Сельское хозяйство пока в проекте5

• Наталья Литвинова

На этой неделе в правительстве будет обсуждаться проект «Госпрограммы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельхозпродукции, сырья и продовольствия» на ближайшие пять лет. О том, что ситуация в сельском хозяйстве требует немедленного вмешательства, неловко даже и говорить. Нельзя утверждать, что никаких позитивных изменений в этом секторе не происходит, но темпы роста — 2,3% в год в среднем последние пять лет (данные Минсельхоза) — очень сильно отстают и от экономики в целом, и от тех 6–7%, которые наблюдались в 1999–2001 годах. При этом потребление пищевых продуктов растет в несколько раз быстрее, что приводит к значительному расширению импорта продтоваров и сельхозсырья — его объем за пять последних лет увеличился почти втрое и в 2006 году составил 21,6 млрд долларов.

О том, что сельское хозяйство нужно развивать программно, заговорили два года назад: был принят нацпроект, направленный на развитие животноводства и личных подсобных хозяйств. Этот проект принес первые положительные результаты, например, в области свиноводства. О комплексном же развитии всего сельского хозяйства призвана позаботиться обсуждаемая сейчас Госпрограмма. Осуществив ее, Минсельхоз планирует через пять лет довести рентабельность сельхозпроизводства до 10% (сейчас — 8%), доля отечественных продтоваров должна вырасти с 63% в 2006 году до 66,8%, зарплата сельхозработников — вдвое (с прошлогодних 37,2 тыс. в год до 73,7 тыс. рублей). Есть и другие количественные показатели (см. таблицу), по которым в 2013 году министр сельского хозяйства будет отчитываться об успешном — или не очень — осуществлении программы.

Без размаха

Аналитики и предприниматели называют поставленные цели достижимыми, а саму Госпрограмму — довольно адекватной требованиям момента. На этапе формирования программа обсуждалась в отраслевых союзах и организациях, многие высказанные пожелания были учтены. Например, пункт о необходимости субсидирования строительства боен и комбинатов по первичной переработке мяса — с этой проблемой столкнулись животноводы в процессе реализации нацпроекта. Критиковали программу прежде всего за отсутствие «полета», как выразился на обсуждении проекта в Российском союзе промышленников и предпринимателей Иван Оболенцев, председатель комиссии по аграрным вопросам РСПП и президент мясного холдинга «Оптифуд». Он имел в виду прежде всего заложенный объем финансирования. На всю пятилетнюю поддержку сельского хозяйства из федерального бюджета выделено около 554 млрд рублей (около 16 евро), плюс еще из региональных бюджетов — порядка десяти процентов от этой суммы (софинансирование на местном уровне в размере не менее 10% — обязательное условие практически для всех направлений). Для сравнения: в Евросоюзе только на производство свинины, говядины и молока выделяется 57 млрд евро в год, а США поддержка сельского хозяйства, по некоторым данным, обходится в 250 млрд долларов в год.

Объем средств, обозначенный российским Минсельхозом, по словам Павла Винтовкина, директора Координационного аналитического центра агропромышленного комплекса, основан на возможности, а не на потребности. «Такую сумму, — говорит он, — готов сегодня выделить на развитие сельского хозяйства наш Минфин, тогда как для существенного изменения ситуации в сельском хозяйстве сумму финансирования необходимо увеличивать в разы». По выражению одного из экспертов, выделенные средства просто «размазали» по поверхности проблем, не ориентируясь на то, что, собственно, для решения этих проблем нужно. При таком подходе эффективность обозначенных проектов будет существенно ниже, нежели она могла бы быть.

Доступ к субсидированным займам у сельхозпроизводителей также будет весьма ограниченным. Так, на обсуждении в РСПП было отмечено, что на субсидирование процентной ставки по кредитам на все пять лет выделены деньги, обеспечивающие освоение 300 млрд рублей кредитов. Тогда как даже по работающему всего полтора года нацпроекту аналогичные средства уже реализованы. При этом во многих активных регионах до 60–70% предпринимателей не могут получить субсидии на свои кредиты, просто потому что средств не хватает. Такая ситуация складывается, например, в Краснодарском крае, рассказал «Эксперту» Тимур Бутов, генеральный директор компании «Разгуляй-крупа». «Нужно заложить в бюджете сумму, достаточную для субсидирования кредитов как минимум на триллион рублей, — считает Иван Оболенцев. — Это вполне по силам сейчас нашему профицитному бюджету и устойчивой экономической системе. Пока программа не принята в окончательной редакции, мы будем вносить эти предложения, и надеюсь, к ним прислушаются».

