Большая игра

Тема недели
«Эксперт» №28 (569) 23 июля 2007
Реакция Британии на отказ России выдать своего гражданина Андрея Лугового и с юридической, и с дипломатической точки зрения вышла настолько неадекватной, что уже не представляется возможным объяснить происходящее только «делом Литвиненко»
Большая игра

28 мая российским властям было направлено официальное требование о выдаче Великобритании Андрея Лугового, который обвиняется Королевской прокуратурой Великобритании в убийстве Александра Литвиненко. 6 июля Генеральная прокуратура России направила министру внутренних дел Великобритании официальное письмо с отказом. Обоснование отказа было максимально внятно аргументировано: Конституция Российской Федерации запрещает выдавать граждан России другим странам. За преступления же, совершенные гражданами России за ее пределами, отвечать они должны перед российским судом. Никакого другого ответа российская прокуратура дать не могла. У нее просто не было других вариантов.

Несмотря на правовую очевидность вопроса о невозможности выдачи Лугового, вокруг этой истории наверчено множество домыслов, а потому стоит еще раз проговорить основные правовые положения.

В статье 61 (пункт 1) Конституции РФ ясно говорится: «Гражданин Российской Федерации не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан другому государству». Собственно, одна эта ссылка должна была бы закрыть все вопросы. Однако в качестве контраргумента почему-то постоянно приводится статья 15 Конституции РФ, пункт 4 которой гласит: «Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора». После чего следует ссылка на европейскую Конвенцию об экстрадиции, которую Россия подписала и ратифицировала, а далее вывод: для того чтобы выдать Лугового, нет никаких юридических препятствий.

На самом деле, во-первых, в самой конвенции в статье 6 ясно прописано, что государства вправе не выдавать своих граждан. Более того, и в подписанном Россией документе о присоединении к конвенции, и в федеральном законе 1999 года о ее ратификации прямо заявлено о невозможности выдачи российских граждан. Во-вторых, эта самая 15-я статья устанавливает приоритет правил международного договора над законом, но не над конституцией. Конституция обладает высшим правовым статусом, нет и не может быть никаких российских либо международных правовых документов выше ее.

То есть ситуация кристально ясна: выдача не просто невозможна, а представляет собой состав преступления, предусмотренный Уголовным кодексом РФ. Что, кстати, подтвердил недавно и Европейский суд по правам человека, удовлетворив иск Мурада Гарабаева, гражданина России, который в 2002 году был арестован на нашей территории и незаконно выдан властям Туркмении (документ об экстрадиции подписал тогдашний генпрокурор Владимир Устинов).

Нам плевать на вашу конституцию

При очевидной юридической невозможности требовать выдачи Лугового Британия могла возмущаться тем, что он не арестован в России, могла передать доказательную базу и настаивать на проведении открытого судебного процесса на российской территории. Возможно, и тут не обошлось бы без жесткого противостояния, но, если в Британии действительно хотели разрешения дела об убийстве Литвиненко, это был бы естественный и очеви

На службе Ее Величества

Тесная связь крупнейших британских корпораций с разведслужбами Великобритании имеет давнюю историю. И дело не только в том, что и BP, и Shell принимали и принимают на работу на ведущие должности выходцев из спецслужб, как поступают все крупные игроки на мировом рынке. Ни Россия, ни США тут не исключение. British Intelligence Act от 1994 года прямо гласит, что агент МИ-6 должен «собирать и докладывать информацию, которая касается действий или намерений лиц за пределами Британских островов, а также осуществлять другие задачи, затрагивающие интересы национальной безопасности, с особым акцентом на обороне и внешней политике в интересах экономического благосостояния Соединенного Королевства». Последний пассаж аналитиками и историками британской разведки прямо толкуется как указание собирать все возможные сведения, которые могут быть интересны британским корпорациям.

Британский историк Стивен Доррил в своей книге «МИ-6: взгляд внутрь скрытого мира секретной разведывательной службы Ее Величества» описывает множество ситуаций, когда разведка была задействована в защите экономических интересов Великобритании — особенно в отношении ресурсной базы в странах, представляющих для английских, прежде всего нефтяных и металлургических компаний, стратегический интерес. Доррил подробно описывает, как военная разведка собирает коммерческие разведданные, которые затем передаются крупнейшим британским компаниями в сферах ВПК, хайтека и нефти. Одной из самых масштабных акций МИ-6 стал экономический шпионаж в Испании, Франции, Германии, Италии и Швейцарии в конце 90-х в русле спецоперации под кодовым названием Jetstream. Другая особенность работы МИ-6, по словам главного редактора сайта Agentura.ru Андрея Солдатова, заключается в том, что «британская разведка сильно выиграла в гибкости за счет того, что была, по сути, инкорпорирована в бюрократическую машину Великобритании. Сотрудники МИДа, министерств торговли и обороны, а также других государственных департаментов были втянуты в работу всякого рода неформальных комитетов, в результате чего стало подчас невозможно определить, где заканчивается британский чиновник и начинается форменный разведчик и наоборот».

Политический историк Гарри Хоу Рэнсом указывает на ту же самую особенность, впрочем, с некоторым уточнением: «В отличие от ЦРУ SIS (она же МИ-6) никогда не обвиняли в том, что она действует в русле своей собственной внешней политики, никто никогда не ставил вопрос о ее роспуске, и уж тем более никогда не было сомнений в том, что она находится под полным политическим контролем правительства».

Олег Храбрый