайшие годы, и если Саркози удастся реализовать задуманное, то это заново откроет дорогу для политической евроинтеграции. Более уверенная в своих силах Франция уже не будет так бояться конкуренции со стороны соседей по Евросоюзу (ведь французское «нет» на референдуме по евроконституции шло именно от неуверенности французов). Если Саркози не справится, то о европейских амбициях Франции придется забыть надолго.

• Спустя два года после предоставления первого пакета помощи Греции риск выхода этой балканской страны из зоны евро высок как никогда. Поиск сценариев выхода из кризиса — или распад, или новый виток интеграции — активизируется по мере усугубления проблемы. Хватит ли у европейских политиков воли и времени?
• Богатые французы пакуют чемоданы и готовятся бежать за границу от налога на богатство
• На пороге катастрофы