Еще один важный момент — в документе практически не предусмотрены расходы на инфраструктурные проекты, связанные со строительством дорог, коммуникаций (кроме водоснабжения) и проч. На подобные проекты можно было бы взять денег из Инвестиционного фонда, но здесь главное препятствие в том, что фондом рассматриваются лишь проекты стоимостью от 5 млрд рублей. Для сельских районов это слишком много, считает Павел Винтовкин, поэтому порог нужно бы снизить, скажем, до одного миллиарда. По некоторым данным, разговоры в правительстве об этом ведутся, и, возможно, в ближайшее время положительное решение будет принято, что позволит в итоге опять же расширить финансирование сельскохозяйственных проектов.

Программа без механизмов

Важное достоинство программы — по абсолютному большинству разделов четко обозначены конкретные цели. Но при этом плохо прописанные механизмы достижения поставленных целей могут перечеркнуть все достоинства стратегии. Например, в проекте затронута серьезная проблема — состояние элитного семеноводства. Улучшение семенной базы позволит повысить и урожайность, и эффективность сельхозработ, а в конечном счете — поднять рентабельность в сельском хозяйстве. В документе указано, что удельный вес площадей, засеваемых элитными семенами, в общей площади посевов должен вырасти к 2012 году в 2,5 раза — с 6 до 15%. Но из механизмов реализации программы названо лишь субсидирование покупки элитных семян. За счет чего вырастет производство элитного зерна — абсолютно непонятно. А ведь проблема как раз в том, что хорошего семенного материала не хватает, а не в том, что его не хотят покупать. Обычная логика подсказывает, что скорее нужно выделять средства тем хозяйствам, которые сегодня еще пытаются выращивать качественный семенной материал, развивать соответствующую научную базу — исследовательские институты, опытные хозяйства, — но ничего подобного в программе нет.

То же можно сказать и о разделе, посвященном рынку зерновых. Среди целей заявлены рост реализации товарного зерна на 24% и увеличение экспорта зерна на 34%, а среди механизмов — только проведение закупочных и товарных интервенций и мониторинг информации товарных и потребительских свойств зерна. «Как эти меры могут способствовать достижению указанных целей?» — недоумевает Андрей Сизов, директор аналитического агентства «СовЭкон». Понятно, что общему росту производства зерна могут способствовать меры, названные в других разделах программы: повышение почвенного плодородия, поддержка семеноводства, техническая модернизация основных фондов. Но, скажем, как будет стимулироваться экспорт — остается неясным. При этом у зернового рынка, как отмечает Андрей Сизов, есть множество других проблем, решение которых вообще не требует финансирования. Например, повышению эффективности производства зерновых (как, впрочем, и других культур) очень способствует формирование крупных сельхозпредприятий, но существуют серьезные юридические проблемы с покупкой земли, и это мешает приходу новых инвесторов. Недостаток крупных сельхозпроизводителей приводит к недостатку элеваторов, зерно, как правило, хранится в мало приспособленных хранилищах, что увеличивает потери и снижает общий объем зернового рынка. Существуют юридические проблемы и с мелиоративными системами, отмечает Тимур Бутов. В этой области мало просто выделить средства (что предусмотрено), нужно еще понять, кто получит эти деньги и кто будет заниматься строительством, реконструкцией и восстановлением мелиоративных систем — а этого из программы понять нельзя. Сейчас узловые станции находятся в ведении местных властей, прочая инфраструктура же — в частных руках. А ведь это единая система, и разорвать ее на части невозможно. Никакие меры по решению сложных юридических вопросов в программе не предусмотрены. «В целом я оцениваю проект программы весьма положительно, — говорит Дмитрий Гордеев, директор компании “Митлэнд”, — но отсутствие механизмов ее реализации вызывает опасения: где гарантии, что эти механизмы появятся к январю, когда наступит момент ее претворения в жизнь?»

Так или иначе, большинство опрошенных экспертов считают, что программу, несмотря на очевидные недостатки, нужно принимать: какие-то результаты она принесет и придать какой-то новый импульс развитию сельского хозяйства сможет. «При всех недостатках (что-то еще можно попытаться исправить, пока проект не утвержден) в программе заложены основные ключевые моменты, и ее все же нужно принять, чтобы не потерять времени и получить финансирование уже с будущего года, — считает Иван Оболенцев. — Кроме того, остается возможность вносить изменения в программу в течение всего пятилетнего срока, на который она рассчитана: предусмотрен ежегодный отчет по достижению поставленных целей и при необходимости — внесение корректировок в дальнейшие мероприятия».

• Один день и одна ночь на горном пастбище в Дагестане
• Зерна опять много
• Волгоградское птицеводческое предприятие «Фрегат-Юг» растёт высокими темпами, делая ставку на правильную организацию работы персонала. В перспективе компания планирует замкнуть производственный цикл и активнее развивать глубокую переработку мяса птицы